-- Вотъ то-то нѣтъ. Всѣ юристы ошибались въ этомъ. На сколько я могу понимать, юристы всегда ошибаются. Кэмпердаунъ самъ сознался, что ошибся. О тѣхъ девяти-стахъ-тысячахъ рупій для Сааба, Финлэ всегда ошибался. Если послѣ всего этого брилліанты дѣйствительно ея собственность, то я поистинѣ самъ не знаю, что мнѣ дѣлать. Благодарю васъ, Гитауэ, что навѣстили меня. Въ настоящую минуту ничего болѣе нельзя сдѣлать. Положите здѣсь письмо этого бездѣльника, а я подумаю о немъ.
Мистрисъ Гитауэ сообразила, что это весьма неблагопріятное положеніе вещей, и въ домѣ на Варвикскомъ сквэрѣ произошло великое смятеніе послѣ того какъ Гитауэ пересказалъ своей женѣ новую исторію о слабодушіи ея брата. Ужъ она-то не ослабѣетъ! Ужъ она-то не намѣрена отступаться отъ сопротивленія этому браку! Ужъ eе-то не напугаютъ ни Лиззи Юстэсъ ни Фрэнкъ Грейстокъ, которые, какъ ей хорошо извѣстно, находятся въ любовныхъ и совсѣмъ уже неблаговидныхъ сношеніяхъ.
-- Разумѣется, она сама украла брилліанты, утверждала мистрисъ Гитауэ:-- да и въ томъ не сомнѣваюсь, что и деньги она сама же у себя украла. Нѣтъ ничего такого дурного, чего бы она не способна была сдѣлать. Легче было бы мнѣ видѣть Фредерика въ могилѣ, чѣмъ женатымъ на подобной женщинѣ. Мужчины не въ состояніи понять, какъ женщина можетъ быть хитра -- вотъ это такъ вѣрно. А Фредерикъ такъ избалованъ въ Ричмондѣ, что онъ совсѣмъ не можетъ судить о женщинахъ въ настоящемъ видѣ. Но я не думаю, чтобъ онъ намѣренъ былъ жениться на ней.
-- Клянусь честью, я ничего тутъ не понимаю, сказалъ мистеръ Гитауэ.
Тутъ мистрисъ Гитауэ положила твердое намѣреніе написать въ Шотландію.
Въ Лондонѣ въ это время проживалъ старый лордъ -- или, лучше сказать, старый либералъ, но новый лордъ -- нѣкто лордъ Маунтъ Тистль, который засѣдалъ въ кабинетѣ министровъ и не такъ давно былъ пожалованъ въ пэры, когда его мѣсто понадобилось. Онъ былъ надутый, пустой, тупоумный старикъ, хорошо знакомый со всѣми преданіями своей партіи и по этому случаю полезный, но пренесносный старикъ,.всегда любившій вмѣшиваться въ чужія дѣла, когда его не спрашивали. Лэди Гленкора, на другой день послѣ бывшаго у нея обѣда, шепнула ему мимоходомъ, что лордъ Фонъ поставленъ въ весьма щекотливое ношеніе и что нѣсколько словъ предостереженія отъ такого уважаемаго человѣка, какъ лордъ Тистль, принесли бы ему великую пользу. Лордъ Маунтъ Тистль знавалъ отца лорда Фона и потому не задумавшись объявилъ, что считаетъ себя въ правѣ вмѣшаться совѣтомъ въ его дѣла.
-- Онъ дѣйствительно поступаетъ не хорошо въ отношеніи лэди Юстэсъ, сказала лэди Гленкора:-- и по моему мнѣнію самъ этого не понимаетъ.
Лордъ Маунтъ Тистль, гордясь порученіемъ изъ устъ лэди Гленкоры, прямо отъ нея отправился къ сыну своего друга. Онъ нашелъ его въ парламентѣ и въ одномъ изъ коридоровъ шепнулъ ему нѣсколько словъ предостереженія.
-- Я увѣренъ, что вы, Фонъ, извините меня, сказалъ лордъ Маунтъ Тистль:-- но кажется всѣ думаютъ, что вы не совсѣмъ хорошо поступили въ-отношеніи лэди Юстэсъ.
-- Кто это говоритъ? спросилъ лордъ Фонъ.
-- Любезный другъ, вотъ вопросъ, на который никакъ нельзя отвѣчать. Вамъ извѣстно, что ужъ я-то не люблю вмѣшиваться въ чужія дѣла, кромѣ тѣхъ случаевъ, когда меня обязываетъ къ тому священный долгъ дружбы. Вы были помолвлены съ нею?
Лордъ Фонъ только нахмурился.
-- Въ такомъ случаѣ, произнесъ бывшій министръ: -- если вы нарушили данное обязательство, то на васъ лежитъ обязанность представить основательныя тому причины. Она имѣетъ право требовать отъ васъ объясненія.
На.другой день утромъ, въ пятницу, лордъ Фонъ получилъ письмо, которое Лиззи написала по совѣту лэди Гленкоры. Письмо было очень коротко.
"Не лучше ли вамъ повидаться со мною? Врядъ-ли вы можете думать, что такія вещи могутъ быть такъ оставлены. Л. Ю.-- Гертфордская улица, четвергъ."
А онъ надѣялся -- онъ осмѣливался надѣяться -- что именно такія вещи могутъ быть оставлены и что онѣ сами собою устроятся, что отъ своего обязательства можно отступиться безъ дальнѣйшихъ хлопотъ и что это обстоятельство такъ и исчезнетъ. Но на дѣлѣ вышло не такъ. Врагъ его, Фрэнкъ Грейстокъ, требуетъ отъ него "письменнаго объясненія" его поведенія. Кэмпердаунъ покинулъ его. Лэди Гленкора Пализеръ, съ которою онъ не имѣлъ чести находиться въ короткихъ отношеніяхъ, взяла на себя право давать ему совѣты. Лордъ Маунтъ Тистль нашелъ причину обвинять его. А тутъ еще подоспѣло письмо отъ Лиззи Юстэсъ, которое едвали можно оставить безъ отвѣта. Въ эту пятницу онъ обѣдалъ въ клубѣ и оттуда прямо отправился къ сестрѣ своей на Варвикскій сквэръ. Если гдѣ-нибудь онъ могъ ожидать помощи, такъ это именно отъ сестры; ужъ у нея-то ни въ какомъ случаѣ не будетъ недостатка въ мужествѣ, чтобъ вступить въ борьбу за него.
-- Съ нею дурно поступлено! сказала она, какъ только онъ заперся съ нею: -- кто-жъ это осмѣливается говорить?
-- Старый дуракъ лордъ Маунтъ Тистль былъ у меня.
-- Надѣюсь, Фредерикъ, что ты не станешь хлопотать о томъ, что говоритъ такой человѣкъ. Вѣроятно, его подстрекнули ея пріятели. Ну а еще кто?
-- Кэмпердаунъ отступается и увѣряетъ, что ему теперь никакого дѣла нѣтъ до ожерелья. Лэди Глэнкора Пализеръ говорила мнѣ недавно, что весь свѣтъ увѣренъ, что ожерелье ея собственность.
-- А что понимаетъ лэди Гленкора Пализеръ въ этомъ дѣлѣ? Еслибъ лэди Гленкора Пализеръ болѣе заботилась о своихъ собственныхъ дѣлахъ, такъ это было бы гораздо полезнѣе для нея. Я помню, что было время, когда у нея отъ своихъ бѣдъ было такъ много хлопотъ, что ей было не до того, чтобы вмѣшиваться въ чужія дѣла.
-- Ну а теперь вотъ еще и отъ нея письмо. Я думаю, надо навѣстить ее.
-- Не дѣлай этого, Фредерикъ.
-- А почему бы? Вѣдь я долженъ ей отвѣчать, а что я могу сказать?
-- Если ты рѣшишься посѣтить ее, то навѣрно эта женщина заставитъ тебя жениться на ней, и пока живъ, ты не узнаешь уже счастливыхъ дней. Нѣтъ причины, чтобъ ваша свадьба состоялась и она знаетъ это хорошо. На твоемъ мѣстѣ я не обратила бы ни малѣйшаго вниманія ни на нее, ни на ея кузена, и ни на кого изъ нихъ. Если она вздумала бы подать на тебя жалобу въ судъ ну тогда другое дѣло.
Лордъ Фонъ обдумывалъ нѣсколько минутъ въ молчаніи.
-- Я думаю, что мнѣ слѣдуетъ съѣздить къ ней, сказалъ онъ.
-- А я такъ убѣждена, что не слѣдуетъ. Причина вашего разрыва не въ однихъ брилліантахъ,-- хотя я считаю, что и этого было бы достаточно. Развѣ ты забылъ, что видѣлъ въ Портрэ тотъ человѣкъ, о которомъ я говорила тебѣ?
-- Я не увѣренъ, правду ли онъ говоритъ.
-- Совершенную правду.
-- Притомъ же я гнушаюсь всякимъ шпіонствомъ. Чрезъ это выходитъ такъ много ошибокъ.
-- Когда же онъ самъ видѣлъ, что она сидѣла въ объятіяхъ кузена и цѣловала его? Если хочешь, Фредерикъ, то разумѣется можешь поступать какъ знаешь. Мы не имѣемъ права запрещать тебѣ. Ты совершенно свободенъ жениться на комъ тебѣ угодно.
-- Я не говорю о женитьбѣ.
-- А по твоему мнѣнію для чего она желаетъ твоего посѣщенія? Я увѣрена, что для твоей общественной карьеры это будетъ смерть. Будь я на твоемъ мѣстѣ, такъ и близко бы къ ней не подошла. Ты было выпутался изъ бѣды, желаю, чтобы и не возвращался туда.
-- Въ томъ-то и дѣло, что не выкарабкался, сказалъ лордъ Фонъ.
На другой день, въ субботу, онъ ни на что не рѣшился, а по обыкновенію поѣхалъ въ Ричмондъ, гдѣ не упоминалъ даже имени Лиззи. Лэди Фонъ и ея дочери никогда уже не произносили ея имени -- ни ея, ни даже имени бѣдной Люси Морисъ въ его присутствіи. Но по возвращеніи въ Лондонъ въ воскресенье вечеромъ онъ нашелъ у себя другое письмо отъ Лиззи:
"Не думаю, чтобъ у васъ достало жестокости оставить мое письмо безъ отвѣта. Покорнѣйше прошу увѣдомить меня, когда вы намѣрены пріѣхать ко мнѣ."
Онъ чувствовалъ, что какой-нибудь отвѣтъ, а надо написать. На минуту ему пришла мысль попросить мать съѣздить къ ней, но немедленно онъ понялъ, что такимъ поступкомъ можетъ сдѣлаться великимъ посмѣшищемъ для всѣхъ. Нельзя ли лорда Маунта Тистля отправить своимъ Меркуріемъ? Но онъ чувствовалъ, что лорду Тистлю нѣтъ возможности втолковать всѣ обстоятельства своего щекотливаго положенія. Сестра его, мистрисъ Гитауэ, могла бы съѣздить къ ней, еслибъ она сама не возставала такъ сильно противъ этого визита. Чѣмъ болѣе онъ обдумывалъ этотъ вопросъ, тѣмъ сильнѣе становилось его убѣжденіе, что если разгласится молва о томъ, что онъ получилъ отъ дамы два письма и оставилъ ихъ безъ отвѣта, то все общество осудитъ его и назоветъ его поступокъ дурнымъ. Кончилось тѣмъ, что онъ написалъ -- въ тотъ же вечеръ, въ воскресенья -- назначивъ нѣсколько отдаленный срокъ своему посѣщенію. Вотъ содержаніе его письма:
