Наконец, дядя отбыл на работу, а тетя, выдав племяннику список дел на день, отправилась по своим делам. Оставив в мойке недомытую посуду, Гарри опасливо приблизился к неподвижному телу. Очень не хватало запертой в школьном сундуке волшебной палочки. Не то чтобы он мог её как-то применить в свою защиту — Квирелл и Локонс были те ещё учителя, — но привычная тяжесть гладкого дерева в ладони придавала уверенности в себе.

Гость на типичного серебристо-полупрозрачного призрака не походил. Уж их-то в Хогвартсе Гарри повидал немало! Неужели ещё одно ожившее воспоминание? Поттера передёрнуло — ещё свежи были в памяти события в Тайной Комнате двухнедельной давности. Гермиона как-то упоминала, что магглы призраков не видят… А всяких Риддлов из дневников? Только этого не хватало!

Одежда гостя слабо дымилась, но запаха паленой ткани Гарри не ощущал. Это-то тётя Петуния наверняка бы унюхала! Значит, гость не настоящий. Приободрённый новым открытием, мальчик опустился на корточки рядом с телом. Судя по одежде, пришелец был магом. Капюшон тёмно-вишнёвой мантии сбился, закрывая лицо, из-под одежды выглядывали неловко подогнутые ноги, обутые в поношенные, но добротные ботинки на толстой подошве. На широком поясе обнаружились потёртые пустые ножны от волшебной палочки и замшевая сумочка величиной с кулак.

Облизнув пересохшие от волнения губы, Гарри боязливо прикоснулся к капюшону, готовый в любой миг отскочить прочь. Пальцы ощутили гладкую прохладную поверхность, с рельефом, как у школьных перчаток для зельеварения. Драконья кожа? В нос ударил запах крови, дыма и чего-то ещё… странного. Гарри испуганно отпрянул — точно не призрак. Те не воняют. Но тогда…

— Эй, мистер! — набравшись храбрости, шепотом окликнул мальчик. Немного поколебавшись, легонько встряхнул гостя за твёрдое плечо. — Здесь нельзя лежать, сэр! — Тело под рукой безвольно колыхнулось. Может, мёртвый? — Пожалуйста, очнитесь! — От более сильного толчка гость перевалился на спину. Гарри в ужасе уставился на залитое кровью лицо. Под слоем грязи не поймёшь — молодое или старое. Рука со сбитыми костяшками судорожно сжимала обломок волшебной палочки. Мужчина глухо застонал — живой.

— Пить…

— Сейчас, сэр, я подам… вы только не умирайте, сэр! — Поттер метнулся к графину с кипячёной водой, трясущимися руками наполнил стакан и кинулся обратно. Подсунув руку под липкий затылок, приподнял голову. Запёкшиеся губы жадно разомкнулись, принимая запотевший край стакана. Похоже, пришелец умирал от жажды — пришлось ополовинить графин, прежде чем гость напился. Он так и не открыл глаз — немного повозился, устраиваясь поудобнее, и спокойно уснул. Гарри растерянно осел на пол. Ну и дела-а!

Пришелец проспал больше суток. Гарри даже успел как-то привыкнуть к виду расслабленно лежащего на полу чумазого волшебника, совершенно неуместного на обычно стерильно чистой кухне. Дурсли увлеченно поглощали пищу, привычно ворчали на племянника и расходились по своим делам, попутно проходя сквозь невидимого гостя, но нисколько его этим не тревожа.

Вечером заглянула миссис Фигг с одним из своих котов. Вымученное гостеприимство Петунии позволило коту пройтись по дому, пока женщины болтали, но и он гостя не учуял.

Ночью Гарри дважды спускался из своей комнаты вниз, чтобы проверить состояние раненого. Он так и не осмелился его раздеть и осмотреть раны, но с радостью отметил, что кровь засохла и больше ниоткуда не текла, а сердце гостя билось ровно. Хорошо бы мадам Помфри сюда, уж она-то знает, как помочь! Только… Гарри и себе-то толком не мог объяснить, почему не послал сову с известием друзьям. А вдруг это как с парселтангом? Выяснится еще что-нибудь про него нехорошее. Может, таких пришельцев только тёмные маги видят или ещё кого похуже… А Гермиона осуждающе покачает головой, как будто он сам сюда этого пригласил. И скажет… Не-ет, разбираться придётся самому. А когда он выяснит, что к чему, — вот тогда и напишет друзьям.

Утром, когда Поттер пёк оладьи, гость начал ворочаться, но не проснулся. К полудню тётя Петуния повела хнычущего Дадли к стоматологу — это было как нельзя кстати. Едва дождавшись их ухода, Гарри отшвырнул лопату, которой вскапывал землю вокруг кустов в саду, и кинулся в дом. Лучшего момента для того, чтобы разбудить пришельца, может больше не случиться.

— Проснитесь, сэр, — мальчик смочил водой кухонное полотенце и аккуратно прикоснулся к щеке спящего. Холодная вода безотказно действовала даже на беспробудно дрыхнущего Рона. — Пора вставать! — и тотчас отшатнулся, поскольку глаза мужчины резко распахнулись. Пронзительно зелёные. Страшные. Гость, не мигая, уставился в потолок. Гарри пот прошиб от внезапно возникшего сильнейшего чувства опасности — словно не человека потревожил, а спящего василиска. Во что он опять вляпался? Придушенно пискнув, Поттер попытался отползти к двери.

— Спокойно, малыш. Не обижу, — хрипло просипел гость, озираясь. Поттер замер под его изучающим взглядом.

— Что ж ты натворил, Джордж, а? Некромант доморощенный! — гость вдруг зло рассмеялся, ещё больше напугав Гарри. — Что ж ты натвори-ил…

Цепляясь за разделочный стол, он поднялся на ноги. Его шатало.

— Сэр… — Гарри, осмелев, подтащил ему стул. Гость благодарно кивнул и тяжело опустился на мягкое сидение. Ещё раз оглядев кухню, закрыл глаза.

— Может, чаю хотите? — вежливо спросил Поттер. Мужчина покачал заскорузлой от засохшей крови головой.

— Лучше бульону подогрей. Помнится, у тётки на нижней полке холодильника всегда кастрюля с бульоном стояла, — получив точные указания, Гарри кинулся к холодильнику. Ожидая у микроволновки, он тупо прокручивал в голове один вопрос — откуда гость знает про содержимое дурслевского холодильника?

Через пару минут Гарри робко подал наполненную до краёв кружку. Незнакомец оживился, протянул руку… и его пальцы прошли сквозь кружку насквозь. Поттер ахнул, от неожиданности расплескав жидкость.

— Но я же вас уже поил! Вчера вы воду пили … сэр! — испуганно заныл он.

— Так напои меня ещё раз, — устало прошептал гость. Но не удалось и это — край кружки не встретил сопротивления губ.

— Говоришь, уже поил? — первым нарушил тягостное молчание пришелец. Гарри удручённо кивнул.

— Так, ребёнок, давай спокойно, поэтапно, как на зельеварении, вспоминай весь процесс поения.

— Ну, налил… принёс… напоил… — Гарри потерянно шмыгнул носом.

— Как сейчас? — терпению собеседника не было предела.

— Ага. Голову придержал, чтоб…

— Стоп! Показывай, — мальчик робко прикоснулся к гостю, тот с шумом втянул воздух, чему-то сильно изумившись, а вслед за тем беспрепятственно выхлебал всё, что осталось в кружке.

— Подведём итог, — отдышавшись и вытерев грязной рукой рот, произнёс он. — Чёрно-белый мир обретает цвета и запахи при прямом контакте с тобой. Без твоей помощи пищу принять я не могу. Да-а. Остаётся выяснить, временное это явление или…. И как сие исправить.

Незнакомец надолго задумался. Поттеру оставалось только надеяться, что непередаваемое амбре разлагающейся крови, резко хлынувшее в кухню, выветрится к тётиному возвращению.

— Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления, — решительно поднялся незнакомец. — Там, на клумбе за окном, циннии?

— Циннии, — недоумённо подтвердил Гарри.

— Никогда их не любил. Прости, малыш, но до туалета не дойду. Сколько ж ты в меня воды влил? Бочку?

— Г-графин…почти, — признался мальчик, с весёлым ужасом наблюдая за недвусмысленными приготовлениями гостя. Хорошо, что он сообразил тактично отвернуться в последний момент. Осквернив клумбу, пришелец удовлетворённо кивнул.

— С интимными нуждами справляюсь сам. Теперь бы ещё помыться…

Отмыть засохшую кровь, особенно с волос, удалось не скоро. Вода никак не хотела соприкасаться с кожей гостя, пока к его плечу не притрагивался Гарри. Однако после процедуры кормления он был готов и к этому. Смущения перед мужской наготой после двух лет хогвартских общих душевых мальчик особо не испытывал. Просто немного неудобно: одно дело голый Рон или Невилл, а тут взрослый дядька всё же. Мужчина был поджарый и жилистый. Смуглую кожу бороздили многочисленные шрамы. Особо выделялся один странный рубец на груди — круглый, словно донышко стакана. Он голой проплешиной проступал из чёрной курчавой поросли.