Глава 9
Клинок блеснул, словно в прямом выпаде, но Эл знал, что это обманка. Он все равно парировал, однако вместо того, чтобы оставаться на месте или нанести ответный удар, как ожидал его противник, он проворно отступил, поймал скользнувшую рапиру, теперь парируя прим, нырнул прямо под кончик клинка противника, и, наконец, нанес укол – трудный прием, но очень элегантно выглядит, если удается.
Ему удался. Зеленый свет, очко – его.
Счет стал 14-14. Эл вернулся на исходную позицию и стянул свою маску. Он отсалютовал своему противнику, костлявому большеротому парню по имени Эмори. Эл послал ему улыбку. "Еще разок. Проигравший угощает".
Эмори слегка нервно кивнул.
Вполне расслабившись, Эл согнул ноги и взял рапиру наизготовку. Они начали танец.
Эмори был несколько предсказуем. Удар, стремительный нижний кварт, укол, отход. Он "передал" свое следующее движение – или то, что он хотел выдать за свое следующее движение: выпад – поворот рукояти – укол, но вместо этого сделал финт, надеясь завлечь Эла прямо на свой клинок.
Эл поддался. Дай парню передышку – он за целый день не победил, да, в конце концов, это только тренировка. Если они когда-нибудь встретятся друг с другом в официальной схватке, Эмори узнает, к своему огорчению, что Эл фехтовал значительно ниже своих возможностей.
– Здорово, – сказал Эл, снимая маску и салютуя. Он с воодушевлением протянул руку и пожал руку Эмори.
– Хорошая была схватка, – сказал Эмори. – Я удивлен, что побил тебя.
– Не прибедняйся. У тебя были хорошие атаки. Той последней ты меня провел. Похоже, с меня угощение.
Эмори ухмыльнулся.
– Похоже на то. Я – ой – я обещал кое-кому из друзей, что встречусь с ними в закусочной в парке. Не против составить компанию?
– Ничуть, – ответил Эл, – твои друзья – мои друзья.
– …и фермер говорит: "Ну, когда у тебя такая особенная свинья, ты не захочешь есть ее всю сразу".
Все пятеро поморщились. Исключая Эмори, Эл никого из них не встречал – они все были второкурсники, а он выпускник.
– Спасибочки, Эл, – сказала одна из девушек, Алемба, – мой сандвич с ветчиной стал куда вкусней.
– Я старался доставить удовольствие, – ответил Эл. Они все еще хихикали, включая Алембу.
– Расскажи-ка нам, Эл, – сказал Эмори, когда этот момент миновал, – каково было выслеживать Бразг и Нильссона?
Эл изобразил рассудительность.
– Вы об этом слышали?
– Об этом каждый слышал. Некоторые из нас болели за тебя, когда ты был истуканом недели, но мы боялись высказываться. Старшие ребята…
– Я ценю это, но все-таки к лучшему, что вы помалкивали. Корпус не наказывает без весомой причины. Преследовать тех двоих было самой большой глупостью в моей жизни. Я искренне принял свое наказание.
– Все же некоторые заходят слишком далеко. Фатима…
– Я очень о ней сожалею, – сказал Эл. – Все еще. Я хотел бы понять вовремя, насколько она была расстроена. Может быть, я смог бы сделать что-нибудь, – он удивился, поняв, что действительно так думает. – То, что она сделала мне, было симптомом ее собственных проблем. Да и мне это по-настоящему вреда не причинило.
– А правда, что ты там был, не так ли – когда ее, ну это самое…?
Эл кивнул.
– Та охота была частью моего наказания, моим уроком. Корпус действительно хотел, чтобы я понял, какое зло – снаружи, какие вещи могут произойти с телепатами в мире простецов. Поверьте мне, когда я увидел, что тот больной извращенец сделал с ней… – он умышленно запнулся.
– Это, должно быть, было ужасно, – сказала Дейдра, округляя фиолетовые глаза.
– Давайте поговорим о более приятных вещах, – предложил Эл.
– Ага, – ответил Эмори, – вроде нашего путешествия на озеро в будущий уик-энд – тебе интересно, Эл?
– Звучит приятно, – сказал Эл. – Можно, я дам вам знать на днях?
– Само собой.
Позже, когда они с Эмори остались одни, высокий мальчик посмотрел на него слегка искоса.
– Ты сдал мне тот последний удар, сегодня в зале?
Эл хмыкнул.
– Я никогда ничего никому не "сдаю". Разве ты обо мне никогда этого не слышал?
– Старшие ребята так о тебе и говорят, – сказал Эмори осторожно. – Должен сказать, ты не таков, как я ожидал.
Эл тщательно подбирал слова.
– Это не их вина. Я всегда был малость переполнен духом соперничества.
Я… жизнь меня кое-чему научила.
– Что ж, – сказал Эмори, с некоторой неловкостью, – по-моему, ты в порядке.
– Спасибо, Эмори. Это кое-что для меня значит. Увидимся завтра на фехтовании?
– Рассчитывай на это.
– Тебе не одурачить меня тем нырком снова.
– Посмотрим!
Эл смотрел ему вслед, удивляясь теплоте в груди.
Он все еще был лучшим в классе. Он все еще имел лучшие баллы по пси-тестам. И у него есть – друзья? Ну, почти друзья. Люди, которым нравится его общество.
– Доброе утро, Эл, – Бей убрал со стола бумаги. – Чем могу?
– Я хотел узнать, нельзя ли отложить посещение выставки Геру.
Бей кивнул. Он казался несколько напряженным.
– Я собирался поговорить с тобой об этом. Это так или иначе было проблематично. Появилось кое-что. Ты приглашен куда-то еще?
– Кое-кто из второкурсников спрашивал, не схожу ли я с ними на озеро.
– Иди-иди, пожалуйста. Это как раз то, что я поощрял в тебе, а? Ты должен быть открытым с другими студентами – для твоей же пользы и потому что это производит хорошее впечатление, – он взглянул на часы. – Однако, если у тебя есть время пройтись…
– Сейчас, сэр?
– Да. Это затруднительно?
– Нет, сэр, – но Бей никогда не выходил в это время дня.
* * *
– Простите мне эту маленькую увертку, м-р Бестер, – сказал Бей, когда они прогуливались по подобию парка в северном секторе, – я хотел вам кое-что сказать и хотел сделать это там, где никто не подслушает.
– Конечно, сэр.
– Мое внимание привлекли вопросы, которые помешают нашим беседам.
У Эла вдруг перехватило дыхание.
– О. Что-нибудь важное, сэр?
– Да, но я не могу о них говорить. И это не то, что я…
Бей на секунду неуверенно запнулся, и по причине, которую он не мог бы назвать – мысли Бея были, как всегда, надежно защищены – Эл ощутил веяние страха.
– М-р Бестер, вы когда-нибудь встречались с директором Васитом?
– Почему… да. Да, сэр. Когда мне было шесть лет. Он вызвал меня в свой кабинет. После того инцидента со Смехунами, о котором я вам рассказывал.
– Хм.
– Почему вы спрашиваете?
– М-р Бестер, я тесно сотрудничал с директором Васитом в его последние годы здесь. Он держал многое в секрете, но время от времени доверялся мне. Те из нас, кто хорошо знал его, были в курсе – он был определенно заинтересован в вас, м-р Бестер. Более, чем во всех других учениках. Никто из нас не знал, почему, даже Наташа, бывшая к нему всех ближе.
– Я… во мне, сэр?
– Да. Это одна из причин, почему я приглядывал за вами, из уважения к нему, хотя, думаю, вы знаете, у меня нашлись свои причины беспокоиться о вас.
– Благодарю вас, – сказал Эл, почти не находя слов. – Я… я знаю, вы спасли мне жизнь, и не раз…
– Нет, позвольте мне закончить. Я не хочу отвлекаться. Нынешний директор – Джонстон, один из тех, кого ты видел на разбирательстве – сделал все, что мог, чтобы устранить влияние Васита. Все прежние помощники Васита в других местах, в отставке, или – ну, у директора Джонстона есть определенные амбиции. И определенный взгляд на Корпус, который… который, чувствуется, нетрадиционен.
Эта туманная речь была совсем не в стиле Бея.
– Но вы еще здесь, – заметил Эл.
– Разумеется, – Бей подергал себя за бороду. – Он знает, м-р Бестер – Джонстон знает, что у директора Васита был к вам интерес. Как и я, он не знает, почему. Это несколько беспокоит его. И поэтому он втайне следит за вами, м-р Бестер. И за теми, с кем вы связаны. Перед вами блестящее будущее, м-р Бестер, но у вас есть враг. Он станет вам еще большим врагом, если вы и я продолжим общаться, особенно теперь.