Так однажды случилось и с деревней, в которой проживал Томас Венкл (в этом плане он сообщил правду, но всё же не всю). Но с ростом числа пленников у них появилась возможность бороться с влиянием своих тюремщиков. В какой-то из моментов духи сообща нанесли удар по чудовищам, чтобы Венкл смог вырваться на время и добраться до меня. На вопрос, как они вообще на меня вышли, Венкл лишь пожал плечами и сказал, что моя аура очень знакома духам, ведь я гораздо чаще других людей связываюсь с потусторонними силами. А это неизбежно оставляет свой отпечаток на мне. Как говорится, если долго смотреть в бездну... Что ж, впредь буду знать, что я особая знаменитость среди духов, чтобы перепроверять тщательнее своих клиентов, прежде чем соглашаться на дело.

Кстати, финал, как это бывает во многих бульварных и отвратных книжонках, оказался счастливым. Духи обрели покой, жнецы в массе своей перестали существовать (хотя это далеко не единственный выводок в данном мире), а благодарные жители деревни (всё же покойной, увы) показали мне врата в наш мир и заодно место, где некий древний аристократ спрятал немного своих драгоценных сбережений. Собственно, врата тоже располагались в имении этого безымянного дворянина. По-видимому, он имел какое-то отношение к культу Смотрящих, которые жаждали установить более тесную связь с потусторонними мирами, но, к счастью, Инквизиция и другие тайные ордены уничтожили этих богомерзких еретиков. Жаль только, что их наследие всё ещё живо. Но пока что хватит с меня всех тайн. Я жив и здоров, клиенты оказались щедрыми (целый сундук всякого добра), а рассудок почти не пострадал. Правда, пороги своего дома я решил дополнительно обить защитными полосами серебра. На всякий случай.

Довольно жуткое дело произошло летом 18** г. в Лондоне, в районе Челси. Со мной связался один из владельцев нынче входящих в моду универмагов и попросил конфиденциального разговора. Честно говоря, после недавнего дела о Болотном пожирателе мне не очень хотелось в ближайшее время заниматься охотой. Достаток я уже какой-никакой нажил, репутацию тоже, клиентов хоть отбавляй, причем в различных уголках Европы и даже из других мест. Все время заниматься работой стало слишком тяжело в моральном плане, ведь а когда жить-то? Согласитесь, что после охоты в канализационных стоках за Костяным клубком или сражения с болотными, лесными и другими духами картина чистого моря, с бокалом изысканного вина и всевозможными удобствами станет слишком заманчивой, чтобы вновь соглашаться куда-то ехать.

Однако владелец универмага (его звали Моррис Чембер, и он был невероятно суетливым и тараторящим) назвал сумму чека только за мой скорейший приезд, после чего я обнаружил в себе небывалый трудовой энтузиазм и любовь к своему делу. Я дал свое согласие и ближайшим поездом доехал до Кале, а оттуда с пароходом прибыл в Лондон. Город, как и в прошлый мой визит, когда я искал причину появления Кровавых следов в одном особняке, оставлял дурное впечатление огромного кишащего муравейника, при этом в последнем хотя бы царит чистота и порядок. Вскоре я добрался до нужного адреса, где услужливый швейцар, получив мою визитку, провел меня до кабинета Морриса.

Владелец универмага радушно принял меня и был сама любезность. Я даже начал испытывать к нему дружеские чувства, хотя на это, скорее всего, повлиял тот самый солидный чек. После угощения бокалом неплохого вина и обсуждения погоды мистер Чембер перешел к сути дела. По его словам, он готовит небывалое торжественное мероприятие, на которое будут приглашены лучшие портные и создатели новых коллекций одежды. По этому случаю весь второй этаж был отдан под выставочные павильоны одежды и были заказаны в огромном числе новые манекены в натуральный человеческий рост, дабы посетители могли воочию увидеть, как одежда будет сидеть на человеке. При упоминании манекенов я невольно вздрогнул, вспомнив один стародавний случай на складе, где тоже были манекены, которые плевались ядом и жутко завывали, хотя у них не было ртов. Очень не люблю их, поэтому по крупным магазинам и не хожу, предпочитая заказывать продукты в лавке.

Так вот, манекены. Хозяин универмага поведал, что первое время все было в порядке. А вот через пару ночей стало происходить что-то странное. Для начала ночные охранники, нанятые мистером Моррисом, слышали странные скрипы и шорохи, но ничего подозрительного не могли обнаружить. Правда, манекены выглядели странно. Неестественно, как они выразились. И все эти манекены, казалось, наблюдают за каждым твоим шагом. И как только мужчины уходили со второго этажа, оттуда вновь слышались странные звуки. Охранники вообще люди довольно суеверные, ведь ночью чего только не насмотришься, поэтому вскоре поползли по универмагу слухи о призраках. Моррис сурово отчитал охрану за подобные сплетни, которые могли серьезно подорвать репутацию его заведения и распугать клиентов, однако вскоре к нему прибежали взволнованные продавщицы и сообщили, что манекены стали другими.

Поднявшись на второй этаж, владелец сам увидел жуткую картину: все манекены стали насыщенного серого оттенка, а на гладких пустых лицах проявились черные тени, которые складывались в глаза и жуткий оскал. Моррис поначалу решил, что это некий розыгрыш, что его работники просто хотели над ним пошутить, но перепуганный персонал уверил его, что никто к манекенам не подходил. В общем, было решено их отвезти на свалку с приказом сжечь, после чего были заказаны новые. Однако на следующую ночь все повторилось. Странные звуки, шорохи, скрипы и даже какой-то топот, а на утро все манекены выглядели как ночные кошмары. На этот раз они застыли еще в различных позах, в которых изначально не были. Стоит ли говорить о том, что владельцу грозил форменный провал.

С явной неохотой я согласился на это дело. Ведь судя по показаниям очевидцев, все самое интересное происходит, конечно же, ночью. Вот что за призраки, вечно им подавай глухую жуткую темноту, когда и так на душе кошки скребут, а тут еще очередной дух соревнуются с другими в негласном конкурсе «Устрой смертным самую жуткую манифестацию». Я потребовал дополнительную оплату, полную свободу действий и, помня о клиентах в деле о Чайном сервизе, заверение, что в случае какого-либо ущерба моя выплата не пострадает. Мой клиент согласился со всеми требованиями, что говорило о крайне отчаянном положении. Получив нужные документы, я приступил к работе.

На втором этаже уже были выставлены новые манекены, привезённые несколько часов назад. Мне предстояло провести в этом месте самые страшные часы, поэтому я решил создать безопасный уголок, откуда смогу вести наблюдение. Носильщики принесли всё моё оборудование, и я приступил к работе.

Поскольку природа этого феномена была мне неясна, я использовал все известные мне средства против духов: святую воду, дорожки с солью, железные цепи и святые масла с охранными символами различных культур. Кроме того, у меня были новые электрические приборы, любезно предоставленные Кратсгорцем, который стал необычайно отзывчивым на мои просьбы после того, как я расплатился со всеми долгами. Эти приборы показывали, что в этом месте происходят серьёзные колебания температуры, влажности и других параметров, даже днём, что свидетельствовало о немалой силе духа.

На каждый манекен, кроме одного, я нанёс специальную печать из лаванды, кедрового масла (призраки почему-то не выносят его) и серебра. Конечности манекенов я сцепил серебряными цепями на всякий случай. Если моё предположение верно, то дух, видимо, желал какого-то деяния, для чего ему понадобились эти манекены. Однако сила его контроля была настолько мощной, что это оставляло отпечаток даже на бездушном материале, и это внушало опасения.