В раздевалку заходит большая часть команды и наш разговор с Морозом заканчивается, я только успеваю посмотреть на него, и он с грустью мне улыбается.
После раскатки мы возвращаемся в раздевалку, где слушаем наставления на игру от нашего тренера. До начала игры остается пару минут, и вся команда настраивается на первый период.
— Как себя чувствуешь? — слышу вопрос слева от себя.
— Я готов, капитан, — Илья молча кивает мне и встает для своего слова.
Илья Лукин — мой лучший друг, мы знакомы с ним с детства. Наши мамы подруги, и именно они отдали нас в хоккейную секцию. Несмотря на то, что мой отец был тренером, он настаивал, чтобы я сам выбрал себе увлечение, но был рад узнать, что именно я предпочел. Родители у Ильи развелись, когда ему было четыре года, его воспитывала мама и ее родители. Тетя Катя поддерживала его увлечения и обеспечила всем необходимым. Он вырос умным, инициативным и ответственным, поэтому, когда год назад, наш прошлый капитан закончил карьеру в профессиональном хоккее, я нисколько не удивился, когда роль лидера отдали молодому, но амбициозному игроку. Соглашусь, что «старички» по началу с опаской относились к новому капитану, но Илюха доказал, что не возраст главное, а дисциплина, мотивация и общее желание идти к целям. Он с трудом, но сумел сплотить команду. За пределами катка он — лучший друг, всегда поддержит и поможет, но на льду он — настоящий лидер и относится ко всем одинаково, никого не выделяя.
— Парни, каждый из нас готов к новой игре, я в этом уверен. Давайте слышать и видеть друг друга. Я готов пожертвовать собой ради команды, ради победы и достижения одной общей цели. Я также убежден, что каждый из вас, если нужно, сделает тоже самое для команды. Мы либо победим все вместе или каждый из нас проиграет по одиночке. Помните, когда уже нет даже надежды, надо играть до конца, — он смотрит на каждого. — Ну что, «Ястребы»? Вперед к победе?
— К победе! — разносится по всей раздевалке, и тренер молча кивает.
Первый два периода выходят очень интенсивными. Ни одна из команд не готова уступать и борется за очки. На табло по-прежнему 0:0.
— Белов, ты можешь не удаляться? — с порога заявляет тренер, входя в раздевалку. — Второе удаление за два периода.
— Простите, тренер. Но второе удаление было моментом игры.
— Судья решил по-другому, — он кладет планшет на стол. — Марк, я сколько раз тебе и всем говорил, не держите вы клюшку вверху. Можете быстро отправиться на скамейку штрафников за игру с высоко поднятой.
— Понял, тренер, — киваю я, и он обращается уже к нашему нападающему Денису.
— Моисеев, ты чего боишься 57? Он тебя специально ущемляет, ты можешь ему показать, кто из вас главный?
— Да, тренер.
— Вот отлично. Все, мужчины, отдыхайте и прошу не удаляйтесь! — не говоря больше ни слова, тренер выходит из раздевалки.
В середине третьего периода было несколько опасных моментов у наших ворот. Я выдаю максимум, что могу и защищаю Мороза и его территорию. На лед выходит вторая пятерка игроков, и мы с Ильей возвращаемся на скамейку.
— Белый, этот 64 номер напрашивается! — наклоняется он ко мне, чтобы слышал только я.
— Знаю, но мне нельзя удаляться.
— Нужно прижать его. Давай что-нибудь думай.
— Есть, капитан.
В ходе коммерческой паузы, тренер успевает дать новые наставления и ориентировки. Я упорно пытаюсь его слушать, когда он чертит линию атаки на своем планшете. В момент, когда Николаич заканчивает говорить, по арене разносится веселый голос нашего ведущего, заводящего толпу во время перерывов. Макар — молодой парень с приятным голосом, который умело им управляет. Мы познакомились несколько месяцев назад, когда он только пришел работать в штаб хоккейного клуба. Иногда кажется, что кроме Макара никто не сделает эту работу лучше него. Он отлично ладит с публикой, и она отвечает ему взаимностью. Даже сейчас он бодро комментирует людей, которых ловит камера и выводит на табло для участия в очередном конкурсе.
— Посмотрите, какие очаровательные девушки, — объявляет он, — напоминаю, что для получения приза необходимо показать, как вы любите и болеете за команду «Ястребы».
Я поднимаю голову на табло и вижу, действительно, двух красивых девушек: Дашу и Полину. Они обе отправляют в камеру воздушные поцелуи, а в руках Полина держит плакат с надписью: «Выйду замуж за хоккеиста». Я толкаю Лукина локтем в бок.
— Что? — я молча показываю на экран. Выражение его лицо меняется, когда он видит девушек. — Замуж за хоккеиста она, видите ли, хочет, а работать с ними нет?
— Смена! — орет тренер. — Первая пятерка на лед.
После выиграно сбрасывания в середине поля Илья дает мне пас, и я со всей скоростью еду к воротам соперника. Боковым зрением вижу, что надоедливый номер 64 агрессивно движется на меня. За пару секунд до столкновения, я отдаю шайбу обратно капитану и со всей силы вписываю соперника в борт. Мы оба падаем. Сориентировавшись, я быстро вскакиваю и не успеваю осмотреться по сторонам, как получаю удар по лицу. По арене раздается свист судьи. Я собираюсь ответить обидчику, но в этот момент ко мне подъезжает капитан.
— Белый, не надо, — он встает между мной и другими игроками. — Команде не нужна обоюдка.
Благодаря разбирательству и вовремя приехавшему Илья, судья наказывает малым штрафом номер 64 нападающего Игоря Федорова за грубость.
— Марк, ты как? — ко мне подходит наш врач Леонидыч, когда я сажусь на скамейку. — Держи лед.
Тренер смотрит на меня и кивает, дав понять, что я молодец, что не полез в драку, но знал бы он, что я был готов ответить и мог бы оказаться на скамейке штрафников, если бы не капитан.
Большинство нам удается реализовать, и Илья забивает гол, вся арена содрогается и мой взгляд сам находит девушек. Даша и Полина обнимаются и восторженно визжат забитой шайбе, и я невольно засматриваюсь на блондинку.
— Голова болит? — отвлекает меня Леонидыч.
— Что?
— Голова, спрашиваю, болит?
— Нет, Антон Леонидович, и не кружится. Я получал, куда сильнее.
— Кто бы сомневался, — улыбается и забирает лед. — До конца игры не выходишь.
— Но как? — поворачиваюсь к нему. — Играть еще семь минут. Я им нужен.
— Белов, без возражений. Ты только восстановился или ты снова хочешь не играть? — я отрицательно кивая. Я хочу играть. — Вот и сиди.
Вернувшийся капитан получает свою порцию славы от команды и садиться рядом.
— Ну, что сказал Леонидыч?
— Запретил выходить играть до конца периода, — отвечаю я.
— Плохо, — Илья снимает шлем и протирает его изнутри. — Ты их видел?
— Видел, — без лишних вопросов понимаю, о ком он говорит. — Сильно тебя задела?
— Пойду готовиться к выходу, — не отвечает он на мой вопрос, я улыбаюсь, все поняв без слов.
Конец периода проходит для меня мучительно, но наша команда сохраняет счет и вырывает победу, и мы идем в раздевалку с нужными для нас очками.
После небольшого празднования победы в раздевалке, я выхожу из комплекса, минуя небольшую толпу болельщиков, и направляюсь к машине. Парковка заметно опустела, стоят пару машин и автобус команды соперников. В нескольких метрах от автомобиля замечаю невысокую светловолосую девушку. Очередная поклонница? Я хоть и рад победе, но у меня сейчас совершенно нет желания общаться. Заметив меня, она резко отворачивается, но этого хватает, чтобы узнать ее. Даша. Я уверенными шагами направляюсь в ее сторону и желание общаться возвращается само собой.
— Привет, меня ждешь? — говорю я, оставляя между нами небольшое расстояние.
— Привет, нет. — Девушка поднимает на меня свое лица, и я подмечаю какая она красивая: длинные ресницы, пухлые губы, маленький носик и эти темно-карие глаза. Всегда был не равнодушен к блондинкам, но эта девушка отличается от всех, и я почти уверен, она будет основной моей фантазией на ближайшие несколько дней.
О чем я думаю?
— А чего стоишь на морозе?
— Парня жду, — она топчется на месте, пытаясь согреться.
