Литмир - Электронная Библиотека

– Мы знаем, что Вы работаете в Ассоциации с довольно юного возраста, с восемнадцати лет. А в каком возрасте чаще всего приходят в охоту?

ГМ: – Разные случаи бывали, но в основном в промежутке от двадцати до тридцати.

– Вашему ученику сейчас всего шестнадцать лет, не является ли это риском?

ГМ: – Риски просчитаны, к тому же он является именно учеником и помощником, а не охотником, который отправляется в одиночный рейд.

– В одиночку посреди квазиантропного леса! Для большинства наших читателей немыслимо даже представить себе каково это! Расскажите о собственных ощущениях от своего первого столкновения с квазиантропами.

ГМ: – (смеясь) Вот как раз в такие моменты никаких ощущений у вас не будет! В промежутках между столкновениями – возможно. Но, в конце концов, ты знаешь, зачем здесь находишься, и ощущения должны подчиняться конкретной цели.

– Звучит как наставление Вашему ученику!

ГМ: – Одно из многих!

– Поведайте же нам о нём! Как так вышло, что появилась профессия помощника квазиантропного охотника?

ГМ: – Она пока не появилась, это будет первый эксперимент. Он одобрен руководством Ассоциации, и это пока будет первая попытка такого рода. Ситуация меняется, как в мире человеческом, так и в мире квазиантропов. Разработка новых стратегий охоты, завязанных на командной работе, может дать хорошие результаты, повысить эффективность в разы. Выявить таковые преимущества, вывести новую стратегическую систему и пустить её в широкую практику – моя текущая идея и задача.

– Но как Вам пришла эта идея? Ведь охотники всегда оберегали свои секреты от посторонних глаз.

ГМ: – Вот мне стало внезапно жаль, если мои секреты однажды умрут вместе со мной! (смеётся) Мой собственный опыт составляет уже четырнадцать лет, за спиной уже тридцать рейдов – и, оценивая всё это, я могу сказать, что результаты могли бы быть и лучше.

– Помилуйте, господин Мичлав! Вы признаны одним из лучших охотников! Названное Вами количество выполненных рейдов говорит об этом яснее всего – Вас приглашают к работе настолько часто, насколько это вообще возможно! И Вы говорите, что Ваши результаты недостаточно хороши?

ГМ: – Я говорю, что они могли бы быть ещё лучше. И средство для этого сидит перед вами.

– Расскажите же подробнее, как именно будет проходить Ваш эксперимент?

ГМ: – Он будет проходить непосредственно в рейде. Через три недели мы отбываем на остров Инсулия, и ещё через два месяца будут получены первые выводы.

– Каким образом проходил отбор человека на роль вашего ученика?

ГМ: – По очень многим параметрам, которые я сформулировал, исходя из своего опыта.

– Претендентов было много?

ГМ: – Нет. Может, потому что мы нашли друг друга довольно быстро, и мне не пришлось искать других кандидатов.

– Каким же человеком является Ваш нынешний ученик?

ГМ: – Толковым. Это главная характеристика Леокади. Можно расписывать долго, что именно входит в это понятие! Но в него просто входит всё, что нужно для хорошего ученика, помощника и напарника.

– Из Ваших уст это звучит, как очень высокая оценка!

ГМ: – И это так и есть.

У нас также была возможность задать несколько вопросов самому Леокади Алисару. И хоть пока что, в столь юном возрасте обладая мягкими внешними чертами, он мало напоминает квазиантропного охотника, однако, производит впечатление серьёзного и дисциплинированного молодого человека, прислушивающегося к каждому слову своего именитого наставника.

– Леокади, когда же Вы приняли решение стать квазиантропным охотником?

ЛА: – Это решение ещё не принято, потому что пока неизвестно, как пройдёт экспериментальный рейд.

– Но ведь Вы предполагаете, что он пройдёт успешно и перед вами встанет выбор?

ЛА: – Конечно. Если всё пройдёт успешно, тогда и моё решение будет однозначным.

– В Мегаполисе более пятисот школ, в каждой из них около полутора тысяч учеников. Как же Вам удалось стать тем, кого выбрали на роль помощника охотника?

ЛА: – Наверное, это лучше спросить у господина Мичлава. Наверное, частично везение. Но никто из учеников не знал, что это вообще может произойти. Предложение господина Мичлава пришло мне наравне со всеми остальными предложениями о работе.

ГМ: – Помимо меня, у него их полсотни.

– Полсотни, Леокади? В своём ответе Вы очень поскромничали! По тому, что мы сегодня услышали от господина Мичлава о Вас, можно сделать вывод о Ваших исключительных успехах в обучении!

ЛА: – Не вполне, я отнюдь не являюсь лучшим учеником в своей школе.

– Сдержанность – то положительное свойство охотников, с которым наши читатели хорошо знакомы! В Вас оно совершенно точно присутствует! Расскажите, о чём Вы подумали, когда Вам поступило предложение от Ассоциации квазиохоты?

ЛА: – Что это уникальный шанс получить подобный опыт.

– Вы долго раздумывали?

ЛА: – Нет, вовсе нет.

– А как Вы оцениваете вашего наставника? Каково это – обучаться у квазиантропного охотника, к тому же, такого, как Гер Мичлав?

Здесь нужно отметить, что юный Алисар был несколько смущён заданным нами вопросом. Конечно, это неудивительно, ведь для него наша беседа являлась первым в жизни интервью. В этот момент ученик взглядом обратился за разрешением к своему наставнику и отвечал, лишь получив его одобрение – чем продемонстрировал похвальную скромность и уважение.

ЛА: – Господин Мичлав является очень интересным человеком и хорошим наставником. Сложную информацию он умеет преподнести легко, и у меня не возникает трудностей в обучении.

– Леокади, и последний вопрос! Вам предстоит принять участие в рейде в лесу, полном квазиантропов. Вы боитесь?

ЛА: – (улыбаясь) У меня просто нет времени бояться».

Далее следовало финальное хвалебное слово автора статьи.

Надо же, какой я милый! «Мягкие внешние черты»… Да они Мирои ещё не видели – вот где плюшевый медведь! «Серьёзный и дисциплинированный»… Конечно, я едва губами мог шевелить! Сидел, как доска, прибитая к стулу! «Скромность продемонстрировал» – да хотел понять, что мне прилетит за ответ о моём наставнике! Откуда я знаю, как он на это отреагирует?!

Я вообще мало знаю… Но Мичлав по пути домой похвалил – сказал, что я выражался, как всегда, красиво и всё говорил, как надо.

Ещё в статье размещалось фото. Нас сняли во время разговора – охотник сразу это оговорил. А потом, в машине, сообщил мне причину – он видел, что просьба позировать перед камерой меня вырубит окончательно. Итак, на изображении мы сидели за столом в приятной нейтральной обстановке переговорного кафе, зацепив на фоне уличную панораму. Никаких посторонних предметов в кадр удачно не попало, всё смотрелось довольно стильно. Наставник выглядел абсолютно расслаблено и всей своей позой придавал веса записанным выше словам. Я сидел рядом с ним с неприлично прямой спиной и заиндевевшим выражением лица. И был полной противоположностью охотника – мелкий (Боже, насколько я меньше его!), светловолосый, в мягкой белой одежде. И похож на бревно.

С досадой я скрыл на устройстве страничку со статьёй и попытался отвлечься на вид за окном экспресса. Ну… Зато теперь все в курсе… Наверное, это хорошо. Наверное, так должно быть. Наверное, я должен чувствовать гордость. Но нет, скорее опять смущение. Может быть, просто события развиваются слишком уж быстро, и я за ними не поспеваю.

На подходе к Ассоциации устройство пришлось вовсе отключить – на него валом сыпались сообщения от друзей и знакомых. Родители выразили свой восторг ещё вчера вечером.

А в холле, у стойки Крысы, поверх голов остальных сотрудников, я сразу увидел Мичлава. Он стоял, вольготно облокотившись о блестящую «дюну», и что-то говорил вниз – туда, где секретарь не мог от него скрыться.

30
{"b":"875057","o":1}