— Людей найму, — пожал плечами друг. — А сам с головой уйду в артефакторику.

— А меня-то зачем пригласили? Я ведь даже старше тебя. И хоть не обуза, конечно, но и толку с меня не много.

— Это всё к Павлу, но скажу одно — хватайся за его предложение как утопающий за соломинку.

— Даже так, — задумчиво пробормотал Вячеслав, когда они прошли мимо стройки и уже возведённых небольших домов.

Мысли роились в голове бывшего сотрудника ИСБ, когда мужчины подошли к железным широким дверям, судя по всему, входу в помещение, находящееся под землёй.

— Это лаборатория Павла.

— Под землёй? — удивлённо спросил Вячеслав.

— Ага, — кивнул Григорий. — Павел говорит, что когда-то здесь был его замок, но враги и время оставили лишь лабораторию.

— Ты уверен? — скептически посмотрел на друга Вячеслав.

— Более чем, — твёрдо встретил его взгляд Григорий. — Поверь мне.

— Ладно, веди, — поморщился бывший сотрудник ИСБ.

Спуск и сама лаборатория недавно пережили капитальный ремонт, отчего складывалось ощущение новой больницы, с её светлыми стерильными стенами.

Вячеслав с любопытством оглядел помещение, наполненное десятками шкафчиков, заставленных различными колбами, ретортами и другими непонятными приборами.

— Слава, привет, — широко улыбаясь, пожал ему руку Павел. — Рад тебя видеть.

— Взаимно, — улыбнулся Вячеслав, вполне искренне. Ему нравился Павел, за непосредственность и честность, а ещё за то, что тот спас внучку Григория, хотя мог пройти мимо, не ввязываясь в рисковое дело с мафией.

— Готов стать моложе на десяток лет? — с широкой улыбкой спросил Павел.

— Что? — переспросил Вячеслав, явно считая, что его слух, на который он до сего дня не жаловался, всё-таки поддался старению и теперь подвёл хозяина.

— Я говорю, — усмехнулся Павел, — хочешь стать моложе лет на десять, может двадцать?

Несколько секунд Вячеслав пристально вглядывался в лицо Павла, донельзя довольное произведённым эффектом, после чего решил подыграть:

— И что же я должен буду сделать?

— Дать клятву молчания, верности и много работать на общее благо.

— Что за общее благо? — прищурился бывший сотрудник ИСБ.

— Ну, чтобы и мне было хорошо и тебе, и Гоше с внучкой, — пожал плечами Павел. — Кстати, ты женат?

Этот вопрос отставного спеца ИСБ застал врасплох. Тот всего ожидал, но не этого точно.

— Нет, — собравшись с мыслями, ответил он. — Как-то не срослось. Работы было много всегда, а потом старым стал.

— Вот! — поднял палец вверх Павел. — Получается жизнь прожита, а наследников нет?

— Словно они у тебя есть, — проворчал Вячеслав. Он вообще не любил говорить о личном, особенно когда это касалось его семьи. С отцом всегда были натянутые отношения, а мать умерла при его рождении.

— Ну, я умирать и тем более стареть не планировал никогда, — покачал головой Павел, на что получил скептический взгляд от Славы. — Но соглашусь, оказывается никто, даже Повелитель не застрахован от смерти.

— И ты мне, отставному офицеру госбезопасности, предлагаешь стать твоим верным вассалом? — Вячеслав в упор посмотрел на Павла.

— Я предлагаю тебе перестать быть трухлявым пнём и заняться настоящим делом, — решительно встретил его взгляд Павел.

Они несколько мгновений играли в гляделки, после чего Вячеслав вздохнул и махнул рукой:

— Как будто не шутишь.

На это Павел лишь закатил глаза и взял со стола два бутылька с янтарной жидкостью.

— Что это? — настороженно спросил Вячеслав.

— Яд, конечно, — изумлённо ответил Павел, словно нечто само собой разумеющееся.

Григорий со Славой переглянулись и скрестили настороженные взгляды на Павле. Тот вновь закатил глаза и со вздохом преподавателя, которому достались глупые ученики, пояснил:

— В момент смерти, по организму пронесётся волна некротической энергии, которую зелье перенаправит на уничтожение клеток старения. Я не сам придумал этот состав, а потому точно не знаю принципов действия, но он рабочий и лично проверенный.

— А как мы вернёмся к жизни? — осторожно поинтересовался Григорий.

— Когда омолаживание будет закончено, нерастраченная энергия переформатируется в жизненную и вы вернётесь в стан живых.

— Как это «переформатируется»? — с интересом спросил Вячеслав. Он не боялся смерти и не раз ступал по краю, но там всегда была цель, а вот так, умереть от непонятного зелья, совершенно не хотелось.

— Это просто, — Павел поднял перед собой руку и над ней появился сгусток нейтральной энергии, который через миг окрасился в мертвенно бледный. В помещении резко опустилась температура, а по коже побежали мурашки. — Это некротическая энергия. Многие считают её чистым злом, но на деле, это лишь сила, и лишь от человека зависит куда он её применит.

В следующий миг шарик дрогнул и изменил цвет на изумрудный, а холод сменился весенним теплом и радостью.

Вячеслав смотрел на это с широко распахнутыми глазами и не мог поверить. Этот странный человек, одним усилием воли изменил аспект, что до этого момента считалось невозможным.

— Я согласен, — решительно произнёс он и не мешкая опрокинул в себя зелье.

Вкус оказался отвратным, но терпимым. Несколько секунд ничего не происходило. И когда Вячеслав уже расслабился, посчитав что Павел ошибся с эффектом, в глазах зарябило и он отключился.

* * *

Глядя на испуганное лицо Григория, я похлопал его по плечу.

— Когда предсмертные судороги закончатся, — пояснил я, — у него начнётся уничтожение не только клеток старения, но и вывод всех шлаков из организма. Поэтому, надо его вынести на улицу.

Я щёлкнул пальцами, шепнув ЛЕВИТАЦИЯ, после чего зашагал на выход. А тело с дёргающимся Славой полетело за мной.

— Хорошо, что Маша решила помочь с готовкой и не видит этого, — пробормотал Григорий.

— И не забудь его раздеть полностью, иначе, придётся выбрасывать одежду. А новой у меня нет, — всё это я говорил, не оборачиваясь на плетущегося сзади артефактора, а потому не мог видеть его лица. Но был уверен, что эмоций сейчас было такое количество, какое он за всю жизнь не испытывал.

Огородив простенькой иллюзией место, я сказал:

— У меня ещё есть незаконченное дело в лаборатории. Как Слава придёт в себя, пей сам и пусть он за тобой следит, чтобы язык случайно не проглотил.

Я аккуратно положил Вячеслава на бок и вернулся в лабораторию. Новые преданные соратники, это конечно хорошо, но собственное развитие забывать не стоило, а значит, время алхимии и тренировки на грани жизни и смерти.

Спустя три часа я вышел из лаборатории, довольный и слегка уставший. У входа сидели двое. Теперь уже не седых, а полностью лысых, словно коленки, мужчин, которым зелье даже не оставило бровей.

Эти двое, завидев меня, по-молодецки подскочили.

— Ну, как? — краем глаза отмечая две чёрных лужи вышедших из них шлаков, спросил я.

— Ты не говорил об облысении, — посетовал Григорий.

— И не только голова! Я теперь везде лысый, словно новорождённый! — добавил Вячеслав, ткнув себя в грудь.

— Так вы и есть новорождённые. Но не переживайте, волосы нарастут, а если попросите Екатерину, то в разы быстрее и пышнее получится, — ухмыльнулся я и зашагал к мотоциклу.

— А ты куда? — с интересом спросил Вячеслав.

— Нужно становится намного сильнее, — ответил я. — Как говорится, стань лучше себя вчерашнего? Вот, я собираюсь.

— Стать лучшей версией себя, — сказал Вячеслав. — Так говорят.

— Вот-вот, — покивал я. — А вы отдыхайте и хорошо питайтесь. Организмы молодые и требуют куда больше, чем стариковские.

На этих словах я сел в седло своего железного скакуна и сорвался с места, прямо в дыру в заборе. Удобная она, не нужно заморачиваться с открытием ворот.

Спустя час езды на предельной для этой местности скорости, я остановился и прислушался. Мерно мурлыкал двигатель мотоцикла, где-то вдали завывал какой-то зверь.