Гримгор чуть заметно приподнял бровь, но продолжал молча есть черешню. Его губы тронула легкая улыбка, когда сладкий сок взорвался во рту новыми красками.

— Его Любознательное Величество Варис Кайрос был занят обучением интересного ученика, — продолжила Люминария, её голос стал чуть более серьезным. — Человеческий мальчик, который способен работать с теневым измерением.

Гримгор удивленно поднял одну бровь, словно услышал что-то невозможное.

— Люди не могут работать с темной материей и её резонансом, — спокойно произнес он, но в его голосе чувствовался проблеск интереса. — Это невозможно биологически…

— Мы тоже так думали, — ответила Люминария, её голубые глаза сверкнули, словно она разделяла его удивление. — Пока Его Величество не нашел этого парня… Парень показал себя талантливым учеником, но он исчез вчера… Предварительно отправив в стратосферу сигнатуры трех молодых демонов-выпускников. Эквилис отправил три поисковых группы на поиски беглеца… Помнишь пропавшего Ракшасана?

Гримгор молча кивнул, его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах читалась настороженность.

— Одна из групп наткнулась на еще теплый труп Ракшасана, — продолжила Люминария, её голос стал чуть тише, будто она боялась произнести следующие слова. — Изрезанный человеческим мечом и обескровленный. Проход сигнатуры Ракшасана зафиксирован не был. — Она сделала паузу, чтобы дать Гримгору осмыслить услышанное. — Ты понимаешь?

Гримгор задумчиво посмотрел на плод черешни в своей руке, словно размышляя над чем-то важным.

— Кто-то жрет наши души? — спросил он наконец, его голос был спокоен, но в нем чувствовалась холодная ярость.

— Похоже на то… — тихо сказала Люминария, её крылья слегка сжались, словно она пыталась защититься от самой идеи.

— Блохастые? — предположил Гримгор, хотя его тон явно намекал, что он сомневается в этой версии.

— Эквилис сообщил нам, что возле тела Ракшасана группа наткнулась на следы того самого мальчика… — Люминария снова сделала паузу, словно готовясь к финальному удару. — А через три часа вся группа исчезла… Сигнатуры волков в стратосфере зафиксированы не были…

Гримгор медленно положил остатки черешни обратно на блюдо. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах загорелся опасный огонь.

— Никто и никогда не убивал духов равновесия… — задумчиво произнес он, словно вспоминая древние времена. Казалось, что его ничем невозможно смутить. — А как зовут этого мальчика?

— Арден

Они стояли над телом Ракшасана, могучего демона, чья глыбоподобная фигура теперь безжизненно лежала на земле, уткнувшись лицом в траву. Его огромный меч, некогда испещренный огненными рунами, валялся рядом, словно брошенная игрушка. Казалось, что сама сила, которой он обладал при жизни, покинула его, оставив лишь пустую оболочку. Тело было покрыто множеством резаных ран — аккуратных, точных, будто каждая из них была нанесена с холодным расчетом. Могучий воин выглядел истощенным, как будто перед смертью он уже не мог сопротивляться.

Гримгор медленно обошел тело, внимательно осматривая все вокруг. Его глаза скользили по траве, по следам крови, по сломанным веткам кустарников. Он словно читал книгу, написанную невидимыми чернилами, где каждый штрих рассказывал свою историю. Эта опушка была живописной: высокие деревья окружали поляну, их кроны мягко шелестели под легким ветром, а солнечные лучи пробивались сквозь листву, создавая причудливые узоры на земле. Но Гримгора совершенно не интересовали красоты земной природы. Его взгляд был сосредоточен, его разум работал как машина, анализируя каждую деталь.

— Отряд Зарагора я оставил в лагере, — произнес он, не отрывая взгляда от земли. — Они затопчут все к чертям!

Люминария кивнула, её белоснежные крылья слегка трепетали, словно она пыталась сохранить спокойствие. Она знала, что Гримгор прав. Даже самые осторожные демоны могли легко уничтожить любые следы, просто пройдясь по поляне.

Тропинку, по которой ушел Арден, Гримгор заметил почти сразу. Она была едва заметной, но для его зорких глаз это не составило труда. Следы были легкими, словно мальчик двигался быстро и уверенно, почти не задерживаясь. Гримгор медленно двинулся по этим следам, его шаги были мягкими, почти бесшумными. Люминария молча следовала за ним, её крылья слегка светились, добавляя окружающему пространству загадочности.

Тропинка вела через лес, который становился все более мрачным и плотным. Воздух здесь был прохладнее, а запах свежей земли смешивался с ароматом хвои. Гримгор внимательно осматривал каждый метр пути, замечая даже самые мелкие детали: сломанную веточку, отпечаток подошвы на мягкой земле, каплю крови, оставленную, вероятно, раненым противником.

— Этот мальчик… — произнес он наконец, нарушая тишину. — Он не просто убивает. Он делает это с какой-то странной методичностью. Как будто… знает, что делает.

Люминария кивнула, её голос прозвучал мягко, но с легкой тревогой:

— Да. И это пугает больше всего. Мы не знаем, как он смог развить такие способности. Это… невозможно для человека.

Спустя непродолжительное время тропинка привела их к подножию холма, где некогда стоял Ракшасан. Перед ними открылась поляна, которая выглядела как поле битвы. Следы сражения были повсюду: истерзанные тела волков Эквилиса лежали на земле, словно разбросанные тряпичные куклы. Их шкуры, некогда блестящие и густые, теперь были покрыты кровью и грязью. Когтистые лапы застыли в последних судорогах, а глаза, полные ярости и боли, остекленели, уставившись в пустоту.

— Это невозможно… — произнес Гримгор, его голос был напряженным, почти шокированным. — Даже один волк способен расправиться с отрядом опытных бойцов… А тут целых семь…

Его слова повисли в воздухе, словно эхо. Люминария молчала, её крылья слегка дрожали, будто она пыталась сдержать волнение. Она медленно осматривала поляну, её голубые глаза скользили по каждому телу, каждой детали. Было видно, что смерть этих существ стала результатом чего-то невероятного — силы, которую трудно было даже представить.

Гримгор шагнул вперед, его движения стали осторожнее. Он внимательно изучал следы вокруг: глубокие царапины на земле, оставленные когтями волков; пятна крови, которые образовывали причудливые узоры; обрывки одежды и оружия, разбросанные по всей поляне. Все это говорило о жестокой и беспощадной битве.

Их взгляды одновременно упали на вход в пещеру, который темнел впереди, словно открытая пасть древнего чудовища. Стены пещеры были усеяны кристаллами, испускающими тусклый голубоватый свет, который создавал атмосферу мистического ожидания. Воздух здесь был холодным и влажным, а каждый шаг отзывался мягким эхом, будто само пространство наблюдало за ними.

Гримгор и Люминария медленно двинулись к пещере, готовые ко всему. Их инстинкты были обострены до предела, а каждое движение было продумано. Но, прежде чем они успели приблизиться к входу, раздался низкий, инфернальный голос, который заставил их замереть:

— Добрый вечер, уважаемые! — произнес голос, полный сарказма и угрозы. — Вы что-то потеряли?

Они резко обернулись на голос, и их взору предстало зрелище, которое заставило даже Гримгора на мгновение замереть. В тени деревьев, словно вырезанный из самой тьмы, стоял огромный черный демон. Его высота достигала восьми метров, и каждая деталь его фигуры источала угрозу и могущество.

Его массивные копыта, словно выкованные из чистого обсидиана, впечатывались в землю, оставляя глубокие следы. Ноги были подобны колоннам древних храмов — мощные, мускулистые, покрытые броней, которая казалась частью его тела. Каждая пластина доспехов была грубой, будто высеченной вручную, но при этом идеально подогнанной. Броня не отражала свет — она поглощала его, словно черная дыра, делая силуэт демона еще более зловещим.

Его торс был закован в тяжелую броню, украшенную острыми шипами и рунами, которые слабо пульсировали красным светом. Плечи, широкие и мощные, переходили в огромные кожистые крылья, похожие на крылья дракона. Они были сложены за спиной, но даже в неподвижном состоянии излучали угрозу. Каждое движение крыльев, казалось, могло вызвать ураган или разрушить все вокруг.