<p>
Вот почему Аззира не вернулась к нему там, в роще. Пока он ждал, как дурак, она блудила с другими мужчинами. В сердце Аданэя разгорелся гнев. Он не собирался терпеть ее измены и не позволит ей изменять ему в дальнейшем. Пусть он сам отвергал жену, когда она являлась к нему в иной ипостаси, и пусть он несколько раз со дня воцарения проводил время с рабынями, но это же только потому, что Аззира не показывала ему, какой она может быть! Если б показала, он и думать не думал бы о других женщинах.</p>
<p>
Маллекша словно подслушала его мысли.</p>
<p>
– Тебе придется привыкнуть, Великий.</p>
<p>
– К чему?</p>
<p>
– К многоликости Богини.</p>
<p>
– Если ваша Богиня многолика настолько, то она обычная потаскуха!</p>
<p>
Он ожидал, даже надеялся, что Маллекша возмутится: сейчас ужасно не хватало крепкой ссоры. Но жрица только ухмыльнулась и сказала – небрежно, как бы между прочим:</p>
<p>
– Те мужчины, кому не дано понять ее силу, во все века именно так о ней и говорили. Видимо, ты один из них, о, Великий.</p>
<p>
Из ее уст титул прозвучал, как насмешка и, скорее всего, насмешкой и был.</p>
<p>
Аданэй только подумал, что надо бы ответить, а Маллекша, быстро поклонившись, уже вышла из комнаты. Вторая жрица последовала за ней, и он остался один с пьяной и зацелованной Аззирой. Хотя, судя по ее состоянию, она не только пила и не только вино…</p>
<p>
Аданэй присел на кровать и несколько минут со смесью отвращения и вожделения смотрел на жену, но скоро глаза начали слипаться, голова опустилась на ложе, и он сам не заметил, как уснул.</p>
<p>
Проснувшись, обнаружил, что в помещении стало темнее: свечи погасли, лампа едва светила. Мрак действовал угнетающе, и Аданэй подошел к окнам и раздвинул шторы. В комнату хлынул яркий свет, и Аззира застонала.</p>
<p>
– Закрой, – прохрипела она, прикрывая глаза ладонями. – Сейчас же.</p>
<p>
– Сама закрывай! – огрызнулся Аданэй.</p>
<p>
Она встала и, пошатываясь, приблизилась к окнам и занавесила их почти полностью, оставив открытой только полосу шириной в полшага: наверное, чтобы хоть что-то было видно. Вернувшись к кровати, уселась на нее и спросила:</p>
<p>
– Зачем ты здесь, мой бог?</p>
<p>
Аданэй, напротив, встал и отступил на шаг.</p>
<p>
– Пришел узнать, с кем ты была после меня этой ночью.</p>
<p>
Глаза Аззиры заволокло пеленой. Она уставилась вдаль, затем снова посмотрела на Аданэя.</p>
<p>
– Не помню…</p>
<p>
– Не помнишь?! Ты была с мужчиной! А может, и не с одним!</p>
<p>
– С мужчиной, с женщиной… с кем-то была, – пробормотала она и нахмурилась. – Но я и правда не помню.</p>
<p>
– Что?! Ты говоришь об этом вот так запросто?</p>
<p>
– Да, вот так. Нужны были силы… Я должна вернуть его…</p>
<p>
– О чем ты? – спросил Аданэй, но тут же отмахнулся. – Впрочем, не отвечай. Мне куда важнее знать, не подхватила ли ты позорную болезнь! Или успела подхватить и уже заразила ею меня?</p>
<p>
– О, нет, – вяло откликнулась она. – Сила Богини-матери оберегает меня... И моя судьба уже написана. Ты и другие еще можете пойти многими дорогами… но моя жизнь определена до конца.</p>
<p>
– Какой-то бред! Я думал, что женился на царевне, а оказалось, что на паршивой шлюхе! – рыкнул Аданэй, рассчитывая отомстить ей за измену хотя бы этими обидными словами.</p>
<p>
Вот только Аззире они обидными не показались. Она их будто не услышала и вообще утратила интерес и к Аданэю, и к их разговору. Ее взгляд снова, как раньше, стал безжизненным, а лицо холодным.</p>
<p>
– Ты опять начинаешь походить на мертвую рыбу, – отметил Аданэй почти спокойно. – Что с тобой вообще такое? Почему ты была такой дурманящей ночью, а сейчас снова, как покойница?</p>
<p>
– Ты это чувствуешь?.. Не все могут, – невнятно проговорила она. – Я мертва уже во множестве миров и на множестве дорог. Я умру и здесь, и это очередной мой шаг, чтобы оказаться, где должно…</p>
<p>
– Где это?</p>
<p>
– В начале и конце.</p>
<p>
– В начале и конце чего?</p>
<p>
– Я не знаю точно… не помню…</p>
<p>
– Ты ненормальная… – с раздражением выдохнул Аданэй.</p>
<p>
– А что такое нормальность? Ты знаешь? Где грань, отделяющая разум от безумия?</p>
<p>
– Надеюсь, ты не намерена затеять со мной философский спор?</p>
<p>
– С тобой? Нет конечно же. – Она слегка поморщилась, и на ее застывшем лице промелькнула тень насмешки. – С тобой это не выйдет.</p>
<p>
– С-сука, – ругнулся Аданэй, прекрасно уловив издевку, и сменил тему. – Зачем ты рисуешь такое? – он кивнул на картины на полу. – Кровь, смерть… Зачем это?</p>
