Литмир - Электронная Библиотека

– Вон тот зеленый дом с вывеской, – показала она.

Он остановился перед глиняным строением, где металлический олень охранял грядку с подсолнухами и вывеску с надписью «Сдаются комнаты». На подъездной дорожке стоял грязный серебристый «форд-фокус». Длинноногая брюнетка с сигаретой в руке небрежно прислонилась бедром к дверце пассажирского сиденья. При виде машины Дина она выпрямилась.

– Это, должно быть, Салли, – прошипела Бобри – Последнее увлечение Монти. Я была ее предшественницей.

Салли была молода, стройна, с большой грудью, что выгодно отличало ее от невзрачной Бобри, хотя появление последней на шикарной машине должно было бы сравнять счет. Глянув в лобовое стекло, Дин увидел, как из дома появился длинноволосый тип богемного вида лет тридцати пяти в маленьких очках в проволочной оправе. Должно быть, это и есть Монти. На нем были широкие полотняные брюки и трикотажная рубашка, судя по виду, сляпанная бандой южноамериканских революционеров. Лет на десять старше Бобри и определенно старше Салли, которой не может быть больше восемнадцати-девятнадцати лет.

При виде «вэнкуиш» Монти замер как вкопанный. Мыском ярко-розовой босоножки Салли ввинтила в гравий сигарету и тоже уставилась на машину. Дин неспешно вылез и, обойдя капот, открыл дверцу, чтобы Бобри смогла без помех приступить к своему убийственному плану. К несчастью, именно в тот момент, когда она пыталась поставить лапы на землю, хвост, освободившись, стал дыбом. Она нервно попробовала сложить его, но он снова распрямился и ударил ее в подбородок, чем так взбесил Бобри, что та врезала по нему кулаком и при этом, потеряв равновесие, приземлилась лицом вниз у ног Дина. Широкое коричневое весло гордо покачивалось над ее попкой.

Монти потрясенно взирал на всю эту сцену.

– Блу?!

– Это и есть Блу? – слегка оживилась Салли. – Она клоунесса или что-то в этом роде?

– Нет... по крайней мере во время нашей последней встречи я ничего такого не заметил, – задумчиво протянул Монти и переключил внимание с силившейся встать на четвереньки Бобри на Дина. – Кто вы?

Ко всему прочему, парень еще и подделывался под выговор выпускника одного из лучших университетов страны, отчего Дину сразу захотелось выплюнуть ему под ноги табачную жвачку и послать подальше.

– Таинственный незнакомец, – высокомерно бросил он. – Внушающий страх многим сильным мира сего. Заслуживший любовь нескольких избранных.

Монти недоуменно поднял брови, но при виде Бобри, наконец-то умудрившейся подняться, удивление сменилось неприязнью.

– Где он, Блу? Что ты с ним сделала?

– Ты лживый, лицемерный, плюющийся стихами жлоб!– прошипела она, ковыляя по гравийной дорожке.

На заостренном маленьком личике блестели капли пота. В глазах пылала жажда убийства.

– Я не лгал, – объявил он тем покровительственным тоном, от которого даже у Дина волоски на затылке встали дыбом, так что он отчетливо представил, что сейчас творится с Бобри – Я не лгал тебе, – продолжал он, – и все объяснил в письме.

– Которого я не получила, пока не промчалась тринадцать сотен миль по стране, кинув предварительно трех клиентов. И что я нахожу, добравшись сюда? Того мужчину, который последние два месяца умолял меня покинуть Сиэтл и перебраться сюда? Человека, который рыдал в телефон, как дитя, толковал о самоубийстве и твердил, что я его лучший друг и единственная достойная доверия женщина? Ничего подобного. Зато я обнаружила письмо, в котором говорилось, что мужчина, клявшийся, что, кроме меня ничто не удерживает его на этой земле, больше во мне не нуждается, потому что влюбился в девятнадцатилетнюю девчонку. В письме также говорится, что я не должна ожесточаться из-за этого небольшого инцидента. У тебя даже не хватило смелости сказать все это мне в лицо!

Монти не успел ничего ответить. Вперед выступила Салли.

– Все потому, что вы настоящая яйцедробилка, Блу. Не можете, чтобы не скрутить мужчину в бараний рог! – серьезно пояснила она.

– Но вы даже не знаете меня!

– Монти все мне рассказал. И не хочу показаться стервой, но вам неплохо бы обратиться к психоаналитику. Он наверняка поможет вам избавиться от зависти к чужому успеху, особенно к успехам Монти.

На щеках Бобри загорелись яркие алые флажки.

– Монти зарабатывает на жизнь критикой чужих стихов и написанием курсовых работ для студентов, которым лень самим этим заниматься.

Виноватый взгляд Салли лучше всяких слов сказал Дину, что именно таким образом она встретилась с Монти. Но нужно отдать должное девчонке: она не позволила сбить себя с курса.

– Ты прав, Монти. Она ядовита, как змея.

Бобри, сцепив зубы, снова надвинулась на Монти.

– Ты сказал ей, что я ядовита?

– Не в обыденном смысле, – надменно бросил Монти, привычным жестом поправляя очки. – Но ты разрушительно влияешь на мое творчество. А теперь скажи, где компакт-диск Дилана. Я точно знаю, что ты его нашла.

– Если мое влияние так разрушительно, скажи, почему ты не написал ни одного стихотворения с тех пор, как покинул Сиэтл? Почему ты называл меня своей гребаной музой?

– Это было до того, как он встретил меня, – снова вмешалась Салли. – До того, как мы полюбили друг друга. Теперь его муза – это я.

– Но это случилось две недели назад.

Салли поправила бретельку лифчика.

– Сердце чувствует, когда рядом милый друг.

– Вернее, мешок с дерьмом, – парировала Бобри.

– Это жестоко, Блу, и очень обидно, – покачала головой Салли. – Вы прекрасно понимаете, что именно уязвимость Монти и делает его великим поэтом. Потому вы и нападаете на него. Завидуете его таланту.

Салли умудрилась подействовать на нервы даже Дину, поэтому он не удивился, когда Бобри набросилась на нее:

– Еще одно слово, и я тебя пришибу. Поняла? Мы с Монти сами разберемся.

Салли открыла рот, но что-то в лице Бобри заставило ее призадуматься и заткнуться. Жаль. Дин с удовольствием бы посмотрел, как Бобри ее колотит. Впрочем, Салли, похоже, не чуждается тренажерного зала.

– Я знаю, ты расстроена, – лепетал Монти, – но когда-нибудь порадуешься за меня.

Похоже, этот парень был первым в школе идиотов! Дин покачал головой и увидел, как Бобри угрожающе приподнялась на коричневых лапах.

– Порадуюсь?!

– Я не стану драться с тобой, – поспешно заверил Монти. – Ты вечно превращаешь любой спор в скандал и драку.

– Это верно. Блу, – кивнула Салли.

– Ты абсолютно прав! – согласилась Бобри и без предупреждения атаковала Монти.

Тот с грохотом свалился на землю.

– Что ты делаешь? Немедленно прекрати! Слезь с меня! – визжал он, как девчонка.

Салли поспешила на помощь.

– Отойди от него!

Дин прислонился к машине, от души наслаждаясь спектаклем.

– Мои очки! – взвыл Монти. – Осторожнее с очками!

Он попытался свернуться клубочком как раз в тот момент, когда Бобри врезала ему по голове.

– Я заплатил за эти очки!

– Да перестань же! Убирайся! – завопила Салли и, схватив за хвост, дернула изо всех сил.

Монти разрывался между необходимостью защитить фамильные драгоценности и столь необходимые ему очки.

– Ты совсем спятила!

– Твое влияние.

Бобри попыталась ударить его в пах, но получилось не слишком удачно. Чересчур много лап. А вот у Салли оказались неплохие бицепсы, так что ей почти удалось оттащить Бобри за хвост, та окончательно разошлась и не намеревалась сдаваться до первой крови. Дин не видел столь забавной кучи-малы со времени финальных тридцати секунд игры с «Джайентс» в прошлом сезоне.

– Ты разбила мои очки! – заныл Монти, прижимая ладони к лицу.

– Сначала очки. Теперь очередь за головой!

Бобри снова размахнулась.

Дин поморщился, но Монти наконец вспомнил о наличии V-хромосомы и с помощью Салли сумел оттолкнуть Бобри и подняться.

– Я добьюсь, чтобы тебя арестовали! – визжал он, как нервная барышня. – Подам на тебя в суд!

Этого Дин уже не вынес и потому рванулся вперед. За последние годы он не раз видел себя на экране и прекрасно знал, какое впечатление производил, особенно когда взвивался в воздух. Он также подозревал, что полуденное солнце играет рыжеватыми отблесками в его темно-русых волосах. До двадцати восьми лет он носил в ушах бриллиантовые сережки, но посчитал это юношескими завихрениями и сейчас надевал только часы.

2
{"b":"8811","o":1}