Однако эта сеть следов могла оказаться много старше, чем отсутствующий город. История этой планеты была одним из тех пробелов, которые она хотела заполнить. Тут могло произойти то же, что и на Земле, - глобальное строительство: здание за зданием, столетие за столетием. Но она знала, что все это ей сильно не нравится.
Вес'хар не просто стерли город, они уничтожили целую расу.
- Могу я оставить снимок у себя? Я хотела бы его кое-кому показать.
Чампсиаукс кивнул.
- И как вам все это? Я понимаю, мы тут не для того чтобы заниматься археологией, но ведь это - адская находка!
- Это зависит от того, в самом ли деле эти линии - следы искусственных образований. А ведь они могут напоминать дороги через болото.
Кроме того, многое зависит от того, почему эти города перестали существовать. Шан чувствовала, что вес'хар просто так ничего делать не станут. Однако Чампсиаукс явно нервничал.
- Посмотрим, что я смогу узнать у местных жителей, - продолжала Шан, пытаясь выглядеть как можно более беззаботно, а не как человек, худшие подозрения которого только что подтвердились. Гражданские не должны получать подобной информации.
Но по крайней мере теперь она понимала истинную картину, сознавала, с чем ей предстоит иметь дело. И еще ее мучил вопрос: сможет ли и дальше Джош помочь ей, сможет ли он и дальше отвечать на ее вопросы? Хотя люди обычно всегда делали это, нужно было лишь задать вопрос правильным образом.
А ей в своей жизни редко приходилось спрашивать дважды.
- Можно на секундочку?
В этот раз через круглый люк в модуль Шан заглянула Хагель. Шан оторвалась от экрана шебы. Это становилось навязчивым.
- Что-то случилось?
- Не совсем так. Я просто хотела бы, чтобы вы осознали всю пикантность ситуации. - Хагель вошла в модуль и прикрыла люк. - Боюсь, мне придется нарушить врачебную тайну.
- Продолжайте. Я не стану сообщать об этом в Главный медицинский центр, если вы считаете, что это не нужно.
- Все дело в командоре Невилл.
- Понятно, и что с ней? С ней что-то не в порядке?
- Она беременна.
Шан откинулась на спинку стула и глубоко вздохнула.
- Да уж! Ужасно!
- Я считаю, что в данных обстоятельствах вы обязаны знать. Ничего страшного… Но мы должны что-то сделать. Однако действовать нужно очень осторожно. В колонии полно женщин, однако они давно акклиматизировались. Их организмы перестроены. Они приспособились к низкому содержанию кислорода.
- Но ведь Невилл - не колонистка. Она, как я до этого предполагала, является командиром военного корабля.
- Да, конечно. Однако нет никакой причины для того, чтобы она не делала того, в чем биологически нуждается ее организм. Тем более если она не находится на боевом дежурстве.
- Она собирается оставить ребенка? -Да.
- Ладно, это ее выбор. Однако, по-моему, это - страшная глупость. - Шан мысленно прокрутила их предыдущую беседу. Как расценить поведение Невилл? Как предательство? - Она ведь уверила меня, что ее люди дисциплинированны и смогут держать себя в руках, не выскакивая из трусов при первой возможности. А в этом случае…
- Полагаю, перед отправкой она прошла соответствующие тесты, и они ничего не показали. - Говоря это, Хагель выглядела несколько смущенной. - Но ведь возможна ошибка.
- Извините. Я не профессионал в этих вопросах, но скажите прямо, возможны осложнения?
- С медицинской точки зрения - да. Очень рискованно носить ребенка в таких условиях, даже если бы Линдсей Невилл была молодой и подготовленной для роли матери.
- Ладно. Вы должны будете сообщить мне, когда наступит время ей оставить командование. Кто-нибудь еще знает об этом?
- Только мы. Вы же не станете рассказывать о нашей беседе? В противном случае я вынуждена попросить вас держать все это в тайне.
- Нет, я никому не скажу, - ответила Шан. «Интересно, когда Линдсей сама мне об этом скажет?» - Спасибо за то, что поставили меня в известность.
- Кроме того, Эдди попросил, чтобы я сообщила вам, что он хочет взять у Араса интервью.
- Я передам его просьбу.
Хагель неуверенно улыбнулась, словно не в силах найти предлог покинуть каюту суперинтенданта.
- Вы не будете слишком суровы с Линдсей?
- Смею вас заверить, я отлично помню все, чему меня учили на курсах менеджеров и управляющих.
- Это как раз то, чего я боялась. Вы действуете слишком по-мужски, последовательно, ничуть не отклоняясь от графика работ и инструкций.
- Вы хотите сказать, что я не понимаю женщин?
- Возможно.
- Если женщина хочет играть в мужские игры и получать мужскую зарплату, она должна действовать как мужчина. Я не утверждаю, что это - профессиональный подход, но я нахожусь в своем кабинете в двадцати пяти световых годах от Централа, но меня в любое время могут вызвать и прислать приказ о снятии с поста, если хоть кто-то почувствует мою слабину. - Сказав это, она поняла, что с тем же успехом могла сделать у себя на лбу татуировку: НЕАНДЕРТАЛЕЦ. - Дееспособность и живучесть команды зависят от каждого.
- Но вы должны помнить, что люди типа Линдсей очень сильно зависят от вас.
- Да, я понимаю все это, но каждый должен платить за свои промахи.
Хагель кинула.
- Я ожидала слишком многого.
Шан ничего не ответила. Если она позволит Хагель почувствовать, что победила в споре, - превосходно. Сама-то Шан отлично понимала, откуда взялась ее иррациональная ярость. Линдсей не сделала того, что совершила бы Шан Франкленд, окажись она в подобной ситуации.
Все люди совершают ошибки. Шан подумала о «Зеленой ярости», и это отвлекло ее от Линдсей. Во время операции не было допущено никакой ошибки, но для должного общественного мнения пришлось создать иллюзию о том, что она прокололась. Своеобразный способ. Ее профессиональная гордость удовлетворилась тем, что работа была сделана. А потом все это не имело никакого значения, потому что все, кто мог что-то потерять, были либо мертвы, либо забыты.
«Глупая корова, - сказала она сама себе. - Ты ложилась с кем-то в постель, потому что это было необходимо, а не потому что тебе так захотелось». Но она все еще чувствовала себя обманутой и виноватой в том, что тогда произошло.