Озираясь, точно беглый преступник («А будто это не так?» – усмехнулся Бладхаунд), Марк подбежал к зданию Клуба и аккуратно просочился в незапертую дверь. Его глаза мгновенно приспособились к традиционному для таких мест полумраку, а ноздри жадно втянули до боли знакомый запах ванили. Почему-то Виктор больше всего любил именно ванильные ароматизаторы.
В рассветные часы посреди рабочей недели в Клубе оказалось совсем немного посетителей – обостренному зрению охотника, помноженному на безупречную память Марка, хватило половины секунды, чтобы сосчитать всех людей в помещении и с точностью до мельчайших подробностей запомнить их расположение. Пятеро неподвижны в синхронизацонных ложементах вдоль правой стены, трое – на диванах в дальнем углу, тихо о чем-то переговариваются с кружками в руках (пиво, судя по запаху). Еще один у барной стойки общается с Виктором. Все спиной к нему, никто не обратил внимания.
Марк улыбнулся далеким воспоминаниям и зашагал через зал к стойке. Лишь когда он приблизился почти вплотную, Виктор и его собеседник обернулись на звуки шагов.
– Привет, Сержант, – Марк стянул с головы капюшон. Его глаза лучились при виде старого друга. Чего нельзя было сказать о Викторе – мужчина выглядел скорее шокированным.
– Марк? – протянул он, пока его брови медленно, но верно ползли к седой пряди на лбу. – Ты… – он сглотнул и осмотрел парня с ног до головы. – Что с тобой случилось? Все в порядке?
– Ничего не в порядке, – Марк покачал головой и потянулся к Виктору, чтобы обнять его, но тот отстранился. Это сразу насторожило Бладхаунда, который уже выудил из памяти Марка все воспоминания, связанные с владельцем Клуба.
«Что-то не так, – монстр зашевелился, напрягся. – Не доверяй ему».
– Понимаю, – усмехнулся парень, игнорируя охотника. – Я в таком виде и так внезапно! Но мне нужна твоя помощь, Сержант. Прямо сейчас, – он замялся, покосившись на мужчину, с которым до этого разговаривал Виктор. – Я все-все объясню тебе, только дай мне возможность!
– Фух, и правда неожиданно тебя тут видеть! – Виктор глубоко вздохнул и как-то неловко хлопнул Марка по плечу. Потом медленно перешел за стойку. – Давно же ты не захаживал, пропал совсем, – мужчина несколько раз моргнул, будто собираясь с мыслями. – Но я помогу, конечно! Рассказывай давай, что там с тобой приключилось! А то вид у тебя… как бы помягче сказать…
Но его фальшивая улыбка больше не могла обмануть Марка. В первые мгновения парень был так рад увидеть Виктора, что совсем не обратил внимания на странности в его поведении. Но теперь… Бладхаунд снова оказался прав – этому человеку он больше не мог доверять, и лучше всего на это указывали руки, которые Сержант прятал под стойкой. Марк знал, что там у него полка, на которой сложены инфопланшеты, недопитые бутылки и всякий хлам. У Степаныча под столешницей ресепшна тоже такая – и там лежит его дробовик, оставшийся еще со времен Вельбарского Подавления. Но у Виктора, конечно, не было никакого оружия. «Хотя лучше бы он сейчас достал ствол и направил его мне в лицо», – с горечью подумал Марк, обходя стойку.
– Ты чего? – Виктор сузил глаза, но не рискнул перегородить парню дорогу. Наоборот – отступил подальше. А Марк, зайдя за стойку, увидел подтверждение своей догадки – тускло мерцающий огонек тревожной кнопки. Активированной.
Похоже, он все-таки опоздал, Стражи уже побывали здесь. Или просто связались с Виктором по ленс-линку и наплели ему с три короба о том, что Марк – безумный маньяк, сбежавший из психушки, и что если он сюда заявится, нужно без раздумий жать на тревожку.
А ведь с их позиции все именно так – он и правда серийник, убийца. И да, он сбежал из Клиники Мебиуса. Только вот… все сложнее. Есть еще Бладхаунд, тенебрисы и целый мир, с которым Марк соприкоснулся, сам того не желая. А главное – есть его жена и дочь, которые просто не заслужили такой участи!
– А я ведь пришел к тебе, потому что больше никому здесь не доверяю, – Марк покачал головой, глядя на растерянного Виктора. Судя по округлившимся глазам и лихорадочно бегающему взгляду, мужчина не знал, что теперь делать. Видимо, инструкции Стражей закончились на активации тревожной кнопки. Ну разумеется, а как спастись от разъяренного маньяка, пока они едут сюда, бравые вояки забыли разъяснить, ага?
– Я не хотел ничего плохого, и не хочу, – Марк сделал шаг к Виктору и тот попятился. – Мне всего лишь нужна была твоя помощь, Сержант.
– Ну так… – Виктор сглотнул и откашлялся. Марк впервые видел его таким. Да что же ему Стражи сказали? А может, припугнули чем?
– Я… я слушаю, Марк, – Сержант трясущейся рукой достал из кармана джинсов пачку сигарет и протянул ее парню. – Может, покурим?
Это стало последней каплей. Марк больше не хотел думать о том, почему Виктор предал его. Может, просто поверил законникам (хотя сколько было пьяных речей о произволе в Департамент). А может, ему и правда пригрозили, что если не сдаст Марка, то они его с семьей запихнут в Клинику, или в Парадиз. А в Парадизе его жене быстро подберут нового мужа. И ему самому нового мужа тоже подберут.
Короче, вариантов немало. Но ни один из них не отменяет предательства, хотя вполне может его оправдать. Только для Марка это не имело значения, потому что Виктор был сейчас ключевым звеном в цепи, которая вела к спасению Даши и Лары. А теперь эта цепь рассыпалась и звенья полетели на матово-серый пол, звонко клацая по полированному камню. Бум-бум-бум. Как ритм его сердца. Нет – ИХ сердца.
Он вздохнул и расслабился, отпуская ментальные вожжи и отдавая Бладхаунду полный контроль над телом. В следующую секунду охотник схватил Виктора за шею, со смачным шлепком ударил затылком о стену и перебросил через стойку. Прошла еще секунда и он уже возвышался над парнем, с которым разговаривал Виктор. Парень успел только моргнуть и выдавить тихое «мама», а потом его шейные позвонки хрустнули, голова сделала оборот на триста шестьдесят градусов вокруг своей оси и безжизненный мешок мяса, костей и требухи повалился на пол.
Кто-то вскрикнул, а кто-то метнулся к выходу, но Бладхаунд, не успевая пересечь помещение, просто бросил в человека стулом, сломав ему обе ноги. Тот дико закричал и растянулся на полу. Бум-бум-бум. Спустя три удара сердца охотник уже стоял у выхода, держа за шиворот неистово вопящего паренька с глазными имплантами. Паренек перешел на визг, но звук прервался, когда Бладхаунд вбил ему нос в черепную коробку, а потом выгрыз половину шеи.
Отбросив булькающее и конвульсивно подергивающееся тело, из которого во все стороны хлестали упругие струи крови, охотник сделал шаг навстречу последнему из той троицы, что мирно беседовала на диване, намереваясь после обсуждения финального матча разойтись по домам.
– Не подходи, сука! – выкрикнул мужчина лет сорока. Он выбросил руку в сторону и в ней возникла телескопическая палка, на конце которой полыхнул синий огонек. Бладхаунд склонил голову на бок. «Гражданский шокер, – отстраненно пояснил ему Марк. – Лучше не попадайся». И охотник не попался. Он сделал рывок навстречу мужчине, намереваясь атаковать в лоб. Тот неловко взмахнул телескопичкой снизу вверх, но внезапно понял, что его противник находится уже совсем в другом месте.
Нанести второй удар мужчина не успел – Бладхаунд перехватил его руку на середине предплечья, нырнул под нее и выкрутил неудачливому бойцу плечо. Тот завопил. Тогда Бладхаунд еще раз крутнулся под его рукой. Раздался натужный хруст рвущейся синовиальной сумки и плечевых сухожилий. Мужчина, как и парень минутой раньше, сменил крик на откровенный визг, а Бладхаунд еще раз провернул свой финт, начисто отрывая человеку руку. И когда тот, отключившись, повалился на пол, охотник лишь презрительно фыркнул.
– Слабаки! – из его раззявленной пасти, полной черных заостренных зубов, донеслось утробное рычание. – Такие же ничтожные, как и в моем мире. И вы все поплатитесь за свою слабость!
К этому моменту пятеро игроков, которые находились в синхронизациях, уже повскакивали со своих ложементов. Видимо, кто-то из них закончил игру и растолкал других. Двое девчонок звонили по ленс-линкам, пялясь в голо-диски своих браслетов чумовыми глазами. А трое парней, похоже, планировали оказать сопротивление. Геймеры, че с них взять!