- Я всегда такая неуклюжая буду? – жалобно спросила техника Плюм, - Мне, вообще, бегать можно? А то я за шасси боюсь.
- Да, вы будете такой всегда. Вы, все-таки, внутрисистемник: вам, по-хорошему, и в атмосферу-то заходить не стоит, - в ответ хмыкнула техник, - А бегать можете: шасси вполне на это рассчитано. Но не злоупотребляйте: при беге вы не сможете компенсировать раскачивания вашего нового тела, и все внутри вас, что не закреплено, отправится в свободный полет. Так что, попытайтесь пореже пользоваться пробежкой при взлете и посадке. И не забывайте, что у вас есть крылья – компенсируйте и гасите ими раскачивания корпуса.
- Спасибо, - в голосе Плюм отчетливо слышалось облегчение. И на этом картинка перед глазами Ауфа сменилась.
Плюм повернула голову налево: там, скрытые временными монтажными ангарами, стояли Огненная Лист и Дан – их тестировать будут чуть позже. А еще чуть левее стояли, ожидая отправки на Вольфлод с ближайшим подходящим кораблем, их прежние тела. Сейчас ранее внушительные стальные птицы выглядели натуральными цыплятами по сравнению с той высотой, с какой на них смотрела Плюм. Плюм взглянула вправо: там расстилалось бескрайнее поле космодрома, на котором стояли, обслуживаясь и разгружаясь/загружаясь, челноки и почтовые птицы, как трансатмосферные, так и атмосферные (фениксы, в отличие от волков, не использовали аэропланы: вместо этого у них были самые настоящие некосмические космические корабли и гигантские дирижабли, где первые, нередко, служили тягловой силой и командирами для вторых). И все они выглядели для Плюм такой же мелюзгой, как и ее собственное прежнее тело. Собственно, даже и корпуса космодрома, видневшиеся вдалеке, теперь смотрелись не то, чтобы очень внушительно.
- Теперь развернитесь направо, пройдите сто метров вперед, снова развернитесь направо, и пройдите еще сто метров вперед, - прервал размышления Ауфа голос техника.
- Вас поняла. Выполняю, - теперь уже Плюм хотела, чтобы капитан не вмешивался, и она сама брала на себя ответственность. Ауф мешать своей кораблю не стал.
Плюм развернулась на месте (чувствовалось, что теперь это ей дается не так легко, как раньше), и, чуть приподняв крылья, уже куда уверенней прошла означенные сто метров. После чего, на ходу совершив поворот (по очень широкой дуге), слегка ускорила шаг, и завершила предписанный ей путь уверенной остановкой.
- Ну, как? – спросила у своего капитана корабль (в ее голосе было изрядно возбуждения напополам с ожиданием).
- Молодчина! – похвалил свою стальную подругу Ауф.
- Все, экипаж, хорошо. Мы зафиксировали все, что хотели. Теперь возвращайтесь в ангар, и мы снимем самописцы, - техник снова установила гелиоглифическую связь с Плюм, - Корабль, готовьтесь к обратному подключению к сети космодрома и отключению проприосенсорики: будет еще один физический осмотр. Как самочувствие? У обоих.
- Хорошее. И я, и капитан чувствуем себя хорошо, - отрапортовала Плюм, и тут же пожаловалась, - Не люблю без проприосенсорики: ладно с ней с болью, но когда свое тело совсем не чувствуешь…
- А мы не любим, когда корабль ноет, что ему вибрации мешают или, там, отсоединение каких-нибудь агрегатов не нравится, - парировала техник.
- Ладно, ладно. Не ругайтесь, - отступила Плюм, и уже собралась покорно двинуться обратно на свое место среди временных монтажных конструкций.
- Я могу сегодня навестить мою корабль? – вмешался в переговоры Ауф.
- Если вы имеете ввиду НАВЕСТИТЬ, то часа через два. Мы как раз закончим осмотр и вернем проприосенсорику в большую часть отсеков, - многозначительно ответила техник, - А пока, капитан, ЗАПОЛНИТЕ БУМАГИ вместе с куратором.
Плюм хихикнула, более не расстроенная предстоящим отключением части сенсорики, и весьма двусмысленно напутствовала своего капитана. Ауфу же не оставалось ничего иного, кроме как в ответ улыбнуться своему кораблю (она-то его прекрасно видела при помощи двух камер мостика), и ожидать того, как она снова окажется в руках техников.
***
- Впечатления? – Вайрей первым отложил ложку (фениксы обожали готовить все из круп: вот и сегодня в офицерской столовой инопланетным гостям подавали гуляш с вареной перловкой), и обвел взглядом коллег-капитанов.
Сегодня все три экипажа тестировали новые корабельные тела в атмосферном и трансатмосферном полете. Так что, впечатлений у всех, и у самих кораблей, и у их капитанов, должно было набраться с изрядным избытком.
- А у тебя? – устало вздохнул Гар.
- Ребят, давайте на чистоту. Наши корабли сейчас нас не слышат – не нужно боятся их обидеть, - Ауф тоже оставил кашу в покое, - Раз у нас сегодня у всех был такой день, то начну я: Плюм сильно потяжелела. Атмосферные полеты теперь не для нас: только взлет в пустоту и приземление с рейда – как челнок. Остальную атмосферу лучше оставить аэропланам и почтовым птицам.
- Вот именно. Лапка сильно комплексует, что атмосферный полет для нее отныне закрыт. Мы раньше не особенно-то в атмосфере и летали, но… - поделился печалью Вайрей, - Единственная теперь надежда на пустотное обучение: она всегда рвалась в настоящий космос – может быть, полноценное плавание ей эту потерю компенсирует?
- Думаю, что да, - кивнул приятелю Ауф, - У меня похожая проблема: Плюм боится взлетку повредить. Сколько ее техники ни уверяют, что поле и большую нагрузку выдерживает, но, все равно, боится. Тоже рассчитываю на то, что со временем моя Пушинка привыкнет к своему новому телу, и успокоится.
- А у меня обратная проблема: Дан после установки в новое тело свои страхи переборола, и теперь рвется на какие-то подвиги. Сегодня получили нагоняй от куратора за то, что она, без моего разрешения, во время теста петли крутить начала, - снова вздохнул Гар, - Ума не приложу, как мне теперь ее в узде держать? Раньше я ее все больше утешал и успокаивал, а теперь она приключений каких-то хочет, и, я уверен, попытается сама их создать, если я ничего не предприму. А у меня ни идеи.
- Может, управляемую аварию? – предложил Вайрей.
- Это дома можно было: там бы нас управление космодрома прикрыло. А тут фениксы никого прикрывать не будут: у них есть заказ, и им не нужны лишние проблемы с заказчиком, - покачал головой Гар.
- А что, если вот это? – Ауфа внезапно осенило, и он вытянул из-под руки Вайера вольфлодскую газету, которую офицеры только что читали на троих (выписывать прессу с другой планеты – дело не дешевое, и лучше им заниматься вскладчину).
- Гайзий? А он-то причем? Как можно с помощью этого клоуна повоздействовать на Дан? – удивился Гар, читая заголовок «Гайзий се Эуфари и партия Черное Единство заявили о своем участии в выборах» с развернутого к нему Ауфом газетного листа.
- Гар, ты – серый. Черное Единство, конечно, не Избранники Создателей, но на цвете шерсти тоже повернуты не хуже, чем лисьё на курях. Так что, если они победят хотя бы где-то, то расовые гайки закрутят так, что серым не вздохнуть будет: докапываться будут до всего, - просветил приятеля Ауф.
- Ауф, я уже понял к чему ты: пугануть мою Дан тем, что, если Черное Единство куда-то своих волков поставит, то за любые происшествия ее серый капитан пинка под хвост получить может, - с сомнением кивнул Ауфу Гар, - Вот только, они не пройдут никуда и никогда. Они же – дебилы. Это Избранники Создателей могли играть на космическом шоке и ксенофобии: там, реально, были умные, хоть и испорченные страхом, волки, которые, действительно, пеклись о благе других. А эти? «Серые – неполноценные! Слава черной расе! Гаф-Гаф! Аф-Аф! Мы сильнее! Мы чернее! И писька у нас больше!»
- Дан-то не знает. Для нее все партии с биологической повесткой на одну масть. Голоса у нее нет – вот она политикой особо-то и не интересуется, - в ответ хмыкнул Ауф, - Главное, что она пока будет осторожничать. А потом, думаю, это у нее в привычку войдет.
- Ну, возможно. Нужно будет попробовать. Подыграете мне? – принял предложение Гар, и посетовал, - А вот чем я больше с фениксами общаюсь, тем более неправильным мне кажется, что корабли у нас, в отличие от Единства Фениксов, гражданами не являются. Нам космос осваивать надо! А как его осваивать, если тех пустотников раз-два, да еще и часть из нас (те, кто корабли) политических прав не имеет? Так и будем всю жизнь на одной планете копаться, пока пернатые богатства пустоты осваивают…