— Я давно за вами слежу, — Бетани тряхнула головой, освободив покатые плечи от нежных шелковых локонов. — Еще с треугольника. Сейчас в лидерстве всего три группы следопытов с правильными отгадками. Вы на втором месте. Я подумала, Дэвид не откажет мне в маленькой кампании. Я писала тебе на почту, милый. Ты как всегда, как воды в рот набрал. Вынуждал, чтобы я тебе позвонила? — Бетани снова стрельнула хитрыми глазками, попав Дэвиду прямо в сердце. Тот смутился.

— Нет, что ты… прости… я не читаю почту. Там сейчас больше тысячи писем. Я думал, что ее опять взломали. В прошлый раз меня завалили какашками, даже не предлагали ничего. Я не открывал письма.

— Погоди-ка. Какое лидерство? Какой рейтинг? — Андрей нахмурился, взглянув на Тадеуша. Неосознанно, на рефлексах. Его чутье начало работать, буравя склизким червяком под лопаткой. — Я не выкладывал никаких данных в сеть.

— Я выкладывал, — Тадеуш смотрел ему прямо в глаза, не отводя взгляда. Он держался за лямки рюкзака, сжав их до боли в костяшках. — С самой своей первой загадки в интервале пары часов. Последнюю выложил совсем недавно. Бетани не могла о ней знать.

— А зачем? — блондинка пожала плечами. — Вы все равно отгадаете ее, не легче ли сразу прибиться к победителям?

Андрей почувствовал, как у него начинают дрожать руки. Почему? Не боится же он огласки, или того, что вместо одного победителя в итоге окажется тысячи. Полный бред. Не думал же он, что останется один на вершине. Андрей вздохнул глубоко, почти до боли в легких. Скинул с себя уже бесполезную маску — здесь не было испарений, на окраине пахло разве что пылью и жженым горючим, но этот запах уже был привычен и успел въесться в кожу.

И все-таки он надеялся. Тот, кто лучше всех знает Нэнсис должен встретиться с ней лицом к лицу, наедине. Он заслужил это. Над ним потешались множество лет. Зря?

— Тадеушшш, — прошипел Андрей, как натуральный упырь. Дэвиду даже показалось, что у него появились клыки, и он сейчас вопьется Тадеушу в шею, а как у него сверкнули зеленые глаза… будто кислотой брызнули.

Андрей врубил голограмму с рейтингом. Найти ее в сети не составило труда, на это у него ушло не больше десяти секунд. Имена Андрея и Тадеуша вставали рядом после первой загадки и их графики сливались воедино. Ниже была указана фамилия их телохранителя — Дэвида Ортейла.

Бетани не соврала — они действительно находились на втором месте. На первом числилась группа дроидов под предводительством экономического аналитика Брендона Торна. Умственный коэффициент G-200, максимальный, доступный для дроидов на данном этапе законодательства. Не удивительно, что они первые. Странным было то, что их рейтинг начал стремительно падать после того, как Тадеуш обнародовал вариант четвертой отгадки десять минут назад. Розовая линия на синем фоне графика зрительской симпатии рухнула вниз. Другая, ярко-бирюзовая, резко ринулась вверх. Видимо, это была их линия рейтинга. Еще немного, и они встанут на первое место.

Андрей проверил почту — пусто, и никаких писем. Федеральное кодовое шифрование избавило его от тонны мусора. Мусора, который помог бы ему избежать этой отвратительной ситуации. Знал бы он раньше, не позволил ему сливать его личные данные в сеть.

— Какого хрена, Тадеуш?!

— Сюда летят десятки, если не сотни транспортников, доверху напичканных дроидами, — Тудеуш не мигал, его взгляд блестел, каштановые волосы прилипли ко лбу. Пот струился по распаренной рыхлой коже. — Не думаешь, что это несправедливо? Отдать отгадки ИМ, и оставить людей в неудачниках. Я лишь восстанавливаю справедливость. У всех должны быть равные шансы.

Так вот оно что. Тадеуш решил поиграть в вершителя судеб, и чтобы его имя яркими буквами выдолбили в небе. Чтобы каждый знал, что Тадеуш … облагодетельствовал Марс, отдав ответы на загадки, которые отгадал сам.

— Какая к черту справедливость? — Андрей не переставал шипеть. Он толкнул Тадеуша, и тот завалился назад, упав спиной на рюкзак. — Может, ты просто славы хочешь? Дроиды все равно прибудут на место первыми. У них большая фора во времени, так что от твоей справедливости никакого толку. Зато все будут знать, что Тадеуш Янковский отдал отгадки народу, проявив великодушие. Нравится?

— Ты не прав, — холодно ответил Тадеуш, так и лежа на спине.

— Первые игроки прибудут на свои координаты не раньше, чем через сорок минут. За это время мы, скорее всего, уже найдем загадку и отгадаем ее. Наша фора больше, чем у дроидов и людей. Ты знал, что у других практически нет шанса выиграть приз. Ты хочешь поймать Нэнсис, но, чтобы все знали, как ты это сделал. Хочешь обе славы. Так что не ври мне.

— Ты одержим, — Тадеуш освободился от лямок рюкзака и насилу встал. Температура близилась к тридцати по Цельсию, становилось жарковато. — Нэнсис не твоя собственность. Нужно уметь делиться, Андрей. Ты всегда был каким-то жадным.

— На что ты обиделся? Потому что Есения подняла тебя на смех, когда ты предложил ей миллион монеро?

— Надо было предложить больше. Глядишь, и согласилась бы.

— Ты предлагал.

Тадеуш медленно моргнул, так же медленно отвернувшись от Андрея. Он будто бы потерял к нему интерес, посмотрев на Бетани, окинув ее спокойным оценивающим взглядом.

— Все на этом свете продается и покупается, — сухо сказал он, без единой тени волнения. — Ты удивишься, Дэвид, узнав, что твоя куколка тоже имеет свою цену. Хочешь знать, сколько она стоит?

— Я и так знаю, — помялся на месте Дэвид. — Восемьсот монеро за ночь. Но я считаю, такая как Бетани должна стоить больше. Она такая красивая, что заслуживает целых две тысячи. Только мне все равно не по карману.

Бетани хихикнула, насмешливо покачав головой. Она так демонстративно закатила глаза и посмотрела на небо, что стало ясно — девушка не в первый раз слышит простодушные откровения Дэвида, и сказанное ее ничуть не задевает. Эта была девушка, мягко сказать, с полным отсутствием комплексов. Ее не волновала ни эта правда, ни та, что ждет ее в будущем. Перед Тадеушем стояла проститутка, которую мало заботило чье-либо мнение.

— Да пошли вы, — Тадеуш поднял рюкзак с пыльной земли, окинув Андрея с Дэвидом презрительным взглядом. — Оба.

Он ушел по направлению к следующей координате, различающийся ровно на единицу. Андрей знал, что эта единица будет стоить ему нескольких десятков километров. Через пятнадцать минут за ним прилетит сверхскоростной транспортник, и Тадеуш доберется до нужной цели за считанные минуты. Но этого все равно слишком мало. Время упущено, и, если он не включит мозги, ему уже не выиграть.

— Что у тебя на уме, то и на языке, милый, — Бетани прильнула к Дэвиду, вытянув губы для поцелуя. Дэвид, повинуясь давно заученному движению, чмокнул ее в губы.

— Прости, — Дэвид отстранился, в который раз смутившись перед Андреем.

Ему хотелось тискать и целовать Бетани, и он очень по ней соскучился. Но они почти не разговаривали после расставания, а если разговаривали, то на повышенных тонах, и он сейчас совсем запутался.

Хотелось бы, чтобы все было немного проще, и Бетани прилетела к нему просто так, не затем, чтобы отгадывать вместе с ним загадки. Если бы она сказала, что просто соскучилась, он бы ответил, что он тоже, и не нужно было бы думать и терзаться. Все было бы понятно. А теперь ничего не было понятно, но ее присутствие его радовало и ему нравилось, что она позволяет обнимать себя. О том, сколько рук ее лапали за эту неделю Дэвид старался не думать.

— Странно, кто это? — Андрей смотрел в небо, прикрыв взгляд ладонью от солнца. По безоблачному голубому небу приближался еще один транспортинк. — Неужели Тадеуш вызвал? Нет, вроде, сюда летит…, да он бы и не успел.

К тому времени силуэт Тадеуша уже стал маленьким, почти игрушечным.

— Это друг, — улыбнулся широкой улыбкой Дэвид. — Еще один. Даю слово, что последний. Вы же сами сказали, что я могу пригласить кого захочу.

— Сказал, — поджал губы Андрей, которому явно пришелся не по вкусу этот сюрприз, но брать свои слова назад было уже поздно.