— Что же произошло здесь? – недоумевала девушка. — Издали всё казалось иным.
Кроме того, город оказался и несколько мрачнее. Впору хоть факел зажигать. Они пересекли мост, подле столбов из которых бодро пробивался зелёный кустарник. Кладка постепенно расшатывалась корнями растений, вкупе с многочисленными мхами.
Пройдёт ещё некоторое время, и эта часть вообще может обрушиться, щебнем сползая вниз, в пропасть, что кажется бездонной.
Они ступили на пустынную и молчаливую улицу. Сказочного града. Того места, где мечтал бы побывать всякий, услышавший давние сказания. Но вблизи это место выглядело как торжество, которое уже прошло, а путники запоздали и наблюдали последствия весёлого празднества. Определённо здесь ПРОИСХОДИЛИ важные события. Но когда именно это было? Явно века тому назад. Легенда о таинственном городе воплотилась в виде пустой оболочки.
— Что же произошло в этих местах?
Рыцарша мягко ступает по пустынным улочкам. Мох гасит шаги. Следом за нею движется тенью Пампиду. Определённо! Город со всеми этими ходами-переходами, подворотнями, дверьми и облупившимися барельефами на стенах некогда жил… покуда не пришёл в запустение.
Несколько раз девушка порывается изучить содержимое ящиков и бочек, но в основном находит лишь грязь. Даже, если продукты и были здесь, то они успели испортиться. Плохо, если так. Это означает, что пополнить запасы продовольствия не выйдет. Без провизии многого не сделаешь. Если Залескар не ошибся, то именно на этих улочках и где-то в недрах таких домов должен быть вариант.
Миновав арку, Рыцарь Клинков выбралась на площадь, в центре которой виднелись обломки статуи. Площадь была пустынна и заброшенность ощущалась там гораздо больше, чем на узких улочках. Большое пространство с поросшей кое-где мхом брусчаткой. Некогда здесь собирались оживлённые толпы, а теперь лишь дул ветер. В стороне от центра площади притаился металлический кабан. Кажется, он был выполнен из меди.
Девушка постучала по гулкой статуе. У неё были подозрения относительно этой конструкции, а давние следы огня говорили, что подозрения эти верны. В такую штуку сажали провинившегося человека, затем под статуей разводили огонь. Так можно было напугать, или вообще зажарить виновного. Причём, говорят, умельцы могли таким образом обустроить скульптуру, чтобы крики пытаемого преобразовывались в рёв животного. Вся скульптура была покрыта декоративными элементами. Приметное, практически праздничное сооружение, если не знать о его коварстве.
Дальше с площади можно было пройти к крупным пристальным вратам, но различить как именно открыть тяжёлые створки не представлялось возможным. Двери преграждала другая скульптура. Из кучки глиняных обломков словно вырастал могучий торс, сильные руки-лапы и сравнительно небольшая, гротескная голова. Подобие человека казалось простой декорацией, однако, когда Рыцарша подошла ближе, оно словно ожило:
— Смертный! Путь сюда тебе закрыт! Чтобы пройти в сей чертог, ты должен погрузиться в тёмный омут отчаянья! Иначе ты просто не сможешь постичь всего, что откроется тебе там, за моей спиною! Возвращайся же позже, смертный!
— Но, что именно ты сторожишь? – спросила Рыцарь.
— Смертный! Путь сюда тебе… — ополовиненный голем повторял одно и тоже. Подойти и сразиться с ним Рыцарша не рискнула. Пусть он и сделан лишь из глины, но что-то подсказывало, что к бою с подобными созданиями нужно подготовиться. Или, быть может, и в самом деле настолько отчаяться. Так или иначе, имело смысл и далее исследовать город. Может быть откроются иные пути, в обход голема?
Девушка бегло осмотрела площадь. От этого места по коже пробегал холодок. Несколько улиц, ведущих с площади оказались засыпанными, что существенно сокращало выбор. Рыцарша свернула на одну из доступных улиц и направилась по ней, как по руслу реки, ведущему непонятно куда.
Через пару поворотов, её взору предстала одинокая башня. Даже не просто «башня», а Башня — монументального вида сооружение, ввинчивающееся вверх. От фундамента к верхушке строения вила лестница, закручивающаяся вокруг прочной кладки. У самого купола, напряжённо задравшегося в небеса, формировалось подобие балкона, вокруг всей макушки. Ниже купола темнел проход. Сооружение выдавало некое напряжение. Сама эта продолговатая форма с толстой верхушкой и будто венами увитая лестницами заставляла Рыцаршу поразиться.
Чем вообще вдохновлялись архитекторы, или это — особенности местного зодчества?
Поднимаясь по каменным ступеням лестницы, можно было оценить вид на город. Криминальный город представал во всём своём былом великолепии! Здесь туман был практически незаметен. Быть может, его рассеивал ветер?
Все строения, соединяющие их ходы, темнеющие провалы проёмов, стёкла глаз-окон, стиснутые «зубы» закрытых дверей и решёток. Теплилась ли в этом городе жизнь? Можно ли было как-то вернуть его могущество, превратив в тот самый сказочный город, что так нужен Рыцарше?
Девушка вошла в башню. Там было мрачно, но отсутствовала та кромешная тьма подземелий. Середину помещения занимала кровать. Собственно, это была единственная меблировка. Богато выполненная кровать под балдахином, так и зовущая прилечь. Был ли смысл противиться?
Рыцарша осторожно легла на кровать. Было бы неплохо заблокировать чем-то дверь, но девушка слишком устала и… она полагала, что пока кто-то поднимется по лестнице или она сама или Пампиду учуют его. Следовательно, врасплох их не застанут. Погружение в сон вышло тяжёлым. Была ли некая возможность этого избежать? Был ли выход? Наверняка она не знала, вонзив свой взор в кажущийся тёмным полог над головой. Покрывающие его золотые узоры казались почти сливающимися в единый рисунок. Если наблюдать за ними, то они словно начинали движение, постепенно заставляя расслабиться, оставить тяготы и погрузиться в недра расслабляющего сна.
Потолок нависал над Рыцаршей тёмным пятном, будто грозясь раздавить. Некоторое время она просто вспоминала, где находится, затем села. Пампиду встрепенулась у кровати и подняла свою морду, тут же вскакивая на лапы и лязгая челюстями. Похоже, она проголодалась.
Рыцарша и сама была голодна. Следовало выйти в город и поискать нечто съестное. Она знала, что держит в руках столь полезный ключ. Незаметно для себя, девушка извлекла из недр сумки кубический мануфракт и повертела его перед глазами. Хоть в спальне с неизвестной целью расположенной на вершине башни и было мрачновато, но символы, покрывающие каждую из плоскостей мануфракта блеснули, а потом что-то произошло. Нечто странное.
Комната будто преобразилась! Освещение стало ярче. Камни стен казались не тусклыми и серыми, а жёлтыми, будто золотыми. Под ногами разноцветным многообразием сверкнула мозаика, неприметная ранее под слоем пыли. Высокий потолок озарился солнечным светом, попадающим со стороны открытого дверного проёма (над сводом которого возникли занавески). Рыцарша поражённо обернулась. Кровать, убранная расшитыми золотом тканями, под узорчатым пологом, со сверкающими лаком деревянными поверхностями, словно вернулось былое!
Она почти бегом прошла к выходу, в сопровождении недоумённой Пампиду, вышла и…