– Дробовик дать? – каменная мимика деда сразу расставила все точки – шутка здесь даже отдаленно не подразумевалась.
Марк чмокнул жену, услышал от Светки «не ссы, я с ней побуду» и вышел из комнаты вместе со стариком. Тот все кряхтел, сопел, но спросить решился только на лестнице.
– А с ней что? – будто мимоходом бросил он.
– Я не знаю, – вздохнул Марк. – Похоже она так уже... давно.
– А ты не с ней что ль был? – дед звучно втянул сопли и мощно сплюнул в темноту себе под ноги. Судя по брани в ответ – на кого-то попал.
– Не совсем я, – протянул парень. – Все сложно, Степаныч. Правда, сложно.
– А иначе у вас не бывает, – покачал головой дед, и они вышли к ресепшну. – Дробан точно не нужен? – еще раз уточнил он, вставая за стойку. – У меня тут ЗП-1 под электро-дробь.
– Их же вроде запретили, – Марк изогнул бровь. – И уже очень давно.
Степаныч в ответ самодовольно хмыкнул. Бладхаунд в сознании Марка вновь заворочался и от него пришел неожиданный мыслеобраз. Похоже, старик импонировал охотнику, хотя парень сомневался, что точно истолковал послание. Скорее это прозвучало как «Среди всех присутствующих его я хочу убить меньше остальных».
Марк вежливо отказался от оружия, проигнорировав зудящий интерес Бладхаунда. Само собой, охотнику не терпелось убить кого-нибудь из огнестрела. Экое новшество! Вот только парень искренне надеялся, что больше никого не нужно будет убивать этой ночью.
Он еще раз поблагодарил Степаныча и вышел из «Скинии» под сдержанные смешки расфуфыренных проституток и непроницаемый взгляд гардеробщицы, у которой на коленях все также покоился древний обрез. Женщина не изменила позы, только указательный палец правой руки лежал теперь не на прикладе, а у самого курка.
Марк несколько секунд постоял в полумраке загаженной улицы, восстанавливая в памяти карту района. Затем уверенно двинулся на север, к бывшей Цитадели. Насколько он помнил, теперь в хмурой бетонной высотке, где когда-то зиждилось правосудие, располагается ночной клуб. Но это без разницы, Цитадель – лишь ориентир, от нее он пойдет на северо-запад, к Черметовскому мосту, где Макаронка граничит с районом Корт. А там, вдоль Набережной Пирса можно довольно быстро попасть на пересечение Хьюза и Лайтмана в районе Алькор, где он свернет к Церковному холму, на первом уровне которого находится Клуб Виктора.
Виктор. Единственный человек, которому Марк может доверять за пределами трущоб. Да и вряд ли парень найдет на Макаронке спеца, который сумеет разобраться с багами, так круто перевернувшими его жизнь. И хотя ввиду последних событий Марк уже начал сомневаться, что это именно «баги», ему в любом случае не помешает помощь человека, который разбирается в био-валентной синхронизации.
Сначала он двигался по узким проулкам, пока не услышал вдалеке сирены и зычные окрики Стражей. Бладхаунд тут же подсказал – не обязательно идти по земле! Признав, что в словах охотника есть смысл, Марк забрался по пожарной лестнице на ближайший дом и продолжил путь по крышам Макаронки. Выходило проще, чем он думал – строения почти везде стояли вплотную и перемахнуть с одной крыши на другую оказалось для него плевым делом. Тем более, что его тело… стало другим.
Нет, он не превратился в сверхчеловека, но теперь мог одним махом перепрыгнуть дыру в крыше длиной метров семь. Мог забраться по отвесной кирпичной стене десятиметровой высоты только за счет бешеной работы ногами и невероятной цепкости пальцев, в которых к тому же появилась невиданная сила. Его зрение и слух тоже обострились – он без труда разбирал надписи на дорожных знаках с сотни метров и в извечном гуле трущоб с легкостью различал отдельные голоса.
«Это лишь начало, – посулил Бладхаунд, и Марку в очередной раз показалось, что существо улыбается. – Больше жертв Храму Тайн – больше силы!» Но несмотря на патетичную браваду, парень чувствовал недосказанность в словах охотника. Что-то тревожило монстра, и дело было не только в том, что не он контролирует это тело. И не в том, что парень принес всего одну полноценную жертву. Было что-то еще, чего сам Бладхаунд не понимал. Ему, им обоим будто чего-то не хватало…
Добежав до Черметовского моста, Марк увидел оцепление. Но охотник вновь подсказал выход – канализации. Парень откровенно опешил от этой мысли – кому в здравом уме захочется спускаться в эти древние катакомбы? Там ведь только вонь, нечистоты и… все верно – доступ в любую точку города!
Марк не стал ломать голову над тем, как вскрыть крипто-замок на люке. Вместо этого он вырвал решетку ближайшего стока и спустился в полумрак, где редко встречавшиеся люминотоны горели едва в треть номинальной яркости. В первые минуты он зажимал нос и щурил глаза от мерзкого зловония, но довольно быстро привык, а охотник так вообще не считал это проблемой.
Само собой, парень не знал плана городских канализаций, но на стене ближайшего перекрестка в водонепроницаемом футляре обнаружился как раз такой план, надо думать – для технических служб и ассенизаторов. Марку понадобилось меньше минуты, чтобы изучить карту и запомнить ее. К сожалению, карта показывала только часть Макаронки и южную половину Корта с парой алькорских кварталов, так что сходу до Церковного холма ему не добраться. Ну и ладно.
Он побежал сквозь густой сумрак. Его ботинки – старые кожаные говнодавы, выданные Степанычем – весили килограмма по два каждый, но парень не ощущал их веса. Он разогнался так, что поднимаемые им брызги ударяли в стены тоннелей лишь через несколько мгновений после того, как он скрывался за ближайшим поворотом. Марк подумал, что с такими данными можно и на Олимпиаду ехать! Бладхаунд в ответ послал ему смазанный многозначный образ, из которого парень понял только одно – охотник назвал его мелочным.
Он выбрался на поверхность у здания Фондовой биржи в районе Алькор. Это не самый топовый район Арк-Сити, и уж точно не спальный Роджерс, но оказалось, что ночью здесь довольно оживленно – люди снуют туда-сюда, везде автомобили с тихо урчащими ренж-двигателями. Марк шел проулками, избегая главных улиц, и радуясь тому, что у куртки, которую ему подогнали в «Скинии», есть капюшон, который он сразу набросил на голову. Не хватало еще засветиться на какой-нибудь камере, которые тут натыканы на каждом перекрестке! Ведь его лицо по-любому уже в базе Департамента и разослано всем патрулям.
Но с патрулями оказалось еще проще, чем с камерами. Охотничье чутье, изрядно ослабшее к этому моменту, все еще давало ему неоспоримое преимущество, позволяя ощущать людей даже сквозь стены на расстоянии чуть меньше полусотни метров. Поэтому Марк никем не примеченной тенью струился из одного переулка в другой, иногда замирая на несколько минут, чтобы пропустить патруль, а иногда ускоряясь, чтобы успеть пробежать открытое пространство, пока камера повернута в другую сторону.
У проспекта Хьюза он вновь спустился в канализацию и дважды ему казалось, что рядом кто-то есть, а один раз он абсолютно точно различил тень, мелькнувшую за поворотом туннеля впереди. Бладхаунд подтвердил его ощущения и предложил поохотиться, но Марк мысленно покачал головой. Какой толк с охоты на бомжа? И тут же парень резонно спарировал сам себя – откуда бомж в Алькоре? Если уж и можно кого-то встретить в городской канализации, то только в районе трущоб. Да и то – они с друзьями лазали там в детстве, и надо сказать, канализация Макаронки по размаху не шла ни в какое сравнение с лабиринтами под более престижными районами города. Черт, да тут настоящий подземный Арк-Сити! Только вымерший.
У Церковного холма он выбрался на поверхность через обвал в склоне оврага, и вновь двинулся проулками. Накрапывал дождь, а где-то на востоке подол ночи уже готов был стеснительно розоветь, как школьница, которой одноклассник предложил легкий петтинг. Марк ускорился, понимая, что темное время суток гарантирует избавление от массы проблем. Кроме того, Стражей можно много в чем обвинить, но уж точно не в глупости. А значит, они рано или поздно направят патруль в Клуб Виктора. Причем скорее рано.