Палатка встретила их дружным рёвом не только малышей, но и донельзя расстроенной Деборы.
* * *
Когда у тебя на лбу холодный компресс, во рту — привкус мятного чая, а все синяки и ссадины заботливо смазаны, жизнь приобретает совсем иные краски. Гарри потёрся подбородком о пушистый плед, который укутывал его плечи, и сонно прислушался к голосам в гостиной.
Сквозь неплотно приоткрытую дверь доносился страдальческий речитатив мисс Поттер, подробно рассказывающей о дневных приключениях. Впрочем, некоторые моменты Дебора пыталась утаить, но дотошный Джеймс заставил её поведать обо всём без прикрас. Что ни говори, а со стороны история казалась ещё более глупой и дикой. Гарри поглубже закопался в плед, тихо радуясь, что рассказывать всё пришлось не ему.
— Ну вы даёте! — восхищённо протянул невидимый из спальни Генрих. Он наверняка восседал на своём любимом диване. — На наживку из маминых дневников даже я бы клюнул! Чего уж о Гарри говорить. Ну стр-р-ратеги! И не жалко было брата калечить?
— Да вы… Не смейте!!! — вдруг взвизгнула Дебора и опять бурно разрыдалась. Похоже, у неё в запасе имелось бесконечное количество слёз, на все случаи жизни.
— Мне, конечно, страшно лестно, что вы так высоко оценили мои скромные способности, мистер Великий-Герой-Дырявые-Штаны. Только не было никакого заговора! — запальчиво выкрикнул Снейп.
«Прямо как Малфой с Роном ругаются», — Гарри невольно улыбнулся пришедшему в голову сравнению.
— Про мамины записи я не знал: я бы тоже не отказался их почитать. И про коварный план намекать не надо — вредить заморышу никто не собирался. Мы планировали, да, вынудить его сходить с нами к отцу, но другим способом — просто взяв на «слабо». Он же глупый, как курица! На любую ерунду ведётся. А тут просто… удачно подвернулось. Если б он хоть немного мозгами пошевелил, сам бы додумался домовика позвать.
— Напомните, мистер Снейп, что вы обещали мне перед тем, как мы с Генрихом отправились в Лондон? — Гарри невольно поёжился под пледом — не хотелось бы, чтобы Джеймс когда-нибудь разговаривал с ним таким тоном.
— О, я помню, мистер аврор! Вы оставили меня за старшего, так сказать, — голос Сая просто сочился ядом. — Но забыли спросить, а оно мне надо? И каковы мои планы на день, вы тоже не поинтересовались. Хочу ли я присматривать за сопливыми младенцами и туповатым некромантом? Так вот: я не хочу! И вы не заставите меня исполнять ваши дурацкие приказы!!!
— Надо же, цаца какая! — хохотнул Генрих. — Приказы, видите ли, дурацкие! — И тут же обеспокоенно добавил: — Джеймс, что будем делать с Клятвой? Погубят же недоумки парнишку!
— Да нет никакой клятвы, — устало произнёс старший Поттер. Похоже, он не меньше Гарри утомился за этот день. — Нам, пришельцам в этот мир, магия недоступна, а у Гарри не было искреннего желания, чтоб клясться в одиночку. Вспышки ведь не было, Дебора?
— Ой, и правда! Нет, ничего такого, — от удивления мисс Поттер даже всхлипывать перестала.
Гарри зажмурился и втянул голову в плечи. Ну простофиля! Обдурили, как хаффлпаффского первоклашку! А он уж совсем помирать собрался… Всё-таки здорово, что в его жизни появился такой замечательный Джеймс!
— …за жемчуг тётя удавит! Как минимум в полицию о взломе сейфа и краже сообщит. Обвинят Гарри в воровстве, а он совсем врать не умеет. Нет, пока не поздно, надо собирать манатки и валить в леса! Сейчас лето — в палатке нормально проживём и…
— Не горячись, Генрих, — на дворе не те времена. Дебора, домовик жемчужину нашёл?
На нос сполз нагревшийся компресс. Гарри раздражённо отбросил его куда-то на пол, но неудачно попал в таз с водой. Громкий всплеск едва не разбудил чутко спящего Бэмби — малыш вздрагивал от любого шума. Однако обошлось. Тихонько шипя под нос подслушанные у Сая ругательства, Поттер снова устроился в постели.
— …подумать только! Интересно, а тётя в курсе?
— Насколько я знаю, жемчуг раз в год носят к ювелиру для чистки. А специалист бы мигом выявил несколько фальшивых бусин в ожерелье. Так что конечно — Петунья знает. Это её финансовые махинации, о которых дядя не в курсе, я думаю… Другое дело, можно ли доверять Добби в этом вопросе?
— Добби наверняка жемчуга у Малфоев навидался… Помнится, Люциус вечно щеголял всякими бирюльками-запонками, да и у Драко украшений хватало. Не говоря уж о его матушке. Не о том думаем, Джеймс. Дядя Вернон может заметить беспорядок в документах и…
— Вот только не надо держать меня за дурочку! — к Деборе стремительно возвращался её обычный гонор. — Естественно, я разложила папки в том порядке, в каком они были. Я давно уже помогаю дяде с секретарской работой: можете быть уверены — ничего не перепутала!
Голоса то удалялись, то приближались, то тонули в вязком, горячем тумане. Потом приполз удав из зоопарка и предложил отправиться с ним в Бразилию. Гарри согласился. Ему не хотелось оставаться наедине с бестелесными голосами. Мало ли… Вдруг удав начал расти и превратился в василиска. Поттер отчаянно рванул к боковому коридору, манящему тёмным зевом, но ноги не шли. Под подошвами ботинок плескалась вода, над головой воинственно трубил феникс. Король змей стремительно приближался: «Убить, разорвать…»
Его разбудили всхлипывания Бэмби. Комнату заливал сумрачный свет туманного утра из фальшивого окна. Гарри, загнанно дыша, вытер подолом майки мокрое от пота лицо и трясущейся рукой погладил малыша по спине, как это обычно делал Джеймс. Бэмби сжался в комочек, но потом расслабился и ровно задышал. Похоже, плохие сны снились не только Поттеру. На подушке Джеймса, раскинув лапки словно лягушонок, спал Сохатик. Самого аврора в спальне опять не было. Он вообще когда-нибудь спит?
Гарри повозился, стараясь устроить поудобнее побаливающие рёбра, но сон не шёл. Зато наплывали видения овощного рагу и вчерашнего пирога с поджаристой корочкой. В животе тоскливо заурчало.
Нашарив тапки, он заглянул в стоящий рядом с кроватью большой котёл, прикрытый крышкой. Там, кроме аккуратно сложенных грязных тарелок, ничего съестного не оказалось. На блюде под салфеткой одиноко засыхал кусочек хлеба. А дно кастрюльки с гарниром блестело так, словно его вылизали. Сразу видно — ужинали с аппетитом. Без него. Тяжко повздыхав, Гарри потрусил на кухню.
Кухня была, пожалуй, самым уютным помещением в палатке. В отличие от заплесневелой столовой, её стены сохранили почти первозданную чистоту. Неудивительно, что новые жильцы решительно предпочитали и готовить, и поглощать пищу именно здесь. Даже Дебора смирилась, прекратив ворчать о плебейских замашках новоявленных братьев.
Кухня встретила Гарри приятным жаром от изразцовой плиты. Дребезжала крышка на огромном чайнике, в котором всегда был кипяток. Булькала в мойке тёплая мыльная вода. Вычурные напольные часы, зачем-то установленные здесь домовиком, важно отбили семь раз.
На разделочном столе, при свете несгораемой свечи, Джеймс сосредоточенно передвигал выдранные из блокнота страницы. От его движений по стенам метались жуткие тени. Жаль, что единственное кухонное окошко всегда показывало звёздную зимнюю ночь.
На одних листках ясно выделялись чертежи-звёздочки, на других — мешанина букв и цифр. И руны. Некоторые из них Гарри уже видел и даже запомнил, хотя их на младших курсах не проходили. Хогвартс был напичкан подобными значками: они сложным узором змеились по древним стенам, украшали собой пыльные углы и рамы живых картин… Даже на столбиках его кровати в общей спальне были высечены руны.
Старший Поттер оторвался от своего занятия, заметив визитёра.
— Привет, ребёнок, — кивнул он. — Не спится?
— Есть хочется, — застенчиво признался Гарри.
— Замечательно. Раз появился аппетит, значит, выздоровление не за горами, — хмыкнул Джеймс. — Вообще, нас с тобой природа щедро наградила крепкой головой и быстро восстанавливающимся организмом.
— Но полным отсутствием мозгов, — буркнули из тёмного угла. Гарри вздрогнул от неожиданности — нахохлившегося на табурете снейпёныша он и не заметил.
