- Захватчики…
- Повсюду, - перебил старик. - Шекумпех не защитил нас. - Турт подвинулся ближе, и стали яснее видны морщины боли на его лице. Урсу увидел, как мастер схватился за грудь, словно там была неисцелимая рана. «Это смерть», - подумал юноша. Турт умирал.
- Другие… где они?
- Юфтиан мертв, - ответил старик. - Убит солдатами Зана.
- Шекумпех… они не забрали бога? -Нет.
- Ты знаешь, где бог?
Турт улыбнулся бледной, слабой улыбкой.
- Да, знаю. Это была правда, не так ли? - Печальные серые глаза мастера уставились в глаза Урсу. - Шекумпех приказал тебе унести его в безопасное место за пределы города.
- То же самое он приказал Юэнден, а вы вознаградили ее за послушание смертью.
- Помоги мне встать, - попросил Турт вместо ответа. - Мне нужно подняться.
В голове Урсу немного прояснилось. Он вскочил с тряпья, на которое его положили, и посмотрел на свои руки, на поврежденные ладони. Потом неохотно помог встать старому жрецу и выглянул в окно. Снежинки падали через него на мех Урсу.
Окно выходило на боковую стену соседнего хлева. Справа был широкий проход, ведущий вдаль, к городской стене. Ближе в тусклом полумраке маячили фигуры в доспехах. Урсу разглядел у них в черных ушах тяжелые кольца с драгоценными камнями, какие носят наемники. Казалось, они просто стоят и болтают. Очевидно, часовые, но что они стерегут?
Других признаков жизни на улицах не было, что казалось очень необычным, и нигде не горели огни. Только созвездия светили на разоренный город, и ложились от домов едва заметные тени под наползающей ночью. Урсу посмотрел на звезды, рассыпанные поперек неба широкой блестящей лентой Короны Хеспера.
- Комендантский час? - прошептал Урсу, оглянувшись на Турта. Как странно, всего несколько дней назад Турт был олицетворением власти, а теперь от этой власти ничего не осталось.
- Не знаю, - ответил старик. - Меня спрятали здесь еще до того, как стемнело.
Урсу фыркнул от отвращения. Он имел полное право отомстить Турту. Вместо этого юноша поддержал мастера, выводя его из хлева в ночь.
- Будь осторожен. Было много смертей, Урсу. Слишком много смертей, - прошептал старик, чтобы не услышали часовые.
- Я забираю бога, - сказал Урсу. - Ты меня понимаешь? - Он схватил Турта под руку и повел по затемненным улицам, медленно и бесшумно. Трупов действительно было много: некоторые из них, ополченцы, так и остались лежать на холодной земле. Когда они с Туртом наткнулись на мертвого ребенка, сердце Урсу стало холоднее ледяной могилы. Кто же сотворил такое? Кто мог велеть войскам творить такие злодеяния?
Турт шел прихрамывая, ему приходилось часто останавливаться для отдыха, и Урсу боялся, что старый мастер вотвот свалится. Но Турт держался, и наконец они добрались до Дома Шекумпеха - или того, что от него осталось.
Остались - выжженные руины, и снег шипел на дымящихся углях, перемешанных с рухнувшей каменной кладкой. На открытой площади перед главным фасадом белел тонкий слой снега, в котором отпечатались следы. Кто-то проходил здесь недавно.
- Что с тобой случилось, Турт? - прошептал Урсу, останавливаясь передохнуть на краю морозной площади. Он не слышал никаких звуков, только абсолютную тишину, словно все в мире умерли, кроме них двоих. На горизонте, заслоняя звезды, огромными черными столбами поднимался дым. Это конец истории народа, подумал Урсу. Конец Нубалы, конец всему.
- Как только пришли захватчики, я спрятал бога. Солдаты Зана напали на меня и других мастеров, когда мы пытались добраться до убежища, и я притворился мертвым, хотя меня лишь тяжело ранило. Но другие мастера… - Он указал на тени в дальнем углу площади, и Урсу понял, что ее более темный участок - на самом деле огромная лужа замерзшей крови и изувеченных тел.
Они прокрались к развалинам главного входа.
- Тут не войти, - запротестовал Урсу. - Он рухнет прямо на нас.
- И все же тебе придется попытаться - ради нашего бога, - ответил Турт. - Я расскажу тебе, где искать, так что слушай внимательно.
Конечно, существовал не один проход к лабиринту туннелей, изрезавших скалу под улицами Нубалы. Солдаты Зана проделали такой долгий путь, чтобы завладеть их богом, потратили столько времени и сил, но до сих пор не нашли его. Урсу не хотелось думать, какой может оказаться их месть, если их поиски останутся безуспешными. Ему не хотелось думать, что случится с уцелевшим населением Нубалы.
- Может, все-таки отдать им бога? - промолвил юноша. - Может, тогда они нас всех пощадят. Разве так будет не лучше для всех?
- Когда Шекумпех говорил с тобой, он должен был показать, что случится, если ты изберешь неверный путь. Так что ты видел, что открыл тебе бог? Что случится, если ты его подведешь?
- Тьму, - ответил Урсу, слишком живо вспоминая свои видения. - Как будто настал конец всего мира. - Он уставился в зияющую утробу разрушенного входа. - Спрячься, - пробормотал он Турту. Потом шагнул в темноту развалин, бывших когда-то Домом Шекумпеха.
Дело оказалось труднее, чем он ожидал: мощные каменные стены Дома когда-то поддерживали огромные деревянные стропила, сходящиеся высоко над головами послушников и мастеров. Но во время пожара стропила рухнули на пол, и мало было места, где можно пролезть через завалы. Тут и там на каменной кладке белел тонкий слой инея.
Великий Дом Шекумпеха был теперь подобен трупу, из которого ушел дух: пустой, но еще содержащий воспоминания о своей прежней жизни. Однако бог все еще был где-то здесь. Урсу опустился на корточки и пополз в узкий просвет между разбитыми каменными плитами пола и упавшим стропилом, напуганный его размерами и огромной тяжестью, будто давящей на спину. Вдруг что-то шевельнулось, и юноша застыл.
Поняв, что это просто соседняя балка сместилась под собственной тяжестью, он пополз дальше, протискиваясь в затененные развалины огромного зала. Время от времени его взгляд натыкался на трупы, кое-где обуглившиеся до костей.
Ага, здесь. Чуть дальше винтовой каменной лестницы, ведущей в мастерскую Турта. Здесь, за двустворчатой дверью, открывался проход, ведущий вниз, в ту палату, где бог говорил с Урсу. Сама дверь была разбита в щепки - очевидно, солдатами Зана. Зачем они сожгли Дом? Ведь они не нашли бога. Или пожар устроил кто-то другой, не солдаты? Возможно, это была попытка им помешать.