— Ну а что тогда предлагаешь делать? — подался вперед Витька.

Я поднялся, нервно прошёлся по комнате и остановился у окна. За стеклом темнели дворы домов.

— Предлагаю действовать с головой. Сначала выясним, за что именно Макс задолжал. Может, его просто развели по полной программе и долг липовый. Тогда у нас будут хоть какие-то козыри для разговора.

— А если всё по-честному и долг настоящий? — не унимался Боря, снова затягиваясь.

— Тогда попробуем договориться о рассрочке или найдём другой выход. Главное показать этим шакалам, что Максим не одинок и за него есть кому вписаться.

— Верно говоришь, Сеня! — хлопнул ладонью по столу Колька. — Только вот если переговоры не выйдут?

Я внимательно посмотрел каждому в глаза.

— Тогда будем действовать по обстоятельствам. Но запомните одно — мы не шпана и не бандиты. Мы защищаем друга. Никто из нас первым в драку не полезет.

— А если они полезут? — тихо спросил Мишка, до этого молчавший и напряжённо слушавший разговор.

— Тогда дадим отпор, — ответил я твёрдо. — Но надеюсь, до этого не дойдёт.

И мы ещё долго обсуждали детали плана и решили ехать на первом утреннем автобусе. Всю ночь же перед этим я потом плохо спал. Так что утром встал разбитым, но на автобус не опоздал. В городе Максима мы быстро нашли — он действительно сидел в своей комнатушке общежития и боялся выйти на улицу даже за хлебом. Увидев нас на пороге, он вскочил с кровати и облегченно вздохнул.

— Парни! Родные вы мои! Как же хорошо, что вы приехали! Я уж думал всё… конец мне…

Я крепко обнял его за плечо и строго посмотрел в глаза.

— Давай-ка рассказывай всё с самого начала. И без утайки!

Максим тяжело вздохнул и сел обратно на кровать. Вид у него был измученный и жалкий.

— Понимаете… Деньги я занял не на гулянки какие-нибудь. Светке моей помочь хотел… У неё мать сильно заболела и срочно операция была нужна. А у Светки стипендия тоже не особо большая и она сама вы вытягивала все — у нее же еще брат младший.

Он замолчал и виновато опустил голову. В комнате повисла тяжёлая тишина. Я взглянул на ребят — лица были напряжены, а глаза горели решимостью. Каждый из нас понимал — пути назад нет — теперь мы вместе ввязались в эту историю до конца.

— Понимаешь, — Максим нервно хрустел пальцами, — не мог я её бросить тогда. Люблю же… А денег таких у меня нет. Вот и пошёл к этому Тихому, о нём говорили, что даёт взаймы под проценты.

— И сколько же он дерёт? — спросил я, чувствуя, как внутри медленно поднимается злость.

— Сто процентов в месяц, — тихо ответил Максим и опустил глаза.

Мы с Борькой переглянулись. Ростовщичество, наглое и циничное, как удар в лицо среди белого дня.

— То есть занял пятьсот, а вернуть должен уже тысячу? — уточнил Борька, хмурясь.

— Да, — Максим кивнул и сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Срок был до нового года. А теперь денег нет совсем. Светка меня бросила — сказала, мол, больше не нужен ей такой… — и мы вообще с этого прифигели знатно. Он ей значит, наоборот, в долги вляпался из-за нее, а она… Не ожидал я в общем такого от Петровой.

Но теперь всё хоты бы встало на свои места и мы разобрались в сути. Максим угодил в капкан, из которого обычно не выбираются целыми.

— Ладно, — сказал я решительно. — Поехали к этому Тихому. Попробуем договориться по-хорошему.

Медлить мы не стали, ведь как говорится — перед смертью не надышишься. Тихого мы нашли в подвале старого дома в центре. Подпольный притон — карты, дым коромыслом, дешёвый самогон и подозрительные рожи. На входе стоял верзила-охранник, который сперва не хотел нас пускать. Но когда я назвал себя и сказал, что пришёл по поводу долга Максима, он нехотя пропустил нас внутрь.

Сам Тихий оказался невысоким мужчиной лет сорока с плотной фигурой и внимательными холодными глазами. Рядом с ним устроились знакомые персонажи — Андрюха и здоровяк-боксёр.

— Ну что, курсантик? — усмехнулся Тихий (видимо про меня ему уже рассказали еще с того раза), оглядывая меня с ленивым презрением. — За дружка решил заступиться? Любишь ты смотрю, заступаться за всех.

— Пришёл поговорить, — спокойно ответил я. — По-человечески.

— А о чём тут говорить? — встрял Андрюха, крутя в пальцах нож-бабочку. — Должен — плати. Не можешь платить — отработаешь.

— Или отвечай по полной программе! — добавил боксер и хрустнул костяшками пальцев.

Я же сделал шаг вперёд и посмотрел прямо в глаза Тихому.

— Послушай, Тихий. Я понимаю — бизнес есть бизнес. Но парень попал в беду. Может, найдем какое-то решение?

Тихий откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на меня.

— Какое ещё решение, курсантик? У меня тоже свои обязательства перед людьми. Если один кинет — другие подумают, что можно и им не платить.

— Максим вернёт деньги, — твёрдо сказал я. — Только дай ему время расплатиться частями.

— Время вышло, — холодно отрезал Тихий. — Но есть другой вариант. Ты парень крепкий, умный. Поработаешь на меня пару месяцев — долг твоего друга спишем полностью.

— Нет уж. Я уже говорил одному из твоих, что в военном училище учусь и скоро каникулы закончатся, — я покачал головой.

— Тогда пусть твой дружок пашет на нас до полной выплаты долга! — рявкнул Андрюха и снова щёлкнул ножом.

Стало ясно — миром здесь ничего не решить. Эти люди не собирались идти на уступки. Но у меня оставался последний козырь в рукаве.

— А если я найду способ вернуть тебе деньги прямо сейчас? — спросил я тихо и уверенно, глядя Тихому прямо в глаза.

— Это каким же образом? — Тихий с любопытством приподнял бровь.

— У меня есть кое-что, что может тебя сильно заинтересовать, — бросил я, изо всех сил стараясь не выдать дрожь в голосе. — Я знаю, кто стучит ментам про твои дела.

В комнате повисла вязкая, напряжённая тишина. Я видел, как застыли лица его шайки — словно волки, почуявшие запах крови. Значит, я попал точно в цель…

— Говори, — процедил Тихий, чуть наклонившись вперёд.

— Сначала договоримся насчёт моего друга, — я выдержал его тяжёлый взгляд. — Информация в обмен на прощение долга. Иначе разговора не будет.

Тихий долго сверлил меня глазами, будто пытаясь понять, блефую я или нет. Наконец он медленно кивнул.

— Ладно, курсантик. Но если твоя информация окажется пустышкой, вы оба будете пахать на меня до конца своих дней. И поверь мне — это не фигура речи.

Я понимал, что иду ва-банк. Другого выхода просто не было. Но мой козырь был настоящим — я действительно слышал, когда ездил за покупками в город на каникулах, как местный участковый, стоя в очереди за водкой, хвастался своему дружку тем, что сливает информацию конкурентам Тихого. Я тогда это даже мимо ушей пропустил — меня это не касалось. Да и не думал, что вообще коснется.

Но теперь, через полчаса мы ударили по рукам — Максим свободен, долг списан. И единственное условие — больше никогда не появляться у Тихого с протянутой рукой.

А когда мы вышли на улицу, Максима буквально трясло от облегчения.

— Сенька, ты просто гений! Как ты это провернул?

— Главное — знать слабое место противника и вовремя надавить, — усмехнулся я. — И никогда не показывать страх. Запомни это.

Мы проводили Макса до общежития и отправились обратно в деревню. И всю дорогу парни возбуждённо обсуждали случившееся.

— Сень, а если бы твоя информация оказалась липой? — не выдержал наконец Мишка.

— Тогда пришлось бы драться до последнего зуба, — честно признался я. — Но я был уверен в своей правоте. И да, нам чисто повезло. Очень повезло…

Но увы долго я с друзьями времени после этого больше не проводил. Через несколько дней каникулы подошли к концу, и мне пора было возвращаться в училище. Но перед отъездом мне пришло письмо от Максима — он снова благодарил и клялся больше никогда не связываться с такими займами. А я вдруг понял одну простую вещь — настоящая сила не в кулаках и даже не в оружии. Настоящая сила — это умение вовремя подобрать нужные слова и сказать их так, чтобы каждое попадало прямо в цель. Ну и важно конечно на руках информацию иметь. Не знаю, чтобы мы без нее делали, если бы мне тогда участковый не попался. Хотя, наверное лучше не думать об этом…