Пространство возле проекции Форнеуса замерцало от ярости.

— Я хочу, чтобы Элигос получил очень… наглядный урок о том, что подобное поведение неприемлемо. Это всё, что тебе следует знать, Константин.

— С мотивом вроде бы разобрались, Форнеус. Но ты всё ещё водишь меня за нос, и это мне категорически не нравится, — на моих губах застыла укоризненная ухмылка. — У тебя достаточно и сил, и связей, чтобы решить этот вопрос в свою пользу. Но ты обратился ко мне. Почему?

— Мой сигил. У тебя есть образ моего сигила, — на прямой вопрос дал прямой же ответ мой собеседник. — Рхх… Я не говорю о полном уничтожении души этой шелупони — прихвостня Элигоса. Мне нужно, чтобы ты добыл её камнь. Извлеки душу, заточи в камень, доставь мне — и получишь своё вознаграждение. Хрр… Этим ты так же сорвёшь планы Элигоса. Скажи, разве это противоречит твоим принципам? Я не прошу убивать невинных смертных. Ты будешь делать то, что умеешь лучше всего — уничтожать демонов. И ещё и щедро за это получишь. Рхх… Выгодное предложение?

— Настолько, что страшно становится, — честно признался я, перемалывая в голове услышанное. — Где подвох?

— Рхх… Этого ямона зовут Орзо. Его нынешнее вместилище и точное местонахождение неизвестны, но он где-то в этом жалком городишке.

— Отлично! Просто брависсимо! — я саркастически всплеснул руками, бросив взгляд на часы. — Я мог бы уже давно спать. А ведь меня сразу смутило, что в контракте не указаны сроки…

— Рхх… Не горячись, Константин. Дослушай, — одёрнул меня тридцатый владыка, ещё сильней насупившись. — Моё чутьё подсказывает, хрр, что ваши пути уже скоро пересекутся…

— Откуда такая уверенность? — я состроил максимально безразличное лицо, стараясь скрыть пробудившийся интерес.

— Грр… У меня есть кое-какие сведения. Ценные. Само по себе это знание — уже награда для тебя. Но я поделюсь им безвозмездно. Ради общего блага, разумеется.

Форнеус помолчал, оценивая, как я впитываю каждое слово.

— Нападение на «Орёл»… хрр… с самого начала было обречено. Не ввяжись ты — жертв было бы больше, но город устоял бы. Тебе ли не знать, Константин, что бывает с низшими бесплотными, которых никто не ведёт? Пять-шесть лун — и они разлетелись бы сами. Вся эта клоунада Элигоса с вторжением… хрр… была лишь финтом, способом посеять панику и отвлечь внимание от чего-то поистине важного. Масштабного. Низший, что занимался подготовкой, был всего лишь разменной монетой. Истинная же фигура в тени — ямон Орзо. Он выполняет задание такой важности, что о нём ведомо лишь Элигосу и самому Владыке. Грр… Мне известно, что он собирает некие сведения и регулярно передаёт их через завесу. И ещё… у Орзо с его сосудом не рабский контракт, а полноценный равноправный пакт.

— Афоновы письмена… — выдохнул я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — Только этого ещё не хватало.

Захотелось заорать, шибануть в бешенстве кулаком по стене.

— С моими-то силами… Форнеус, да при моих текущих возможностях он мимо пройдёт, а я даже не пойму! Это всё равно, что искать девственницу в «Храме алого тумана» — главном суккубате Инферно.

— Грр… Понимаю, — медленно кивнул тридцатый владыка, и на его хмуром лице залегла ещё пара глубоких складок. — Есть ещё кое-что. Мои источники утверждают, что этот ямон не силён в открытом противостоянии, зато искушён в ремесле ритуалистики.

— И всё? — я приподнял бровь, но мой сарказм, судя по всему, пропал втуне. — Просто замечательно. Это наводит на следующий вопрос: какого он чина? Из пяти.

— Грр… Третьего, — выдавил лорд, и мне оставалось лишь присвистнуть…

— Знаешь, дружище Форнеус, не хочу расстраивать, но у тебя слишком завышенные ожидания на мой счёт.

— Грр… Понимаю, но у нас с тобой нет других альтернатив. Благодаря тебе манёвр Элигоса не принёс должных результатов. Мне доподлинно известно, что он затевает новый ход, и ты, Мясник Бога, волей-неволей окажешься в эпицентре. Ты не можешь подругому. Тебя таким создали… Так что, встреча с Орзо неизбежна. Ты можешь уничтожить его, но если заключишь его душу в камень и передашь мне — щедрое вознаграждение гарантировано.

— Насколько щедрое? — любопытство перевесило осторожность.

— На столько. — В толстых пальцах собеседника возник ещё один листок с печатью. Лёгким движением запястья лорд отправил его в полёт. Пергамент, описав петлю в воздухе, мягко спланировал мне в руку.

— Грр… Я счёл бы оскорбительным предлагать тебе простое богатство или иные материальные блага. Но если предложенное тебя не устраивает, мы можем пересмотреть условия.

— Э-эм, — всё, на что хватило меня, когда увидел, что посулил мне Форнеус. — Удивил. Это… поистине королевский дар. Я согласен, но для успеха предприятия мне потребуется ещё кое-что. Не напрягайся так, дружище. Сущая безделица: раздобудь каплю яда первородного призрачного химерида. Того, что зовётся «Ядом разложения души».

— Грр… Мне знаком этот реагент. Хитро, Константин: ослабить и заточить… Теперь я вижу, что не ошибся с выбором, — тридцатый лорд на мгновение задумался. — В моих хранилищах найдется один такой флакон. Сию секунду.

Образ Форнеуса пошёл рябью, расплывшись в продолговатое мерцающее облако. Прошло около десяти секунд, прежде чем мой собеседник вернулся в норму, а на столе чудесным образом проявился небольшой четырехгранный пузырек, сужающийся к горлышку, запечатанный деревянной пробкой и наполненный чёрной жидкостью. Но и это было ещё не всё. Рядом с этой миниатюрной склянкой лежал кулон в форме ромба с выбитыми на нём высшими магическими рунами. Я собирался изучить их более детально, но вернувшийся Форнеус меня отвлёк.

— Грр… Яд, что ты просил, и кое-что сверху, — тридцатый владыка указал взглядом на кулон. — Этот амулет скроет тебя от поисковых чар и артефактов обнаружения. Тебе он пригодится.

— Да сегодня прямо-таки праздник невиданной щедрости!

— Грр… Не обольщайся, Мясник Бога. Я просто крайне заинтересован в твоём успехе, — на толстых губах Форнеуса мелькнула скупая усмешка. — Особенно учитывая твоё… деликатное положение, хррр.

— Пояснишь, китяра? — Лезвие канцелярского ножа вновь скользнуло по подушечке большого пальца, и я вдавил его в приложение к контракту, где оговаривалось моё вознаграждение. Пергамент исчез, а нас с Форнеусом сковала очередная цепь договора.

— Грр… Ты и сам всё прекрасно понимаешь, Константин. Верховный Владыка Баал пока не издал указ о тебе, но многие жаждут выслужиться, — образ Форнеуса мигнул и внезапно возник у окна. — За тобой уже следят. Я чувствую четыре пары беспардонных глаз, устремлённых сюда. Смог найти я — без труда найдут другие. Хрр… Не тревожься, твои соглядатаи меня не видят, а с моим талисманом и тебя будет сложнее выследить магическими методами. Но я задержался… Больше мне нечего тебе сказать. Когда заключишь нечестивую душу Орзо в камень — дай знать. Тебе известно, как это сделать. До встречи, Мясник Бога, и, хрр, постарайся не умереть.

Я собрался отпустить колкость в ответ, но его образ уже таял в воздухе. Едва ощущение чужого присутствия исчезло, как с меня соскользнула маска самоуверенности и показной расслабленности.

«Терпеть не могу, когда меня держат за дурака», — подумалось мне злорадно.

Поднявшись с кровати, я подошёл к комоду у входа. В нижнем ящике, где хранились полезные мелочи, лежал небольшой чёрный контейнер из распространённого здесь материала — пластика. Это была моя «домашняя аптечка», укомплектованная под чутким руководством Сёмкина. Нашёл то, что искал — разорвал стерильную упаковку одноразового шприца. Вернувшись к столу, отсоединил иглу в защитном колпачке и провёл быструю оценку.

«То, что нужно».

Дойдя до входной вешалки, я порылся в кармане купленного вчера пальто, извлекая оттуда зажигалку Сингера. Моя вечная практичность внесла её в список мелочей для постоянного ношения: не угадаешь, когда может понадобиться источник самого обычного огня.

Вернувшись к столу, я с некоторым усилием выдернул пробку из пузырька и решил проверить содержимое на запах. Стоило легким пассом руки подвести к ноздрям пары́ от горлышка, как в нос ударил едкий, обжигающе-кислый аромат.