Клара была его замужняя сестра, мистрисъ Гитауэ.

 -- Если ты желаешь.

 -- Ей лучше будетъ поѣхать въ четвергъ. Пусть это сдѣлается извѣстнымъ. Я не желаю медлить. Ну -- кажется теперь все.

 -- Надѣюсь, что она будетъ для тебя доброю женой, Фредерикъ.

 -- Я не вижу, почему ей не быть доброю женой. Прощайте матушка. Скажите дѣвочкамъ, что я увижусь съ ними въ субботу.

 Онъ не видалъ, почему женщинѣ, на которой онъ собирался жениться, не быть для него доброй женой! А между тѣмъ онъ ничего о ней не зналъ и нисколько не старался разузнать. Что она хороша собой, онъ могъ видѣть; что она умна, онъ понималъ; что она жила въ улицѣ Маунтъ, это былъ фактъ; родство ея было ему извѣстно;-- что она владѣтельница большого годового дохода, было неоспоримо; но какъ могъ онъ знать, не подвержена ли она всѣмъ возможнымъ порокамъ? И дѣйствительно, у ней такъ много было пороковъ, что если прибавить къ нимъ всѣ остальные, едвали сдѣлалась бы она хуже, чѣмъ была теперь. Она никогда не жертвовала для любовника своей красотой -- она ничѣмъ никогда не жертвовала ни для кого -- она не была пьяницей. Трудно сказать что-нибудь другое въ ея пользу, а между тѣмъ лордъ Фонъ былъ очень радъ жениться на ней, не видя причины, почему ей не быть хорошей женою. И сэр-Флоріанъ не видалъ причины; -- а между тѣмъ Лиззи разбила сердце сэр-Флоріана.

 Когда дѣвочки узнали новость, онѣ и испугались, и обрадовались. Лэди Фонъ съ дочерьми жила далеко отъ свѣта. Онѣ также были бѣдные богачи -- если можно употребить такое выраженіе -- и мало бывали въ обществѣ. Въ замкѣ Фонъ держали буфетчика, ливрейнаго мальчика, двухъ садовниковъ, человѣка, смотрѣвшаго за коровами, экипажами и лошадьми, и толстаго кучера. Держали кухарку, судомойку, двухъ горничныхъ -- шившихъ платья -- двухъ служанокъ и молочницу. Надо было держать въ порядкѣ большой старый кирпичный домъ и красивый паркъ. Намъ извѣстно, что у лэди Фонъ было семь незамужнихъ дочерей и гувернантка. Съ такимъ семействомъ и съ доходомъ, не превышавшимъ трехъ тысячъ фунтовъ въ годъ, лэди Фонъ богата быть не могла. А между-тѣмъ кто могъ бы сказать, что старушка съ дочерьми были бѣдны, когда могли тратить три тысячи фунтовъ въ годъ? Люди незнатные въ Англіи должны считать, что внезапное полученіе титула тотчасъ возвышаетъ цѣну на всякій предметъ на двадцать процентовъ. Баранина, прежде стоившая девять пенсовъ за фунтъ, будетъ стоить десять пенсовъ, и придется кормить большое количество людей. И чай выйдетъ скорѣе. Земледѣлецъ работаетъ по десяти часовъ въ сутки, сквайръ, девять, а пэръ только восемь. Мисъ Джонсъ, сдѣлавшаяся лэди Джонъ, должна платить не менѣе трехъ пенсовъ за каждое "милэди", которое ласкаетъ ея слухъ. Даже баронетъ, дѣлающійся лордомъ, долженъ сократить свои покупки, вслѣдствіе увеличенія цѣнъ, если только онъ очень опытенъ въ дѣлахъ міра сего. Старая лэди Фонъ, которая не дѣлала никогда долговъ и, несмотря на свою экономію, была не скупа, знала очень хорошо, что она можетъ дѣлать и чего не можетъ. Старая фамильная карета и двѣ горничныя составляли необходимость, но лондонское общество было для нея недоступно. Слѣдовательно, они не много слышали о Лиззи Юстэсъ. Но кое-что слышали.

 -- Надѣюсь, что она не слишкомъ будетъ пристрастна къ выѣздамъ, сказала Амелія, вторая дочь.

 -- И не будетъ расточительна, сказала Джоржипа, третья.

 -- Ходили какіе-то слухи, будто она въ страшныхъ долгахъ, когда выходила за сэр-Флоріана Юстэса, сказала Діана, четвертая дочь.

 -- Фредерикъ позаботится разузнать объ этомъ, сказала Августа, старшая.

 -- Она очень хороша собою, сказала Лидія, пятая.

 -- И очень умна, сказала Цецилія, шестая.

 -- Красота и умъ не составляютъ достоинствъ доброй жены, сказала Амелія, считавшаяся умницей въ семьѣ.

 -- Фредерикъ навѣрно позаботится, чтобы она не сдѣлала ничего дурного, сказала Августа, которая не была умна.

 Тутъ Люси Морисъ вошла въ комнату съ Ниной, младшей.

 -- О, Нина! какъ ты думаешь? сказала Лидія.

 -- Милая моя! сказала лэди Фонъ, протянувъ руку и остановивъ нескромную рѣчь.

 -- О! мама, что это такое? спросила младшая.

 -- Конечно, Люси сказать можно, сказала Лидія.

 -- Ну да, конечно Люси сказать можно. Нѣтъ никакой причины, чтобы Люси не знала всего касающагося нашего семейства; -- тѣмъ болѣе, что она давно дружна съ нею. Душа моя, сынъ мой женится на лэди Юстэсъ.

 -- Лордъ Фонъ женится на Лиззи! сказала Люси такимъ тономъ, въ которомъ выражалось не одно удовольствіе.

 -- Если только вы не объявите запрещенія при оглашеніи въ церкви, сказала Діана.

 -- Развѣ есть какая-нибудь причина, чтобы онъ не женился на ней? спросила лэди Фонъ.

 -- О, нѣтъ! только это кажется такъ странно. Я не знала, что они знакомы -- то есть такъ коротко. Притомъ...

 -- Что такое, душа моя?

 -- Это какъ-то странно -- вотъ и все. Навѣрно все это очень хорошо, и надѣюсь, что они будутъ счастливы.

 Однако, лэди Фонъ осталась недовольна и не говорила съ Люси до своего отъѣзда съ Августой въ Лондонъ.

 Она прежде заѣхала къ своей замужней дочери, жившей на Нарвикскомъ сквэрѣ. Мистрисъ Гитауэ, мужъ которой былъ предсѣдателемъ апеляціоннной палаты по гражданскимъ дѣламъ, и очень хорошо былъ извѣстенъ во всѣхъ присутственныхъ мѣстахъ и вообще всѣмъ должностнымъ лицамъ, слышала болѣе матери о томъ, что происходило въ свѣтѣ. Освободившись отъ материнскаго контроля уже десять или двѣнадцать лѣтъ, она могла выражаться при матери съ большей откровенностью, чѣмъ другія ея дочери.

 -- Мама, сказала она: -- неужели вы говорите правду?

 -- Правду, Клара; неужели я стану лгать?

 -- Это самая хитрая лисица во всемъ Лондонѣ.

 -- О, Клара! сказала Августа.

 -- И какая лгунья! продолжала мистрисъ Гитауэ.

 По лицу лэди Фонъ пробѣжало выраженіе огорченія, потому что лэди Фонъ вѣрила своей старшей дочери. Но все-таки она намѣревалась не уступать въ такомъ важномъ дѣлѣ.

 -- Хитрая лисица выраженіе довольно неопредѣленное, сказала она.-- Еслибъ ты мнѣ сказала, въ чемъ состоитъ ея хитрость, Клара?

 -- Разстройте свадьбу брата, мама.

 -- Зачѣмъ мнѣ разстроивать -- даже еслибъ я могла?

 -- Вы ее не знаете, мама.

 -- Она нѣсколько разъ была въ замкѣ Фонъ; она дружна съ Люси.

 -- Если она дружна съ Люси Морисъ, мама, я не возьму къ себѣ Люси.

 -- Но что же она сдѣлала? Я никогда не слыхала, чтобъ она вела себя неприлично. Что все это значитъ? Она принята вездѣ; не думаю, чтобъ у нея были любовники. Фредерикъ менѣе всѣхъ на свѣтѣ способенъ жениться на женщинѣ, не пользующейся хорошей репутаціей.

 -- Фредерикъ не дальновиднѣе другихъ мужчинъ. Разумѣется у нея есть состояніе -- пожизненное.

 -- Кажется, потомственное, Клара.

 -- Я не сомнѣваюсь, что она это говоритъ. Я думаю, что во всемъ Лондонѣ не найдется такой лгуньи. Разузнайте-ка объ ея брилліантахъ, прежде чѣмъ она вышла за сэр-Флоріана, и сколько онъ долженъ былъ за нее платить, или лучше я разузнаю. А если вы хотите знать все подробно, мама, спросите ея родную тетку, лэди Линлитго.

 -- Мы всѣ знаемъ, душа моя, что лэди Линлитго съ ней поссорилась.

 -- Я такъ думаю, что она опять по уши въ долгахъ; но я разузнаю и тогда безъ церемоніи разскажу все Фредерику. Орландо также можетъ разузнать.

 Мужа мистрисъ Гитауэ звали Орландо.

 -- Я не сомнѣваюсь, что мистеръ Кэмпердаунъ знаетъ всю ея подноготную. Словомъ, мама, я столько слышала о лэди Юстэсъ, что по моему мнѣнію, Фредерикъ раскается, женившись на ней.

 -- Но что же можемъ мы сдѣлать? сказала лэди Фонъ.

 -- Разстроить свадьбу, отвѣчала мистрисъ Гитауэ.

 Энергичныя выраженія дочери произвели самое непріятное дѣйствіе на лэди Фонъ. Мы уже сказали, что она вѣрила мистрисъ Гитауэ. Она знала, что мистрисъ Гитауэ было извѣстно все, происходившее въ свѣтѣ, и что она ежедневно слышала такія вещи, которыя вовсе не доходили до замка Фонъ. А между тѣмъ ея сынъ бывалъ въ свѣтѣ, нисколько не менѣе ея дочери. Если лэди Юстэсъ была такая отверженница, какою ее теперь представляли, то почему же лордъ Фонъ не слыхалъ объ этомъ? А она уже дала согласіе и обѣщала поѣхать къ лэди Юстэсъ.