- Я не знаю, но мы это выясним.

Или я возьму Синклера и уеду куда-нибудь, где нас никто не сможет найти. Я не позволю какому-то мудаку отнять у меня мою пару.

- Пойдем. - Я встал и отошел назад, чтобы встать рядом с креслом Синклера. - Давай встретимся с остальными. Может быть, вместе мы сможем что-нибудь выяснить.

Я не остановлюсь, пока мы этого не сделаем.

Когда мы вошли в комнату, ожидавшие нас люди перестали разговаривать и повернулись, чтобы посмотреть на нас.

- Что?

- Что ж, неудивительно, что мы не видели тебя почти сутки, - сказал Шейд. - Должно быть, потребовалось именно столько времени, чтобы вызвать улыбку на твоем каменном лице.

Я отмахнулся от него, к большому удовольствию остальных.

Мы с Синклером обошли его стол, затем взяли стул и придвинули его поближе, прежде чем сесть.

- Судя по тому, как ты нависаешь над Синклером, он, наконец, прорвался сквозь твой ледяной фасад?

Я пронзил Шейда взглядом.

- Он мой.

Шейд ухмыльнулся.

- Что ж, черт возьми, самое время.

- Ты знал? - Спросил Синклер.

Шейд махнул рукой в мою сторону.

- Стоун объяснил нам вчера, перед тем как подняться к тебе.

Я скользнул рукой вниз, чтобы сжать руку Синклера, когда тот напрягся.

- Я рассказал об этом только тем, кто находится в этой комнате, Син, и я взял с них клятву хранить тайну.

Синклер перевел взгляд на меня.

- Ты стыдишься меня?

- Нет! - Я нахмурился, уставившись на свою пару. - Что заставило тебя спросить о подобном?

- Ты взял с них клятву хранить тайну.

- О том, что ты гиена, Син, а не о нашей паре.

Кажется, Синклер забыл, как дышать.

- Синклер?

- Ты сказал им, что я гиена? – прошептал он.

- Сказал. - Я почувствовал, как рука Синклера задрожала в моей, когда он повернулся, чтобы посмотреть на остальных. - Детка, тебе нечего бояться. Им все равно, гиена ты, пантера или фиолетовая свинья. Все, что их волнует, это преданность, которую ты проявлял к каждому из нас на протяжении многих лет. Это значит больше, чем то, в какое животное ты можешь превратиться.

Синклер крепче сжал мою руку.

- Гиены по натуре одиночки. Вот почему у нас такая плохая репутация. Мы не отчитываемся перед Советом, как другие оборотни. Но это тоже не совсем правда. Мы одиночки, пока не встретим свою пару. Как только на нас заявляют права, мы создаем прайд со своими парами.

- Ты гиена, - сказал Страйкер. - Разве это не было бы стаей, а не прайдом? Прайды существуют для кошек.

Синклер покачал головой.

- Гиены - хищные животные семейства кошачьих. Филогенетически они ближе к кошачьим и виверровым.

- Почему мы никогда не слышали об этом раньше? - Спросил Страйкер.

Синклер взглянул на мужчину.

- А сколько гиен ты знаешь?

Страйкер усмехнулся.

- В точку.

- У пантер репутация тех, кто собирается вместе только для того, чтобы завести детей, а затем двигаться дальше. Это тоже не совсем правда. - Синклер глубоко вздохнул, и я понял, что он пытается восстановить контроль над своими эмоциями. - Я думаю, что у многих видов оборотней есть репутация в том или ином отношении, но это не все, чем они являются. Вы не просто убийцы, даже если все знают, что пантеры именно так и поступают. - Он махнул рукой в сторону Шейда и Боба. - Вы находите пару, влюбляетесь и заводите мейн-куна. Вы не просто безмозглые убийцы, но такова ваша репутация.

- Согласен, - сказал Шейд, - но тебе нужно понять, Синклер, что никому из нас нет дела до твоих объяснений. Мы все решили, что то, что мы знаем о тебе как о человеке, важнее, чем все то дерьмо, которое навешивают на вид гиен в целом.

- И я ценю это, правда, - ответил Синклер. - Я просто хотел, чтобы вы знали, что это неправда, особенно сейчас. Стоун заявил на меня права, и теперь мы - прайд. Я полностью предан Стоуну. Я никогда не собьюсь с пути, никогда не покину его и никогда не предам. Теперь, когда он принадлежит мне, я сосредоточен только на нем. Я бы умер за него.

Боб потянул Шейда за рубашку.

- Я хочу быть частью прайда.

Никто не произнес ни слова.

- Это не так просто, Боб, - сказал Синклер мгновение спустя.

- Почему нет?

Я хотел улыбнуться наивности Боба. Он понятия не имел о жизни оборотней. В то время как оборотни открыты миру, большинство людей не понимают, что значит быть одним из них.

- Чтобы стать прайдом, - объяснил Синклер, - должен произойти обмен кровью.

Шейд зарычал и усадил Боба к себе на колени, давая понять всем присутствующим, что он думает по этому поводу.

Синклер усмехнулся.

- Ее не обязательно должно быть много, достаточно одной капли. Но обмен кровью - это не самая важная часть. Важно то, что делает обмен крови.

- Итак, что он делает? - Спросил Боб.

- Как только гиена находит пару и создает свой прайд из двух особей, любой, с кем она обменивается кровью, становится частью этого прайда.

Я бы вмешался, но я знал примерно столько же, сколько и Боб. До того, как Синклер рассказал мне, я даже не подозревал, что гиены могут объединяться в прайды.

- Как только ты становишься частью прайда, ты можешь это почувствовать, почувствовать каждого члена прайда. Возникает... ощущение, что ты являешься частью чего-то большего, чем ты сам.

- Так почему же мы не можем этого сделать? Мы и так уже в значительной степени являемся прайдом.

- На самом деле все не так просто.

- Тогда объясни проще, - сказал Боб. - Объясни мне, почему мы не можем стать прайдом.

- Боб... - начал Шейд.

Один взгляд Боба, и он поджал губы.

Мне захотелось рассмеяться.

Я не стал. Я был почти уверен, что двигаюсь в том же направлении. Не было ничего, чего бы я не сделал для своей пары, даже заткнулся.

- Ты не понимаешь, Боб. Когда формируется прайд, у него должен быть лидер, кто-то ответственный, кто может указывать остальным, что они могут делать, а что нет. Кто-то, кто руководит ими и заботится об их благополучии. - Синклер махнул рукой в сторону трех крупных мужчин, сидевших с нами в комнате. - Все эти мужчины довольно властные. Я не представляю, чтобы они кому-то подчинялись.

- Мы можем проголосовать, - сказал Боб.

Синклер фыркнул.

- Это так не работает.

Глаза Боба сузились.

- Когда в прайд вступает кто-то, кроме пары, сильнейший выбирается по крови.

- И что это значит? - В этих словах было что-то такое, что подсказало мне, что маленький человечек быстро теряет терпение.

- Каждый, кто станет частью этого прайда, почувствует что-то вроде внутреннего инстинкта. Они просто узнают, кто альфа.

Боб раздраженно откинулся на спинку кресла в объятиях Шейда и скрестил руки на груди.

- Я думаю, это был бы Шейд. Он самый сильный.

Я сжал губы, когда услышал тихий смешок Синклера.

- Может быть, а может и нет. Только по крови можно определить.

- Могу я кое-что спросить? - спросил Самсон.

Синклер взглянул на самого крупного мужчину в комнате и кивнул.

- Конечно.

- Какой в этом смысл? Я имею в виду, если бы мне пришлось перед кем-то отчитываться, зачем бы мне хотеть быть частью прайда?

Я понимал, к чему клонит Самсон. Мы все были очень независимыми людьми.

- Для супружеских пар ответ довольно очевиден. Это связывает нас навечно. Для других это связывает их вместе, просто на другом уровне.

- И что дает эта связь?

- Допустим, ты выполняешь задание, подобное тому, которое ты выполнял недавно, когда у тебя были проблемы с львиным прайдом. Ты навлек на себя большие неприятности, не спросив лидеров разрешения находиться на территории прайда.

Губы Самсона скривились, когда все засмеялись.

- Мы, как твой прайд, знали бы, что ты в беде, даже если бы ты нам ничего не сказал. Твой внутренний инстинкт, который так часто сводит меня с ума, может распространиться и на других членов твоего прайда. Ты можешь чувствовать, когда они в опасности.