— Конечно, — быстро закивал Ефим и подумал: «В какое же дерьмо я вляпался».

* * *

На самом деле, я не планировал оставлять в живых никого из бандитов, но вовремя вспомнил о состоянии своей лаборатории, стройке и нехватке работников. Потому главарь одной из конкурирующих банд был заклеймён рабской магической печатью и отправлен на искупительные работы.

Ярослав же, увидев мои возможности, попросился если не в прямые ученики, то хотя бы во временные.

— Хорошо, — кивнул я. — Но тогда ты принесёшь личную клятву верности. И ни о каком партнёрстве речи не может быть! Только полное подчинение!

На это он несколько мгновений немигающе смотрел на меня, после чего мигнул и согласился.

— Тогда вперёд, — улыбнулся я.

— Куда?

— Как куда? В самую глубь территории с высокой магической плотностью.

Глава 9

После общения с дознавателем я понял: мне нужны свои люди. Причём, не те, кто будут работать на меня из-за рабской метки, а кто пойдёт за мной по велению души. И Ярослав мог стать таким человеком. Клятва верности — это всего лишь предосторожность. После предательства брата, пусть и двоюродного, я не готов верить людям на слово.

В общем, Ярослав после принесения клятвы стал моим человеком. И я буду вкладываться в его развитие. А потому я решил отложить изучение камней маны и моего изменённого зверя. Что касается зверя, я наказал Степану кормить его до моего возвращения.

Ярослав же воспринял мои слова о путешествии в опасную магическую зону с мрачной решимостью, лишь попросил несколько часов на улаживание насущных вопросов и подготовку к походу. Потому как одним днём мы точно не обернёмся, а хозяйство у него беспокойное. Того и гляди выйдут из-под контроля. В общем, нужно во всех узловых точках поставить надёжных людей и проинструктировать их.

Выдвинулись мы под вечер, когда солнце уже покидало этот мир, чтобы одарить другую сторону планеты своим теплом.

— Вы уверены, что это хорошая идея? — спросил Ярослав, глядя в окно машины, как солнце уходит за горизонт.

— Ночь — самое опасное время в дикой природе. Вот только не забывай, кто самый смертоносный хищник в мире.

— Изменённый монстр высокого ранга? — нахмурился Ярослав.

На это я лишь рассмеялся и похлопал его по плечу.

— Человек. Самый страшный в мире хищник — человек и никто иной. Только мы можем убить не из-за голода или страха, а по прихоти. Только у нас есть, — я постучал пальцем по виску, — мозг — самое грозное оружие во вселенной. И если уметь им пользоваться, то ни один даже самый невероятный хищник не устоит. Поверь мне.

Ярослав как-то странно посмотрел на меня, после чего медленно кивнул.

Машина въехала в территорию плотной маны, проехав мимо воинской заставы, и мне стало легче дышать.

— Ярослав, а для чего здесь служивые стоят? Если проход свободный? — поинтересовался я.

— Они здесь в качестве… — он пощёлкал пальцами, подбирая слово, — … сигнализации на случай прорыва монстров в сторону города.

— Понятно, — кивнул я. — Значит такие посты есть на протяжении всей границы?

— Верно. Раньше император пытался контролировать и перемещения людей тоже, но для подобного нужна была целая армия, а потому оставили лишь вот такие мелкие заставы.

Мой собеседник говорил чётко и даже отрывисто, стараясь по возможности заменять слова жестами. У него явные задатки мага иллюзий, но не Слов, а значит, выше средненького магистра я его поднять не смогу. Хотя, возможно, при должном усердии и наличии недюжинного таланта что-то да и выйдет. Время покажет.

Спустя полчаса, я почувствовал, как магический фон стал плотнее и заметил капельки пота, что начали катиться по лицу моего нового ученика. Кстати, водителя мы отпустили ещё на границе и за управление сел сам Ярослав.

С каждым километром дорога становилась всё хуже и хуже, и даже в явно дорогой машине, приспособленной для езды по бездорожью, стало сильно потряхивать.

Я указывал направление, а Ярослав выбирал, как проехать в нужную сторону.

Наконец, я почувствовал, что цель нашего пути близка. Дальше ехать на машине было опасно. Теперь только пешком.

— Приехали, — сказал я, и Ярослав с явным облегчением остановил машину.

— Зачем мы вообще здесь? — выходя из машины спросил он, белым платком утирая мокрый лоб.

— Всё из-за фона. Это как с плаванием. Можно попробовать научиться без воды, но затея с вероятностью чуть больше ста процентов провалится, — улыбнулся я и скомандовал: — За мной!

Я уверенно зашагал по треснувшей безжизненной земле в направлении, откуда явственно веяло маной.

Было несколько вариантов возникновения подобных энергетических средоточий, один из которых — природный исток.

Этот исток существовал тут ещё в моё время. Тогда из-за плотной маны он был не особо привлекательным. Но сейчас, когда во всём мире маны очень мало, природный исток становился Истоком с большой буквы. Здесь концентрация приближалась к значениям моего времени. Уж если где и учиться магии, то тут.

Я словно в родную стихию попал. А вот Ярославу с непривычки было тяжеловато. Но преодоление этой тяжести, приспособление к ней — это тоже часть тренировки.

Чем ещё примечательны источники маны, в том числе и природные — они привлекают монстров.

Кстати, высокая концентрация маны используется и в ловушках для монстров. Об этом мне рассказал Степан. Охотники создают искусственные источники маны и так подманивают любящих дармовую силу существ.

Здесь тоже будет полно монстров. И Ярослав будет тренироваться в искусстве отведения глаз, то есть, в магии иллюзии. Это второй тип предстоящих тренировок.

Будет ещё и третий, но о нём попозже.

Я вышел на пригорок, с которого открылся прекрасный вид. Нет, красоты там не было ни на грамм, а вот то, что моё предположение оказалось верным, заставляло моё сердце радостно петь.

— Это… — поражённо проговорил Ярослав.

— Природный источник маны, категории четвёртой, не выше, но нам и такой сойдёт, — довольно улыбаясь, сказал я.

— Но это ведь джунгли!

— Ты прав, мой наблюдательный друг.

Внизу раскинулась небольшая, густо заросшая тропическим лесом долина. Зелёная территория отдалялась от центра не дальше, чем на один, максимум два километра, и имела видимую чёткую границу с серой безжизненной почвой. Что же в мире произошло такого, что даже на территории, где мана есть, такое запустенье?

— Ярослав, а ты знаешь, почему в остальном мире практически нет природной маны? — спросил я, впрочем, не надеясь на ответ. К слову, этот и ещё один вопрос про одного выкидыша попугая и авокадо по имени Аскверий я намеревался задать местному императору.

— Бабка рассказывала, что после восхождения бога Аска, в мире случилась война чародеев. И из-за неё мана стала «вытекать», задерживаясь лишь в самых отдалённых от ужасных битв местах, — внимательно вглядываясь в зелень, проговорил Ярослав.

— Вытекать?

— Да, — пожал плечами он.

— Ладно, — поморщился я. Опять этот плод любви бабуина и старого носка выплыл. Но если верить этой легенде, то мир они сломали случайно. Или же, кто-то намеренно сотворил такое, дабы ограничить власть новоявленного божества. Вполне возможно.

Я про себя выругался и, костеря проклятого Аска на чём свет стоит, зашагал к краю джунглей. Ярослав с небольшим отставанием поспешил за мной, и спустя секунду уже шёл рядом.

А как бы я поступил? Если обычными методами невозможно убить монструозную акулу, что время от времени откусывает часть суши и скоро доберётся до всего человечества — высуши море, в котором она жила. Лучше так, в засухе и с катаклизмами, чем вообще никак.

Но как оно было на самом деле, мне ещё предстоит разобраться.

На этой мысли я остановился в нескольких шагах от лесной территории и вгляделся в чащу. Маны было столько, что мои повреждённые каналы, радостно поглощали энергию, а источник в солнечном сплетении пел и радовался.