Знаете, после Победы я не раз бывал в Хогвартсе, и привидения на меня уже не реагировали — я изменился. Увы. Третий курс, дементоры и Люпин, категорически не желающий нас обучать жизненно необходимому заклинанию. Вот не понимаю я, что мешало Ремусу сначала добиться от нас Патронуса без богарто-дементора, как ты сам приятелей на пятом курсе обучал? Это же элементарно! От простого к сложному. Думаю, Альбус ставил эксперимент…

— Давайте не будем ворошить прошлое, — вдруг заявил Генрих, поднимаясь с обломка камня. — Что было, то было, — Джеймс медленно кивнул, не сводя с него глаз. Гарри в досаде прикусил губу. Вот опять на самом интересном месте!

— Пойдёмте уже отсюда, — подала голос Дебора. — Хотя бы на реку сходим.

Берег реки порос густой осокой. Волны ласково облизывали узкий песчаный пляж, колыхали водоросли, шевелили и подталкивали на земную твердь приплывшую откуда-то корягу. Малыши восторженно повизгивали, обнаружив на песке дохлую рыбку. Посреди реки прямо из воды торчала растрескавшаяся дырчатая башня. Мазнув по ней взглядом, Гарри равнодушно отвернулся — насмотрелся уже. Эти «сосульки» везде маячили, куда ни посмотри. Тяжело вздохнув, Поттер аккуратно развернулся. Касающиеся его многочисленные руки родичей, желающих в полной мере насладиться погожим летним деньком, речной свежестью, тёплым ветерком с привкусом тины, синхронно последовали за ним.

— И что будем делать с этим маминым ритуалом? — почему-то у Снейпа спросила Дебора, наблюдая, как Джеймс не пускает малышей в воду. Тем желалось посмотреть на живых рыбок, которые «бегают» по дну. У мелкого тихушника Бэмби частенько возникали интересные, но опасные и разрушительные идеи. Их требовалось вовремя пресекать.

— А есть выбор? — откликнулся аврор, подтянув штанишки разобиженному Сохатику. — Совместим окончание одного ритуала с проведением другого, и будь что будет. Но сначала построим дом. Магически расширенная палатка — это весьма ненадёжное место обитания для непоседливых мажат, — кивнул он на мелких Поттеров. — Нам всем нужен собственный дом.

* * *

Утро не задалось. Вот не задалось, и всё тут.

— Да сами вы сумасшедшие! — отчаянно хотелось шваркнуть дверью об косяк, чтоб побелка посыпалась. А ещё бы лучше — жирный шмат штукатурки рухнул с пылью и грохотом! Как жаль, что в палатке это неосуществимо. Ну почему никто его не понимает?! Хотелось плакать.

— Горе-то какое, а трагизму, трагизму… Прям водевильная драма, с шарманкой и паяцем, — как же семейный скандал и без милого-дорогого профессора Снейпа! Выполз из лаборатории, змея слизеринская, только его и ждали. Оторвался, небось, от очередного страшно-важного эксперимента.

— Не рановато для переходного возраста? — уточнил он, ни к кому конкретно не обращаясь, брезгливо оглядывая взъерошенного, тяжело дышащего Гарри. — Тринадцать лет… Обычно подростковые протесты начинаются с четырнадцати-пятнадцати.

— Нет, почему? Вполне ожидаемо, — Джеймс задумчиво похлопал блокнотом по ладони. — Не то чтобы я был силён в психологии, так, по вершкам нахватался. Но точно знаю, в постоянном напряжении человеку жить нельзя. Как расслабился, успокоился — эмоциональный взрыв неизбежен. Зачем-то организму это надо. У моих шилопопых авроров было именно так. Дебора, Сайлин, Генрих это уже прошли, а Гарри что-то припозднился.

Да что ж такое-то?! Разговаривают, как будто его тут нет! Обидно-о.

— Ладно вам! — плечо сжала твёрдая рука Героя. Старший брат пришёл на помощь. — Раскудахтались тут. Взрывы — не взрывы… Разговор с чего начался? С домовика. В чём мелкий неправ? Домовик в новом доме нужен? Нужен. Или Гарри у вас навечно кухарь-уборщик? Совесть не жмёт, господа? Тоже мне…

— Так никто ж не спорит, — добродушно ухмыльнулся Джеймс. — Мы категорически против кандидатуры Добби. Надеюсь, то, что он не в своём уме, ты отрицать не будешь?

— Глупости это всё! — не сдержался Гарри. — Подумаешь, Добби на других домовиков непохож — просто характер у него такой... громкий. Готовить и прибирать он умеет. Чего ещё надо-то? Оплата труда в один галеон никого не разорит. И ничего он не сумасшедший! Странный немного и всё.

Честно говоря, Гарри и сам не мог понять причину собственного бунта. Готовить для семьи ему нравилось. Особенно, когда благодарили и хвалили за вкусные блюда. Раньше-то только придирались. Дурсли, что с них взять? И Добби этот…

— Послушай, ребёнок, — Джеймс явно решил объясниться. — Подумай серьёзно, можешь ли ты оставить наедине с Добби, скажем, Сохатика?

— Но…

— Вроде как нянькой. Пусть присмотрит, поиграет… Можешь? И при этом быть уверенным, что Добби малыша не покалечит из лучших побуждений, чтоб не убежал куда, к примеру. Ведь за порогом дома Сохатику грозит опасность!

— Вы серьёзно?! — ахнула Дебора. Гарри возмущённо открыл рот… и закрыл. Возразить было нечего.

— Я хорошо отношусь к Добби и благодарен ему — есть за что, однако в дом его брать… нет. Тут без вариантов. С головой у него беда — он опасен. Даже сородичи его отвергают, а это показатель. Дамблдор, по-хорошему, и близко к школе не должен был его подпускать, но…

— У Альбуса самого не всё в порядке с головой, — буркнул Снейп, не отрываясь от просмотра содержимого саквояжа. — Как и у Люциуса, интригана доморощенного.

Впрочем, на злословие времени нет. Мне пора.

Проводить профессора к двери на Землю было не то чтобы приятной обязанностью, но и ничего плохого в этом не усматривалось. Если не Гарри, то кто? Кто ключ в руки возьмёт? Другое дело, что в одиночку возвращаться взрослые ему не позволяли. К Храму всегда ходили толпой — с Генрихом, Сайлином и иногда Деборой. На обратном пути не задерживались, но всё равно время проходило весело. Но не сегодня.

Солнце только выглянуло из-за горы, подрумянив облака. Ночной дождь умыл лес, увлажнил посыпанную хвоей тропинку, освежил ароматы цветущих трав. Пели птицы, с листьев капало, блестели лужи, прыгали лягушата и летали жуки… Красота!

Невидимый и неслышимый отряд, под бдительным конвоем прикрытого чарами профессора, пробирался через лес по натоптанной тропинке. К чему подобные предосторожности, Поттер решительно не понимал, но высказываться не торопился — опытный уже. В мантии-невидимке идти? Легко. Проводить профессора на Землю? Да, пожалуйста. Подчиняться во всём Генриху? Без проблем. После утренней трёпки ему всё было… хм. Обида в душе ещё скреблась, но не так чтобы сильно. Главное, непонятно было, на кого злиться. На Джеймса? На Снейпа? На Добби? Похоже, на себя…

Миновав разбитые створы ворот, незваные гости вступили под мрачные своды Храма. Новый хищный охранник в холле пока не завёлся. Опустевшее логово всё ещё попахивало, но былого отвращения уже не внушало.

Даже жаль, что прилегающая к центральному входу часть почему-то лишилась изначального освещения. Или так и было задумано? Снейп с Гарри зажгли Люмос на кончиках волшебных палочек, но дальше по коридору подсветка не требовалась. Из-за поворота струилось мягкое сияние, чётко обрисовывая барельефы, но свернули во тьму зала с Дверью. Стеклянная дверца не заставила себя ждать, отреагировав, как и положено, на стиснутый в ладошке ключ.

— Не лезьте, куда не следует! Хотя кому я говорю? — без напутствий не обошлось. Призраки, вежливо уцепившиеся за Гарри, дабы Снейп мог их лицезреть, дружно кивнули. Гарри даже подозрительно покосился на Сая — очень уж тот покладист сегодня. Не иначе как получил взбучку от папаши за раннее.

— И засеките время, мистер Поттер, — недобрый взгляд остановился на Гарри. — Через четыре часа вам следует ожидать меня со стороны Моховой двери. — Всё правильно, выйти из Трофейного зала можно запросто, а вот войти — никак. Без Гарри Поттера. Интересно, а как Снейп попадает в Салазарово подземелье? Или они с Джеймсом нашли тайный ход? Скорее всего.

Наконец зельевар, пафосно взмахнув мантией, гордо удалился по проходу из статуй. Гарри прикрыл стеклянную дверь и облегчённо выдохнул, дождавшись её исчезновения. Четверо подростков ощутимо расслабились. Как же без Снейпа-то хорошо, а!