«Мистер Симкокс знает, что он должен делать?»

Тьяк не ответил прямо. Он наблюдал за приближающейся лодкой, которая то поднималась, то ныряла, словно крылатая рыба, обтекая корму, чтобы найти укрытие под прикрытием «Миранды». Он сказал: «Мистер Симкокс останется в Миранде». Он помолчал, словно ожидая вызова.

Болито сказал: «Я назначил тебя главным. Решение должно быть твоим».

Симкокс внезапно рванулся к ним. «Я должен протестовать! Я знаю эти воды, и в любом случае…» Тьяк схватил его за руку и развернул к себе. «Делай, что тебе, чёрт возьми, велено! Я здесь командую! А теперь займись этой лодкой!»

Болито едва мог разглядеть исполняющего обязанности мастера в полумраке, но ощутил его недоверие и боль, словно Тьяке ударил его.

Тьяк тяжело произнёс: «Бен — отличный моряк. Если он переживёт эту чёртову войну, прошу прощения, сэр, — а я сказал «если», — у него будет карьера. Что-то его ждёт, даже если его выбросят на берег вместе со всеми остальными». Он сердито указал на суматоху в кормовой части шхуны. «Чёрт тебя побери, Морган, поймай там поворот, а не то утопишь чёртову лодку!»

Болито никогда раньше не слышал, чтобы он ругал кого-либо из своих моряков. Он пытался выплеснуть это из себя, забыть то, что он сказал и сделал своему единственному другу.

В темноте мелькнули какие-то фигуры, и вот у румпеля появился Джей, помощник капитана.

«Всё готово, сэр! Готовы к смене экипажа!» Он быстро взглянул на Тьяке, затем на Симкокса, стоявшего у фок-мачты, и спросил: «Бен ещё не готов, сэр?»

Тьяке резко сказал: «Я пойду вместо него. Так что оставайтесь с ним». На мгновение его голос смягчился. «И корабль».

Появилась еще одна фигура, и Болито увидел, что это мичман Сигрейв.

Тьяке пробормотал: «Он вызвался добровольцем, сэр, и мне может понадобиться ещё один офицер, если дела пойдут плохо». Он добавил громче: «Вы всё ещё нетерпеливы, мистер Сегрейв? Вы всё ещё можете поссориться — никто вас не осудит после того, что вы сделали для мистера Джея».

Лицо юноши словно выплыло из тени, когда первые бледные лучи солнца отразились от промокших парусов и снастей. Он твёрдо сказал: «Я хочу идти, сэр».

Крик впередсмотрящего заставил их снова поднять глаза. «Это же «Трукулент», верно, сэр!» Ещё одна пауза, затем: «Она вытряхнула рифы и идёт на поправку».

Тьякке сказал: «Она пришлет за вами лодку, сэр».

«Да». Болито увидел Аллдэя с небольшой сумкой одежды, которую они привезли с собой из Фемиды. Как и в других случаях, когда времени внезапно не остаётся. Последним пришёл Дженур, широко зевая. Он всё проспал. Остальные исчезли в качающейся лодке рядом; Тьяке не терпелось уйти. Чтобы поскорее всё закончилось.

Он спокойно сказал: «Я вас не подведу, сэр». Болито взял его за руку. Она была твёрдой, как у Томаса Херрика. Он тихо ответил: «Вы даже не представляете, как это сделать, мистер Тайк».

Тьякке перекинул одну ногу через фальшборт, но замер, пока Симкокс подтягивался вдоль борта, не обращая внимания на море, хлынувшее через шпигаты и волочившее его по ногам.

«Ты хочешь меня, Бен?»

Симкокс пошатнулся и чуть не упал головой вперёд, но Тьяк подхватил его на руку. Болито, наблюдавший с кнехтов грот-мачты, увидел и понял. Это было словно последнее объятие.

Тьяке резко сказал: «Тебе есть что терять, Бен, и ты это знаешь. Из тебя выйдет отличный Мастер, если будешь заботиться о настоящем капитане, а?»

Симкокс что-то сказал, но его слова потонули в грохоте барабанов и суматохе рядом.

Когда Болито снова оглянулся, Тьяке уже исчез, и лодка снова поплыла прочь, брызги летели из-под весла, словно рваный шелк.

Болито сказал: «Отправляйтесь, мистер Симкокс. Чем скорее мы встретимся с Трукулентом, тем быстрее мы сможем...» Он не стал договаривать дальше.

Олдэй хрипло сказал: «Он совсем ошеломлен, и это не ошибка!»

Болито крикнул: «Мистер Симкокс, как только я окажусь на «Трукуленте», вы последуете за брандером». Он не назвал её имени. Случайно или намеренно, подумал он? Возможно, чтобы заставить Симкокс смириться с её жестокой ролью. Что это может означать для её команды.

Симкокс уставился на него. «Сделаете вид, что преследуете, сэр Ричард?» — спросил он неопределённо.

«Да. Это старый трюк, но он вполне может сработать и дать господину Тьяке возможность приблизиться к врагу».

Он взглянул на манжету и увидел, что золотое кружево вдруг стало четким и ярким; он даже почувствовал первое тепло, когда солнечные лучи спустились с горизонта.

Дженур спросил: «Каковы их шансы, сэр Ричард?»

Болито пристально посмотрел на него: «Плохо. При встречном ветре им придётся терять драгоценное время, лавируя. После того, как мистер Тайк подожжёт запалы, ему придётся отчаливать на шлюпке и плыть к берегу. Они попадут в руки голландцев, но, учитывая близость нашей армии, я уверен, что им не причинят вреда». Он увидел сомнение на молодом лице Дженура. «Если мистер Тайк не справится и не успеет уйти, мы потеряем двенадцать хороших людей. В лобовой атаке мы можем потерять все корабли и всех членов эскадры».

Весь день смотрел на землю. «Я бы не хотел делать такой выбор, сэр Ричард».

Болито откинул прядь волос со лба. Эллдей понял. Один человек или тысяча, жизнь или смерть – это было решение, которое в любом случае было обречено.

Олдей добавил: «Я готов поспорить, что Адмиралтейство никогда об этом не подумает и не потеряет ни минуты сна».

Болито увидел клочки облаков, несущиеся от земли, и ему показалось, что он чувствует пыль между зубами.

Эллдэй мрачно посмотрел на него и сказал: «Меня это немного беспокоило, сэр Ричард. Зная вас, я пару раз подумывал, что вы могли бы взять на себя командование брандером».

Болито посмотрел на Симкокса, который все еще смотрел вслед Альбакоре, ложащейся на новый курс.

«Не в этот раз, старый друг».

Весь день я наблюдал, как пирамида из бледного холста «Трукулента» поднимается над удаляющимися тенями, пока она приближается к шхуне.

Его тревога была вполне реальной, пока он не вспомнил слова Болито, когда они были вместе: «Я хочу домой». Слова словно вырвались у него из горла. Олдэй делился с Болито многим, но никогда раньше не слышал от него подобных слов. Он тяжело вздохнул. Но они всё ещё были далеко от Англии.

Когда палубное покрытие начало покрываться паром от первого утреннего тепла, «Трукулент» развернулся и ловко спустил гичку со своей кормы.

Болито подождал, пока Симкокс распорядится, чтобы его поредевшая команда легла в дрейф и ждала шлюпку, а затем сказал: «Желаю вам всего наилучшего, мистер Симкокс. Я написал рапорт, который будет весьма кстати на вашем последнем собеседовании».

Симкокс кивнул и ответил: «Я благодарен, сэр Ричард». Он с трудом подбирал слова. «Видите ли, сэр Ричард, мы были друзьями, и я знаю, почему он это для меня делает».

Болито сказал: «Если кто-то и может это сделать, то только он». Он вспомнил это последнее рукопожатие, крепкое и крепкое, как у Херрика; и о Госпоже Удаче Херрика, в которую он всегда так горячо верил.

Он видел, как шлюпка фрегата с силой тянет их к себе, лейтенант пытался устоять на корме, пока корпус вздрагивал под ним. Как в Польше, подумал он, всё правильно и без критики.

Симкоксу он сказал: «Надеюсь, мы снова встретимся. У тебя хорошая компания и прекрасный корабль». Уже говоря это, он понимал, что случилось. Лучше не знать их, не видеть и не узнавать их лица, прежде чем принять решение, которое может погубить их всех. Он часто говорил себе это в прошлом, и после гибели Гипериона снова поклялся себе в этом.

«Приготовьтесь к бою на палубе!»

Болито кивнул тем, кто стоял у фальшборта. Старый Элиас Арчер, канонир, Джей, помощник капитана, который, вероятно, займёт место Симкокса, когда тот покинет корабль. Лица, которые он узнал за столь короткое время. Он заметил, что боцмана Сперри здесь нет. Было приятно знать, что он будет с Тьяке. Он задался вопросом, почему мичман настоял на том, чтобы отправиться с призовой командой, когда ему только что приказали вернуться на свой старый корабль. Возможно, одна загадка даёт ответ на другую? В руках Тьяке они, возможно, и доберутся до берега. Он отгородился от неё, словно захлопнул дверь.