Кайрос замер, его металлические пластины слегка засветились ярче.
— Градусов тридцать? — переспросил он, и в его голосе появилась легкая тревога. — Там проходят боевое слаживание курсанты демонов. Это плохо...
— У тебя нет ощущения, что за нами кто-то наблюдает? — спросил Император Варис Кайрос, его механические пластины слегка засветились ярче, словно реагируя на внутреннее напряжение. Его голос был ровным, но в нем чувствовалась легкая тревога.
Эквилис, все еще в облике волка, прищурился, его глаза, горящие холодным светом, скользнули по окрестностям. Он медленно повернул голову, словно прислушиваясь к чему-то, что было недоступно для человеческого слуха.
— Кто здесь? — рыкнул он, и его голос прозвучал глухо, как эхо в пустой пещере. — Какая-то странная волновая структура...
Арден не выдержал. Его сердце бешено колотилось, а мысли путались, словно ветки в бурю. Он понимал, что больше не может оставаться на месте. Страх, который он так долго сдерживал, наконец взял верх. Арден вскочил и кинулся прочь, не разбирая дороги. Его движения были быстрыми, почти инстинктивными, словно его тело знало, что делать, даже когда разум отказывался принимать реальность.
Как только он тронулся с места, звуки вокруг словно замерли. Шелест листвы, шорох ветра, даже мерное пульсирование голубого пламени вокруг Эквилиса — все это исчезло, оставив после себя звенящую тишину. Арден бежал, петляя между деревьями, словно пытаясь запутать невидимого преследователя. Его дыхание было ровным, а шаги — бесшумными, но внутри него нарастало странное ощущение. Кто-то или что-то гналось за ним. Не физически — этого он не чувствовал. Это было что-то большее, словно само пространство вокруг него сжималось, пытаясь загнать его в ловушку.
Ощущение было необычным. Арден не чувствовал усталости, хотя его тело должно было быть измотано после долгого бега. Но внезапно в правом боку закололо, и он вынужден был перейти на шаг. Боль была резкой, почти парализующей, но она быстро прошла, оставив после себя лишь легкое покалывание. Арден остановился, чтобы перевести дыхание, и оглянулся.
Преследователей не было. Ни одного движения, ни одного звука. Только лес, который теперь казался еще более мрачным и безмолвным, чем раньше. Но Арден знал, что это не значит, что он в безопасности. Где-то глубоко внутри него зрело понимание, что нужно уходить как можно дальше. Он снова побежал, стараясь не обращать внимания на боль, которая время от времени вспыхивала в боку…
Прошло несколько часов. Арден уже не бежал — его силы были на исходе, а тело отказывалось подчиняться. Он брёл, едва переставляя ноги, не выходя из глубинного измерения. Мир вокруг него оставался серым и блеклым, а время текло медленно, как река, текущая сквозь пески вечности. Каждый шаг давался с трудом, будто он продирался сквозь невидимую пелену, которая сопротивлялась каждому его движению.
Мысли роились в его голове, хаотичные и беспощадные, словно стая хищных птиц, кружащих над полем битвы. Страх… почти панический ужас… Он чувствовал, как холодный пот стекает по спине, а дыхание становится прерывистым, хотя в глубинном измерении физическая усталость была почти незаметна. Его разум отказывался принимать реальность, но слова, услышанные в лесу, эхом отдавались в его сознании, разрывая его на части.
"Рай забирает души с маркером добра… Ад — с маркером зла…"
"Нейтралы дают больше энергии… Но только мы можем их использовать…"
"Жатва… Выжить должны не более десяти процентов населения Земли…"
Эти фразы звучали в его голове снова и снова, как заезженная пластинка, не оставляя места для других мыслей. Арден пытался осмыслить услышанное, но каждый раз, когда он начинал думать об этом, мир вокруг казался всё более чуждым, словно сама реальность растворялась, уступая место чему-то большему, чем он мог себе представить.
Он всегда верил в добро и зло. Всегда думал, что существует чёткая граница между тем, что правильно, и тем, что неправильно. Но теперь эта граница рухнула. Рухнуло всё. Те, кто, казалось, помогали ему, оказались злейшими врагами. Добро и зло, которые он считал абсолютными, оказались всего лишь сторонами одной монеты. И эта монета была злом. Злом страшным и запредельным.
Арден остановился, опустившись на колени. Его руки дрожали, а перед глазами всё расплывалось. Он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться, но образы, возникавшие в его сознании, были ещё страшнее, чем реальность. Перед его мысленным взором вставали картины жатвы: огненные клинки архангелов, сжигающие города; демоны, движущиеся с максимальной скоростью, уничтожающие всё на своём пути; люди, кричащие в ужасе, пытаясь спастись, но безуспешно. Он видел это так ясно, словно сам был там, среди хаоса и разрушения.
"Кайрос… Кайрос!" — имя эхом отозвалось в его голове. Человек, которого он считал своим наставником, своим защитником, оказался частью этого кошмара. Его истинная форма, металлические пластины, светящиеся контуры… Это было не просто маской. Это было его настоящим лицом. Лицом существа, которое играло роль человека, чтобы обмануть его. Чтобы обмануть всех.
Арден почувствовал, как внутри него поднимается волна гнева. Гнев смешивался со страхом, создавая странную смесь эмоций, которая грозила поглотить его целиком. Он хотел кричать, хотел бить кулаками по земле, хотел разрушить всё вокруг, чтобы избавиться от этого давления. Но он не мог. Его тело отказывалось двигаться, а голос застрял в горле, словно его душили невидимые руки.
Он поднял голову и посмотрел на деревья вокруг. В глубинном измерении они казались старше, мудрее, словно хранили в себе истории, которые никогда не будут рассказаны. Но сейчас эти истории казались ему пустыми и бессмысленными. Какой смысл в историях, если весь мир — всего лишь шахматная доска, а люди — пешки в игре высших сил?
"Зачем?" — подумал он. — "Зачем всё это? Зачем им нужна жатва? Зачем нужны убежища, если все бойцы обречены на смерть? Зачем всё это нужно, если в итоге остаются только развалины и пепел?"
Ответа не было. Только тишина, густая и давящая, словно одеяло, накинутое на его плечи. Арден снова поднялся на ноги, хотя каждое движение давалось с трудом. Он понимал, что не может оставаться здесь. Нужно идти дальше, нужно найти ответы. Даже если эти ответы разрушат его окончательно.
Дремучий лес заметно редел. Деревья становились ниже, а кусты — реже. Арден чувствовал, что приближается к открытой местности, но это не приносило облегчения. Наоборот, чувство тревоги усиливалось с каждым шагом. Он знал, что где-то там, за пределами леса, его ждут новые испытания. Испытания, которые могут оказаться последними.
Но он продолжал идти. Потому что остановиться означало сдаться. А сдаваться он не мог. Не теперь, когда мир вывернулся наизнанку, а всё, во что он верил, оказалось ложью.
Демона Арден увидел издалека. Вообще сложно не заметить пятиметрового демона — эту глыбу, которая словно выросла из самой земли на границе леса и поляны. Демон немного сгорбился, его массивное тело будто прогибалось под невидимым грузом. Его рогатая голова была опущена, а взгляд устремлен вниз, словно он размышлял о чем-то тяжелом и мрачном. В правой руке он держал огромный черный меч, испещренный огненными рунами, которые пульсировали, как сердце древнего зверя. Клинок казался живым, его темная сталь источала жар, от которого воздух вокруг дрожал, как над раскаленным песком.
Арден замер на мгновение, его пальцы сжались на рукояти собственного меча. Сердце колотилось, как барабан перед битвой, а кровь бурлила в венах. Он вынул клинок из ножен, и металл тихо зазвенел, нарушая тишину леса. С криком, полным ярости и решимости, Арден бросился вперед, словно стрела, выпущенная из лука. Его шаги были быстрыми и уверенными, а глаза горели холодным огнем.
Ракшасан, а это был именно он, стоял на опушке. Теплое солнце грело его, но не радовало. Он давно сдался своему мечу, этому проклятому клинку, который питался его силой и жизнью. Ракшасан знал, что его время подходит к концу. Он готов был отправиться за следующей намеченной мечом жертвой, но внезапно что-то привлекло его внимание. В лесу, среди деревьев, он увидел вспышку ярко-белого света — короткую, но ослепительную. А через мгновение появился знакомый темный шлейф, характерный для теневого бойца.
