— Некоторое представление имею… Ладно, я поговорю с Гарри, но при одном условии, — Джеймс выдержал эффектную паузу, — взамен ты дашь мне свою кровь.
— Моя-то тебе зачем? — изумился Снейп.
— А мне тоже интересно, — задумчиво протянул аврор. — Очень, знаешь ли, интересно, как Сайлин мог появиться на свет. Чисто академический интерес.
В палатке стало так тихо, что Гарри отчётливо различил дробный стук разделочного ножа.
— На что ты намекаешь, Поттер? — наконец напряжённо осведомился Снейп. — Сайлин родился, как и все дети, полагаю. Или тебе не известно, откуда дети берутся? Могу просветить.
— Избавь меня от своих поучений! — рассмеялся Джеймс. — Как отец троих детей, в этом вопросе я осведомлён куда лучше тебя. А вот лекция бы не помешала. Только я сам тебе её прочту — о семейных проклятиях. Ты ещё не забыл, что я мастер Кровомаг, Северус? Скажу без хвастовства: весьма и весьма опытный практик. Зачастую мне достаточно одного взгляда, чтобы сказать, какие неприятные дополнения несёт магия того или иного волшебника. К примеру, глядя на тебя, я с уверенностью могу сказать, что замужество твоей матери Эйлин Принц за Тобиасом Снейпом было актом отчаяния. Страшно представить, какими зельями она поила наивного маггла и какие ритуалы над ним совершала, только чтобы дать тебе жизнь... Любой бы на его месте возненавидел всё, связанное с волшебством.
— Довольно! — рявкнул профессор. — Не смей лезть, куда не просят! — На некоторое время в лаборатории снова стало тихо. Однако молчание нарушил сам Снейп.
— Что ты видишь в Сайлине, Поттер?
— Проклятия рода Принцев у него нет, — серьёзно ответил Джеймс. — В этом ты можешь быть спокоен. В своё время мне довелось пообщаться с твоим дядей Септимусом — он был уже совсем плох. Помочь ему я, конечно, не смог. Так он сильно сожалел, что не принял тебя в семью. Казалось ему, что ты нашёл способ ускользнуть от бича всех Принцев: погиб по нелепой случайности, но сильным и здоровым. Я не стал его разубеждать.
— А было в чём разубеждать? — осведомился Снейп.
— Было, — тяжело вздохнул Джеймс. — Помню, одно время Гермиона места себе не находила, всё восклицала: «Как?! Гарри, как умелый зельевар может умереть от змеиного яда? Ну не смешно ли? Причём, от яда змеи, которая у него постоянно перед глазами, а яд её разложен на ферменты аж специалистами Святого Мунго! Лечили же Артура от укусов… Почему профессор не озаботился противоядием?» Много у неё догадок было. Как она нас с Роном доставала рассуждениями о выполненном долге, твоём глобальном разочаровании в директоре Дамблдоре, о нежелании и невозможности жить… А правда была проста, как Люмос. Только понял я это значительно позже, когда с наставником стал разбирать кровные проклятия. Сколько моему Северусу оставалось? Года два от силы — и это были бы страшные годы медленного и болезненного угасания. На его месте я бы, наверное, тоже предпочёл уйти из жизни быстро и относительно безболезненно.
— Всё это безумно интересно, — насмешливо фыркнул Снейп, — но мы говорили о Сайлине, Поттер.
— Ну да, теперь, когда у тебя в руках легендарный Ведьмин мох, о пробуждении проклятия ты можешь не переживать, — усмехнулся Джеймс. — А что не так с Сайлином?
— Поттер, не зли меня — отравлю. Ты же не просто так этот разговор начал?
— Мне вот интересно… Северус, ты знал, что Лили всерьёз увлекалась Магией Крови?
— Бред! — раздражённо фыркнул Снейп.
— Если бы… Кто, по-твоему, провёл превентивный обряд усыновления над Сайлином? Или думаешь, что тот Северус обладал нужными навыками? — Гарри замер, когда смысл фразы дошёл до его сознания.
— Договаривай, Поттер, — в лаборатории опять что-то звякнуло. Крышка котла?
— Со слов мальчика, уже на следующий день после трагедии в Годриковой Лощине Альбус пытался забрать сына Лили у того Северуса, но не смог. Будь Сайлин родным — директору бы и в голову не пришло пытаться отобрать ребёнка у отца. Есть законы Магии, через которые не переступишь. Однако Альбус был уверен в своём праве. Почему? Ответ один: Сайлин усыновлён. Причём обряд был проведён ещё при жизни Джеймса, то есть превентивно и только после его гибели окончательно закреплён уже самим Северусом. Провернуть подобное могла только мать, без участия отца. Поправь меня, если ошибаюсь, но вряд ли Джеймс согласился бы на полную замену его крови в жилах сына твоей кровью, Северус. Ведь в мальчишке ничего от Поттеров не осталось.
— Ты никогда и ничего не скажешь Сайлину, — угрожающе прошипел Снейп.
— Не скажу, — согласился Джеймс. — Если бы мог, то даже бы магически поклялся. Но Северус, а тебе не приходило в голову, что Сай и так всё знает? И панически боится, что правду узнаешь ты?
— Ерунда! С чего ты взял?
— Просто я наблюдал за ним несколько дольше, чем ты. В непринуждённой, так сказать, обстановке. Слишком уж фанатично он ненавидит Джеймса Поттера. Хотя с чего бы? Тот давным-давно мёртв. Обычно дети не питают столь сильных чувств к недругам своих родителей. Перипетии детства и юности отцов для них — это легенды седой древности. Так откуда такая неприязнь?
— Ты уверен…
— Я думаю, Сайлин знает, что прошёл обряд кровного усыновления. И он винит в смерти матери своего первого отца. Под влиянием рассказов и обмолвок того Северуса Снейпа, он вообразил Джеймса этаким монстром и стыдится его.
— Он и был монстром, — буркнул Снейп.
— Тебе виднее, — зевнул аврор. — Я-то его никогда не знал. О, смотри, в большом котле основа посветлела! Уже пора?
— Пригляди за добавочными котлами, Поттер. Если левый начнёт пениться — сразу меня зови.
Гарри шумно втянул воздух, поняв, что не дышал всё это время. Он обнял колени и уткнулся в них лбом. Говорят же, что подслушивать нехорошо… И как теперь со Снейпёнышем общаться? Он-то, оказывается, и не Снейпёныш вовсе. Эх, Гермионы рядом нет, уж она бы всё быстро по полочкам разложила! Так что делать?
Глава 12. Старший брат
Окончательно сбросив на пол ставший жарким плед, Гарри сел на кровати и мрачно уставился в фальшивое окно. Чужая тайна жгла. Какой уж тут сон? Мучительно хотелось поделиться хоть с кем-нибудь. Вот Рона бы сюда. С ним можно было бы во всех подробностях обсудить странности Снейпов! А потом можно было бы и Гермиону посвятить, но аккуратно. Ну, отругала бы она для начала — первый раз, что ли? Однако не отказалась бы разобраться в случившемся. Ей только задачку дай — вцепится, не оттащишь! Милая Гермиона…
«Как жить-то теперь?» — тяжко вздыхал Гарри. Ладно, сегодня Сайлин весь день проспал и на глаза не попадался. А завтра? А вдруг профессор догадается, что Гарри подслушивал? Ох… Не то, чтобы он так уж Снейпа боялся, но и становиться причиной его ярости совершенно не хотелось.
Пошарив ногами по полу, Поттер нехорошо ругнулся — тапки никак не находились. От его неосторожного движения Бэмби завозился, захныкал, не просыпаясь. Но утешать его не потребовалось — уткнувшись носом в макушку Сохатика, он сам затих.
Потревоженный шумом Джеймс бдительно всхрапнул на своей стороне кровати. Не открывая глаз, зачем-то сунул руку под подушку, да так и засопел. Надо же, не бдит в лаборатории у котла! И будильник не завёл — значит и не собирается. Неужели у профессора Снейпа совесть завелась, и он решил дать Джеймсу отдых? Верилось в это с трудом. Наверное, ингредиенты закончились и не из чего варить очередную бурду.
Светильник в коридоре не горел, но его успешно заменял щедро льющийся в волшебное окно лунный свет. Проскользнув на кухню, Гарри выпил воды, посидел за столом, без аппетита пожевал оставшееся с ужина печенье. Чем заняться? Всё равно ведь не уснуть. Может, домашнее задание сделать? На лето задали много. Хотя… до сентября ещё далеко.
Вдруг в коридоре скрипнула паркетина. И не просто так скрипнула, а явно под чьей-то ногой. Поттер испуганно затаился — неужели Снейп? На фоне тёмного прямоугольника дверного проёма блеснул и промелькнул двойной огонёк, отражённый в стёклах очков. Тонкий силуэт двигался почти бесшумно. Генрих! Гарри облегчённо выдохнул, сгрёб в карман остатки печенья и поспешил за Победителем Волдеморта.
