Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Как моя счастливая семейная жизнь могла в один момент разбиться на тысячи мелких осколков?

Вечером после приема поговорю со своим мужем…

А сейчас что? Хочется просто умереть.

И я решаю сделать то, что сейчас правильнее всего.

3

Милана

— Ох! Мать моя женщина! — восклицает моя мама, рассматривая фотографии в моем мобильном.

Молча смотрю в окно.

Да, моя мама может выражаться экспрессивно. И я бы даже улыбнулась, но сейчас совсем не до улыбок.

— Дааа, — протягивает она, барабаня пальцами по столу. — Здесь чаем не обойдемся.

Встает и достает бутылку коньяка.

— Мама, ну ты чего? — смотрю на нее удивленно. — Напиться с горя предлагаешь?

— Пфф… — фыркает мама. — Еще с горя не пили!

— И вообще, откуда у тебя коньяк?

— Так твой отец принес месяц назад. Думал устроить романтический вечер. Но я бутылку забрала, а его выставила за дверь. Еще свиданий мне с ним не хватало!

Даже слегка улыбаюсь. Мама умеет хоть немного развеять состояние…

Достает две стопки и наливает.

— Нет, мне нельзя. Мы ведь с Артемом ребенка планируем… — и осекаюсь.

Уже не планируем…

Отворачиваюсь к окну и пытаюсь прогнать наворачивающиеся на глазах слезы.

Мама вздыхает и наливает коньяк.

— Давай, пей, а потом решим, что делать с этим козлом!

— Артем не… — опять осекаюсь.

Хотела сказать, что Артем не козел, но…

— А может это все неправда? — робко говорю я, хватаясь за соломинку. — Может, это недоразумение, случайность? Может, старые фото, сделанные еще до меня? Мало ли какие завистницы могут решить разрушить нашу семью?

Смотрю на маму с надеждой.

Она тяжело вздыхает и задумчиво смотрит на меня.

— Миланочка, твой Артем… — обдумывает слова. — Твой Артем, как был козлом, так и остался.

Вскидываю на нее удивленный взгляд.

— Мама!

— Да, и не спорь. Ты свои розовые очки уже сними и посмотрит на него здраво. Посадил тебя под замок, заставил пахать в качестве бесплатной домработницы, любовницы и инкубатора для рождения для него детей…

— Мама, что ты такое говоришь? — в ужасе округляю глаза. — Мы были счастливы. И он меня не посадил под замок. Я сама решила посвятить себя семье… А по поводу всего остального… Так это вообще отвратительно! Я не была для него домработницей и инкубатором…

— Милана, ты была до вашей свадьбы успешной пианисткой. Просто феноменальной. Тебя звали на гастроли заграницу… А ты отказалась от всего этого ради этого козла, который не смог оценить тебя по достоинству и пошел оприходовать других баб!

Молча смотрю на маму. Не ожидала от нее таких жестоких слов…

— Я была с ним счастлива, и решила оставить на время карьеру ради нашего счастья… — только и могу сказать я.

— Да, — кивает мама. — Вот только счастье дало трещину. И сейчас тебе надо вот что! Поговори с предателем, кинь ему в лицо все эти доказательства. Пусть вымаливает у тебя прощение! Но ты не прощай. Бери свою жизнь в свои руки и больше в нем не растворяйся!

— Я сегодня и так хотела с ним поговорить… — почему-то голос превратился в шепот.

— Вот и правильно! — кивает мама, а потом кивает на рюмку. — Пей!

— Не хочу. Я, наверно, уже пойду. Сегодня мы с Артемом приглашены на званый прием, поэтому надо готовиться. Он не любит, когда я…

— Он не любит! — фыркает мама, перебивая меня. — Милана, очнись! Плевать уже на то, что он любит, а что нет! Ух, нашелся барин, царь и король в одном лице!

Молча смотрю на маму. Резкие слова, но… Тяжело вздыхаю. Если он правда пошел налево, то мама права…

— Хорошо, — киваю устало, — я сегодня после приема с ним поговорю… Покажу ему все, что мне пришло на мобильный. Пусть объясняет. Может, есть какое-то объяснение…

4

Милана

Ровно в девятнадцать ноль-ноль сажусь в машину, которая за мной приехала, и удивленно смотрю на мужа. Проходится по мне оценивающим взглядом и одобрительно кивает.

А у меня от этого даже руки начинаю подрагивать. Злюсь. И для меня это ново. Давно я не злилась и не вскипала. В нашем браке это не принято делать. По крайней мере, я не должна проявлять такие деструктивные эмоции…

— Зачем приезжала на работу? — внезапно спрашивает Артем, не отрывая взгляда от экрана мобильного, в котором проверяет какие-то таблицы, отчеты.

Замираю от его вопроса. Не собиралась поднимать эту тему. Планировала поговорить после приема…

— А почему тебя не было? — вскидываю голову и смотрю на него серьезно.

Сама удивляюсь своей дерзости.

Поднимает на меня взгляд и прищуривается.

— Это допрос?

— Нет…

У него начинает звонить мобильный, и он сразу принимает звонок. Вот и поговорили…

Но сейчас неудачное время все выяснять. После приема поговорим. И мне надо держать маску…

Через двадцать минут останавливаемся возле входа в отель, в банкетном зале которого должен проходить званый прием. Входим в помещение, наполненное важными гостями.

— Улыбайся, — приглушенно шипит мне на ухо Артем и кладет руку на мою поясницу.

Дергаюсь, как удара тока.

Так, Мила, возьми себя в руки… Это последний раз, когда тебе приходится держать маску, а потом… А потом мы расставим все точки над «и».

К счастью, Артем уходит в компанию бизнесменов, и они увлеченно ведут беседы о бизнесе.

Беру бокал шампанского и выпиваю. Этот праздник жизни просто угнетает. Пережить бы его до конца, а потом сбежать.

Веду по толпе равнодушным взглядом. Всем весело. И тут я вижу ее… Даже холодок по спине пробегает. Смотрю на нее, не отрывая своего взгляда.

Да, это она, та девица, которая на фотографиях. Она подзывает официанта, дает ему какую-то записку и что-то шепчет на ухо.

После этого разворачивается и уходит.

Нервы на пределе. Что мне делать? Кидаю быстрый взгляд на своего мужа. Увлечен беседой со своим партнером по бизнесу.

Беру еще один бокал шампанского и выпиваю, следя за официантом. Он подходит к моему мужу и украдкой передает записку.

Боже, они это серьезно? Прямо здесь, посреди этого приема решили обмениваться записками? А дальше что?

Мой муж разворачивает записку и суровеет. Прячет ее в карман и продолжает беседу.

Слежу за ним из своего укрытия из-за колонны. До сих пор у меня оставалась какая-то маленькая надежда, что те сообщения, которые мне пришли — это неправда.

Но сейчас понимаю, что все — более, чем правда…

Через минут пятнадцать Артем уходит. Пару мгновений думаю, остаться ли в зале или пойти за ним…

Допиваю шампанское и выхожу за ним следом. Сколько можно закрывать на все глаза и надеяться на какое-то оправдание?

Вижу, как мой муж вдалеке поворачивает в коридор. Иду за ним. Входит в какую-то дверь. Медлю немного, подхожу к двери, стою несколько секунд, прислушиваясь к голосам, а потом резко распахиваю.

Девица повисла на шее у моего мужа и жадно целует его. Платье задрано до талии. Его руки на ее голой заднице…

Таращусь на все это в оцепенении, судорожно сглатываю…

Наверно не надо было пить столько шампанского, потому что мой мозг как будто отказывается соображать.

Мой муж поднимает на меня взгляд.

— Мила?

Впервые вижу его удивленным.

Пячусь, продолжая таращиться на картину, которая не оставляет никаких надежд на оправдание.

Потом резко разворачиваюсь и бегу.

— Милана, стой! — слышу в спину рык своего мужа.

Снимаю туфли и бегу босиком. Наверно, я сейчас выгляжу полной дурой, но не хочу с ним сейчас общаться. Хотя самое лучше решение — все высказать там. Но я не могу. У меня нет на это сил…

Выбегаю из здания и, вместо того, чтобы побежать к нашей машине с водителем, сворачиваю в сторону. Слезы катятся по щекам.

Добегаю до уединенной беседки, скрытой от посторонних глаз. Плюхаюсь на скамейку и плачу. Потом упрямо вытираю слезы и набираю номер такси.

3
{"b":"868527","o":1}