Трубку не брали долго, но все же...

— Вячеслав? Добрый вечер!

Было слышно, что Лера обрадовалась.

Вячеслав обрадовался ещё больше.

— Валерия, добрый вечер! Обнаружил тут в машине забытые перчатки. Я прямо сейчас прямо у входа в гостиницу.

"Филолог ты, блин, прямой Вяч... Не сметь влюбляться в девушку и говорить, как школьник, нормально же общались..."

Лера молчала слишком долго, глядя на вечер за окном.

— Слава... я... я не в гостинице. Спасибо, что нашел их. По рассеянности вечно теряю перчатки, шарфы, ключи. Не знаю как теперь их забрать. Я бы хотела... в смысле забрать перчатки. Ох... нет, не только. И увидеться тоже, но...

— Ну... Ну, ты хотя бы в городе? Я могу доехать, куда скажешь. Ты занята? Ты не одна? Я могу в любой день. Я хочу тебя увидеть. Просто скажи, когда и куда, и я буду там.

Хороший вечер становился не таким хорошим. Надо было идти домой, мокнуть под дождем, завтра смена, потом ночная смена. Лучшие выходные в жизни стремительно подходили к концу, потом Лера уедет, потом придётся жениться на Леночке, потом дети, потом внуки, потом пенсия, и что потом? "Чёрт, Вячеслав, соберись уже."

— На своем грохочущем коне? — голос Леры потеплел. — Нет, не в городе. В том поселке, который мы проезжали. У комбината есть гостевой дом, отец настоял, чтобы оставшиеся дни я жила с ним. Ты знаешь, где это? И я могу выйти, но... не хочу для нас неприятностей. Может быть завтра за обедом? Я постараюсь улизнуть в столовую.

— Я могу приехать. Мне не страшно, максимум уволят. Но я не знаю твоего отца, не хочу сложностей тебе. Ну ничего, за один день без перчаток ты не очень замёрзнешь...

Жалкая попытка свести всё к возврату вещи, Вячеслав это прекрасно понимал.

— За обедом встретимся. Павел знает, когда моя бригада идёт в столовую. Приветы не передаю, ни с кем с боссов не знаком. Разве что, передай Валерии Дмитриевне.

Он шёл домой пешком. "Дорогой Вяч. Это должно было случиться. Долгие проводы – лишние слёзы. Леночка будет пасти гусей."

Часть IV

Вячеслав и Валерия

***

Хмурое утро понедельника встретило Вячеслава промозглым ветром. Как обычно переполненный автобус, запотевшие стекла, невыспавшиеся лица, и все те же разговоры, разговоры, разговоры. Гул голосов и громыхание автобуса по дороге сливались в один почему-то далекий рокот, напоминающий мерный, и тяжелый ритм прибоя.

"Ты хочешь забыть или вспомнить?"

Золотые глаза смотрели из запотевшего окна. Вячеслав моргнул и все исчезло. Опять вокруг были люди в жарких пуховиках, его толкали и просили передать за проезд.

— Лучше вспомнить. Я ведь не помню, что хотел забыть.

Вячеслав посмотрел на покосившуюся на него женщину.

— Я вслух это сказал? Стихи свои школьные вспоминаю. Я надеюсь, вам всё равно.

…

Бригадир разгуливал по раздевалке в нервозно-приподнятом настроении. Он смерил Вячеслава взглядом и рефлекторно потянул носом.

— Хоть сегодня, спасибочки, не опоздал, — пробурчал он.

— Вот что я должен сделать, чтобы ты не ворчал, Вадим Станиславович? Поселиться на заводе? Ну выдели мне комнату, я квартиру сдавать буду, на дом на юге копить. Столовая есть, душ есть, телевизор поставлю. Что случилось, чего все как на сковородке?

— Вот не по-человечески ты, Огоньков, общаешься, — обиделся бригадир. — Я к тебе с душой, можно сказать, как отец родной. Чтоб дисциплина была. А ты все шутки шутишь.

— Да не трогай Станиславыча, — весело сказал один из рабочих. — Комиссия что ли какая придет. Кто придет? Когда? Про то нам неведомо, но сказали ждать.

— Гхм, — насупился бригадир. — Это не вашего ума уже дело. Главное, чтобы все на местах были. И косячили поменьше.

— Что сразу не по-человечески? Я тебе оптимизацию предлагаю. Я на завод водку не принесу ведь, у тебя идеальный работяга. А я получу денег, и в автобусе толкаться будет не надо. Я живу один, мне какая разница?

Слава быстро переодевался.

— Комиссия, так что удивительного? Не первая и не последняя. Прямо вот мы её заметим, если они в домну не полезут с головой. Работать надо, а не головой вертеть, чего на них смотреть, на пиджаков?

Сам Слава понимал, что именно на этой комиссии он рискует вывернуть шею в поисках Леры.

— Гы, так это нам фиолетово, а бригадир какое-никакое начальство, ему положено волноваться, верно, Станиславыч?- хохотнул все тот же рабочий.

— Да идите вы... в цех, — беззлобно ругнулся бригадир. — По башке, если что, и вам перепадет, не сомневайтесь.

Переживать в принципе было не из-за чего. Процессы в цеху шли в штатном режиме, поэтому на появившуюся на металлических переходах над цехом делегацию почти никто не обратил внимания.

Лера стояла около поручней и смотрела вниз, пытаясь понять, кто из этих людей в спецодежде ее "гид выходного дня". Краем уха она слушала объяснения главного технолога. Он махал рукой и рассказывал об оборудовании невысокому плотному мужчине с жестким и неприветливым лицом.

— ...Так что, Дмитрий Андреевич, ждать в этом году нам средства на замену электропечей?

— Подумаем, подумаем. До конца года вряд ли, но если заложить в бизнес-план на следующий, то к лету возможно. Тендеры.

— Ай, — досадливо поморщился технолог и посмотрел для поддержки на главного инженера. Тот развел руками:

— Ничего не поделать, такой порядок. ТЗ-то давно на них есть.

Остальные члены комиссии, начальник цеха и два бригадира, сразу сделали серьезные вдумчивые лица.

Лера навела объектив фотоаппарата сначала на комиссию, сделав пару быстрых снимков дискуссии, опять начала приближать на дисплее фигуры рабочих, подсвеченные оранжевыми отблесками.

Вячеслав почти сразу заметил делегацию и Леру в её составе. А вот узнает ли она его в каске и щитке? На это он даже не надеялся, ну не махать же рукой в объектив... Хорошо, что рабочие действия были выверены до автоматизма, он мог волноваться сколько угодно, ошибиться Вяч не боялся. Он посмотрел сквозь щиток в камеру, когда она навелась на него.

"Забудь, Славян, забудь. Смотри, какой суровый капиталист её батя. А что ты вспомнить-то должен? Что?"

Воспользовавшись относительной свободой, после посещения цехов и тем, что отец занят, Лера отправилась в столовую.

Она не была уверена, что Вячеслав ждет ее. До конца его перерыва оставалось всего двадцать минут. Зайдя в шумный зал, она остановилась в дверях и поискала его глазами.

Конечно же, он ждал её. За маленьким столом у окна. Завидев Валерию, Слава встал и поднял руку, парень, сидевший за столом с ним, направился к выходу из зала.

— Привет! А ты прекрасно смотришься в цеху, впервые вижу девушку, которая и в каске красавица.

— Здравствуй, — Лера улыбнулась и села напротив. — Тут бы переиначить Пушкина "а девушке в семнадцать лет какая каска не пристанет", но, увы, далеко не семнадцать. А ты, Слава, безбожный льстец. Так ты нас видел? И как разглядел под каской?

— Я не то, чтобы прямо разглядел. Жидкий металл шуток не любит, было время только заметить тебя. Но у меня хорошая память, нормальное воображение и редкая возможность сочинить комплимент. Вот Валерия, вот белая каска, совмещаем – получаем. Как тебе цех изнутри?

— Мне внезапно понравился весь этот твой... индастриал. Огромные агрегаты непонятного назначения. Жар. Жидкий огонь. Серьезные молчаливые люди. Я пыталась запомнить все, что говорил технолог, но так много специфических терминов... Нужно в этом разбираться не торопясь. Может быть со временем... Надеюсь, я здесь не последний раз.

— Чувствуешь себя немного богом? Да, технология сложна, всю я и сам не помню. В общих чертах знаю. С другой стороны, с металлохимией сталкиваются только технологи, ты ведь по другой специальности.