– Распишись за Изабеллу в договоре и скажи, что приборы показали крайнюю нестабильность ее состояния, поэтому мы не могли отключить ее от "Новой Реальности" надолго, а тем более устроить интервью, которое потом потребовало бы слишком сильную блокировку ее памяти, что в ее состоянии небезопасно, – махнул рукой невысокий и полноватый мужчина в безвкусно дорогом и помятом от долгого сидения костюме. – Ну и заодно скажи, что Изабелла сама отказалась от интервью.

– С меня потребуют видео этого разговора.

– Селеста! Скажи, что вследствие такого долгого пребывания в системе, присутствие любого технического прибора рядом с Изабеллой оказывает сильную нагрузку на ее сознание, поэтому мы говорили с ней при выключенных камерах и смартфонах!

      Селеста шумно и раздраженно вдохнула и поправила тонкие очки:

– Хорошо, и когда же Изабелла вернется обратно? Меня спросят об этом в первую очередь.

– Когда захочет, тогда и вернется.

– Мистер Харвест, все прекрасно знают, что, находясь в этой системе, она не может понимать, что она там, а следовательно, никаким образом не сможет сообщить, что хочет вернуться.

– Скажи, что мы договорились с ней еще на две недели, – процедил мужчина. – Потом мы снова вернем ее и спросим о ее желании продолжить эксперимент.

– И она, конечно, согласится?

– Естественно.

– И мы отправим ее обратно?

– Само собой.

– Мистер Харвест! Так не может продолжаться постоянно!

– Селеста! Твоя задача – успокоить журналистов! Передай им все, что я сказал тебе! В следующий раз будем думать через две недели.

– Но…

– Селеста! Займись своим делом!

      Быстрый цокот каблучков и хлопнувшая дверь.

      Мэтью Харвест потер глаза, снял мятый пиджак и, поднявшись с кресла впервые за долгое время, подошел к окну.

      Еще каких-то полгода назад его идея казалась утопической. Все участники его предыдущего испытания вылетали один за другим. Кто-то совершенно переставал действовать, сломавшись под новым миром, у кого-то начиналась глубокая депрессия от ощущения внутреннего несоответствия с внешними обстоятельствами, кто-то даже пытался покончить с собой, – всех таких участников надо было срочно выводить из проекта. И таким образом через неполный месяц от тридцати человек осталось пятеро, в том числе одна хрупкая, красивая и одинокая девушка, на которую тогда никто и не думать делать ставку. Она пришла в офис Харвеста ради небольшого заработка, который ей, как и остальным, обещали за каждую неделю пребывания в виртуальном мире, и сначала она ничем не выделялась из общей массы. Но к концу третьей недели, когда Мэтью отчаялся настолько, что хотел закрывать эксперимент, эта девушка вдруг продемонстрировала такие чудеса интеллектуального приспособления, что он, не дожидаясь сигналов системы о перегрузке остальных участников, вывел их из исследования и оставил одну Изабеллу.

      За следующие два месяца ее разум показал столько невероятных сцен, что из них смонтировали целый сериал, который с первых же кадров взлетел на невиданные высоты. Деньги посыпались на Харвеста рекой, и он сразу же вложил их в следующий проект, в котором должен был принять участие победитель его эксперимента. И всем зрителям и фанатам шоу уже было понятно, что именно Изабелла Ауэр перейдет из одной системы в другую.

      Второго сезона "Новой Реальности" ждали с таким нетерпением, что около офиса Харвеста был воздвигнут палаточный городок, из которого круглосуточно слышались скандирования и призывы начинать трансляцию шоу как можно быстрее. Однако его основателю необходимо было подготовиться к следующему сезону с особой тщательностью. Он не имел права на ошибку. Потому что новая система была совсем иной…

      За стеклом забарабанил крупный апрельский дождь. Харвест посмотрел на лесопарк с разбитыми там разноцветными палатками фанатов его шоу и усмехнулся.

      Мог ли он представить еще несколько лет назад, живя в съемной однокомнатной квартире на окраине Манчестера, работая без сна и отдыха помощником второго инженера в разваливающейся от долгов компании, что однажды его имя будет греметь на весь мир? Что его интеллектуальная разработка принесет ему такую известность и деньги, о которых он не мог даже мечтать, лежа на тонком дырявом матрасе около вечно сквозившего окна?.. А ведь если бы он не последовал тогда своему необъяснимому видению, в котором неизвестная женщина сказала ему, что нужно было сделать с его "набором железяк, похожим на игрушечные наушники", чтобы его затея воплотилась в жизнь, возможно, он так и продолжал бы ютиться под самой крышей разваливающейся трехэтажки до скончания дней.

      Но он рискнул, и его идея, лелеемая с самого детства, принесла ему невероятную славу: сначала техническую, а затем и публичную. Прибор, который мог воспроизводить человеческие мысли в виде настоящих картин… Как кино. Он позволял видеть все события глазами главного героя, слышать его голос, слышать голоса тех, кого он видел в своей голове, и даже передавать то, что он думает, в виде образов.

      Как только Мэтью представил свой проект на местном техническом конгрессе, у него сразу появился спонсор, который выделил ему средства на то, чтобы он взял себе в помощники медицинского специалиста, чьей квалификации хватило бы для создания системы поддержки организма испытуемых во время эксперимента. И Харвест нашел его за считанные дни. Такого же бедного, но такого же увлеченного и обладающего первоклассными знаниями в области воздействия на тело и сознание с помощью особых препаратов, являющихся его личными разработками. Эти двое мужчин и стали первыми участниками эксперимента. Вернее, им стал Харвест, потому что Леонардо должен был постоянно находиться рядом и наблюдать за состоянием напарника. Мэтью прошел двухдневную физиологическую подготовку, которая была практически без изменений принята в качестве образца для всех последующих добровольцев, и блестяще вошел в эксперимент и вышел из него, а после, когда увидел записи собственных мыслей на мониторе, целый час качался на стуле в блаженном забытье, держа в руках исполнение мечты всей его жизни.

      Однако впереди было еще много работы, и следующей задачей для Харвеста было взять в команду подходящего агента, который для начала набрал бы добровольцев для эксперимента, договорился об аренде подходящего места для исследовательской студии и наладил связи с каким-нибудь изданием, – в общем сделал все то, к чему технический и медицинский умы первых двух членов команды "Новой Реальности" были не приспособлены. Такой человек тоже нашелся довольно быстро. Пьер-Мишель – болтливый и беспрестанно кашляющий, однако ведомым лишь ему способом умевший заставлять делать людей то, что ему было нужно.

      Четвертый участник команды столкнулся с Мэтью буквально нос-к-носу на пороге его дома. Милан пришел предложить свои услуги в качестве организатора и координатора всех дел и передвижений. И судя по тому, что он умудрился найти место проживания Харвеста, о котором до этого никто не знал, он умел доставать и выгодно пользоваться полученной информацией.

      Что касалось Селесты, то она много лет работала вместе с Харвестом в одной компании и во все времена благоволила ему и поддерживала его начинания, поэтому, едва лишь осознав, что у него есть шанс представить миру свое интеллектуальное детище, Мэтью сразу предложил Селесте перейти в его команду, и она согласилась.

      Так их маленькая команда с остатками денежных средств от спонсора уехала в Германию и благодаря способностям Пьера-Мишеля сразу же нашла большую квартиру, которая стала и местом их жительства, и агентством по набору добровольцев, и исследовательской лабораторией, и переговорной для прессы и телевидения…

      Теперь эта квартира уже не сдавалась. Ее переоборудовали в общедоступное пространство для проведения симпозиумов среди студентов и технически подкованной молодежи. А вся команда Харвеста вот уже три месяца работала в шикарном трехэтажном здании, полностью выкупленном корпорацией "Новая Реальность", о чем позаботились Пьер-Мишель и Милан.