Когда мы приезжаем в поле на берегу, я замечаю машин десять. И ещё мотики разные, велики. Людей просто очень много, никогда у нас такого не было. К нам тут же подбегает Тимофей, вручает мне бенгальский огонёк и говорит, что очень хочет познакомить меня с его друзьями.

Оказывается, что я с ними знакома. Но они мне рассказывают, кто есть кто, указывая на незнакомые группки людей. Вроде здесь все вместе, но кучкуются. Но уже понятно, что центральное место занимает как раз компания Тимы и Чуриканова. Они самые старшие, они всё купили сегодня на всех, и остальные стараются к ним примазаться.

Ко мне подбегают мои девочки, я их представляю Тиминым друзьям, и мы у них спрашиваем про незнакомых нам девочек. Их тут около десяти, и мы всех видим впервые. «Ксюша и Ко» тоже тут.

— А это кто? — спрашиваю про девочку с двумя косичками и бантиками, которая жёстко на меня пялится.

— Не знаю. Не помню, как её зовут. Но вот Тима должен помнить, — смеётся Чуриканов. — Тим, иди сюда! Твоя подруга?

— А-а-а, ой. Она тут? Жесть. Девочки, встаньте по кругу от меня. А ты, Тонечка, вообще ей на глаза не попадайся лучше.

— В смысле? — С иронией смотрю на суету, которую развёл Тимофей.

— Доверься мне просто.

Мне как сказали, так я и забыла…

Я, как всегда, иду к Пети с требованием включить исключительно мой плейлист. Он мне, естественно, не отказывает, и наш круг из нашей компании и компании Тимы объединяется, формируя центральную площадку действий. Мы с Катей веселимся, танцуем на столах, снимаем тренды. Я приглашаю и Тиминых друзей к себе на день рождения. Потом через час ещё и ввожу тотал блэк дресс-код.

Тимофей постоянно танцует со мной и Катей, а во время разговора так и сыплет восторженными эпитетами в мою сторону. Все разговоры компании он всегда сводил ко мне. Это, естественно, никем не осталось незамеченным. И больше всех это заметил Макс, который в один момент просто начал отжигать под техно. Мы с девочками, с одной стороны, чуть со смеху не померли, а с другой, эти движения нас всё-таки привели в тихий восторг. И мы шёпотом опять заключили, что он краш.

Уже опять рассвело, компания поредела, и мы начинаем собираться домой. Тимофей обещает за нами приехать завтра в одиннадцать, и мы поедем кататься на гидроциклах.

— Тимох, ну улетишь ты в свою Америку, и что наша Тоня будет делать без тебя? Наверное, уже влюбилась в такое внимание, — сквозь смех говорит Лёша Чуриканов.

Меня дико бесит этот выпад. И вообще к концу вечера стало действительно очень много Тимофея, аж душно.

— Тимофей в Америке забыл нашего Александра Сергеевича, потому влюбиться нет никакого шанса, — огрызаюсь на Лёшу, и заодно и Тимофею прилетает.

— Как же забыл, Тонечка? Вы моё очей очарование, — улыбается Тимофей.

— Чем меньше девушку мы любим, Тимофей, — многозначительно замолкаю.

— Тем легче нравимся мы ей, — самодовольно заканчивает фразу Макс.

— О, ну ты у нас эксперт, — шиплю Максу и взрываюсь, как пороховая бочка.

— Воу-воу, парни, да вас обоих мочат, — ржёт Петя, похлопывая Макса по плечу.

— И к чему это? — спрашивает Макс, напрягаясь.

— Передай ему, чтобы у Нины своей уточнил, когда в следующий раз будет с ней два часа по телефону разговаривать, — обращаюсь к Пете.

— А почему в третьем лице? Ты ей что ли растрепал? — обращается уже Макс к брату.

— Передайте ему, что не растрепал, а прояснил ситуацию, — опять обращаюсь к публике.

Замечаю, что наш круг стремительно увеличивается, и все прислушиваются, что у нас происходит.

— Тонь, а у меня спросить? — Уже раздражённо говорит Макс. — Детский сад голимый. Всё, пацаны, давайте, я поехал, — кидает окурок в костёр, разворачивается и быстро уходит к машине. Хлопает дверью, газует и уезжает.

— У-у-у, первый раз вижу его таким злым. Он даже не злился, когда ты его тогда, девятого мая, простебала, — реагирует первым на уход Макса Петя.

— А что было девятого мая? — сразу же отмирает Тимофей.

— Да Тоня ему при всех влепила, что разочарована. Слышала, что он первый парень на деревне, а там смотреть не на что.

— А он что?

— А он, как только выпала возможность, сразу приударил за ней.

— Узнаю брата, — смеётся Тим, — влип парниша.

— Нам домой пора. Кто подкинет? — заканчиваю их увлекательные сплетни.

Естественно, нас домой везёт Тимофей. Я думала, что он остынет ко мне, а он ещё больше расшаркивается. Катрин говорит, что он взрослый и на мои приколы вряд ли обидится, а ещё говорит, что я ему действительно очень нравлюсь. Мне плевать. Мне-то нравится Макс.

Полночи не могу уснуть, может, написать ему, но гордость не позволяет. Но эта неясность просто убивает, я люблю, когда всё просто и понятно, а с ним всегда в подвешенном состоянии. Лучше, наверное, завтра поговорить…

Утром девочки приходят ко мне завтракать, потому что я проснулась рано и решила сделать нам банановых панкейков. Наконец и у нас распустились пионы, и я накрываю для нас красивый девичий стол.

— Ну чего там? Молчит? — спрашивает Катя.

— Молчит…

— Профиль смотрела?

— Ничего…

— Надо Нину найти и пропалить, что там у неё.

Пожимаю плечами, хочет, пусть палит. Совершенно не понимаю, какую сегодня тактику выбрать и как себя вести.

В одиннадцать Лёша пишет Катрин, что они сейчас подъедут. Я оживаю, наверняка они на двух машинах, сяду к Максу и поговорю.

Выходим и видим только Тиму с Лёшей на «лягушонке».

— А Максим где? — спрашивает Аня.

— В Москву уехал. Ещё ночью.

Ну замечательно. Теперь я осталась без Макса на свой день рождения. Злая залезаю на заднее крошечное сидение и даже не одариваю Тимофея взглядом. Приехал, блин. Всё мне испортил.

Приезжаем опять в Завидово. Тут классный пляжный клуб, у нас арендованы гидроциклы на три часа, забронированы лежаки, и Тима заказывает всем коктейли. Для меня атмосфера очень важна, и в такой красоте я просто не могу дальше держать образ, а потому забиваю и просто кайфую от очередного летнего дня. К нам подтягивается и Лёша Чуриканов и поднимает мне настроение вообще на самый топовый уровень. Если Тимофей рассыпается в комплиментах моей личности, то Алексей — фанат моей пятой точки. Я, конечно, немного стесняюсь, но жутко приятно. Только жаль, что Макс не слышит…

Аня первая уехала кататься с Тимой. Я выдохнула без него, и мы с Катрин намазались маслом для загара и кайфуем на лежаках. Тут играет актуальная и приятная музыка, нам принесли мороженое, и я уже жалею, что попросила на день рождения айпад, а не большой сап борд. Так бы мы с девочками на вёслах могли бы сюда приплывать и чиллить.

Делюсь этой мыслью с Катрин.

— Ты больная? Тут километров десять.

— А какая у сапа скорость?

Катя ловит какой-то припадок и ржёт, как сумасшедшая.

— Знаешь, что самое угарное?

— М?

— Что ты развела гарем, решилась завтра лишиться девственности, но при этом у тебя всё равно в голове приключения в стиле Тома Сойера, — Катя встаёт с лежака, обнимает меня, — я так тебя люблю, Тонь. У тебя завтра днюха, но скажу сейчас, что больше всего я хочу, чтобы ты не менялась!

Обнимаю крепко подругу и про себя улыбаюсь тому, как она меня хорошо знает. Я с десяти лет бредила построить плот и отправиться вниз по Волге в путешествие с девочками навстречу приключениям. И ничего не изменилось, это правда.

Тимофей приезжает и предлагает погонять на скорость. Я с ним, а Катя с Алексеем. Мы довольные бежим к гидроциклам, натягиваем жилеты и садимся к парням. Когда мы набираем скорость и выскакиваем на фарватер, я понимаю, что мазаться маслом было ужасной идеей, потому что я скользкая и меня мотает по сидению, и я не могу удержаться. Приходится крепче прижиматься к Тимофею, но когда он набирает скорость, я просто вцепляюсь в него изо всех сил. Он даже шипит и просит понежнее.

На одном из виражей я всё-таки вылетаю. Наверное, это произошло очень быстро, но у меня всё было как в замедленной съёмке. Вылет, свободный долгий полёт и достаточно болезненное приземление в воду. Наверное, это очень эпично со стороны выглядело. Когда я выныриваю, ко мне уже подъезжают оба гидроцикла. Лица испуганные. Зря. Это нереально круто. Я даже прошусь ещё раз.