Теперь времена изменились. Люди стали поклоняться другим богам, а чародеи были вынуждены уйти в самую чащу леса, чтобы не сеять хаос и панику в мире людей. А имена превратились в традицию, напоминающую здесь всем о былых славных деньках. И, в отличие от древних времен, они уже больше не отображали характер и «профессию» носителя. Дядю О́дина, к примеру, звали Велесом. Это имя некогда принадлежало славянскому богу скота. Даже сейчас О́дин смеялся, представляя своего дядю, заботящимся о коровах и свинках. По его мнению, здесь было бы более подходящим имя одного из богов-громовержцев. Иногда молодому человеку казалось, что из дядиных глаз вот-вот полетят молнии, особенно когда тот был сильно недоволен чем-нибудь.
Возможно, О́дин так и прожил бы всю свою жизнь с этим именем, никогда не задумываясь о том, что его могли звать и по-другому, если бы не вчерашний случай. А случилось следующее: дяде срочно понадобилось что-то в мире людей, и, дав О́дину ценные указания того, что нужно сделать в его отсутствие, он удалился. Молодому человеку очень хотелось отправиться с дядей, но тот ответил отказом. Однако оставаться в одиночестве здесь ему очень не хотелось. И вот впервые после того случая в детстве, О́дин решил ослушаться. В конце концов, он уже взрослый человек и может сам решать, что и когда ему делать. Если бы он был человеком, то давно уже жил бы отдельно от своих родителей и сам зарабатывал себе на жизнь.
Твердо решив поступить по-своему, О́дин вышел из дома. Он благополучно пересек лес и вышел на шоссе. И хотя дядя возил его в город на машине, которую он оставлял в гараже недалеко от леса, молодой человек запомнил каждый поворот, каждый сантиметр дороги, ведущей в самое лучшее для него место на свете, где можно было найти лучшие развлечения.
Благополучно добравшись до мира людей, О́дин тотчас же отправился в огромный торговый центр в самом сердце города. Здесь он решил посетить кинотеатр. Пробежав мимо многочисленных магазинов, он поднялся по эскалатору и направился к кассам, чтобы выбрать фильм. Выбирая, что посмотреть, внимание его вдруг привлекли рядом стоящие люди. В них не было ничего необычного. Это была обыкновенная семья: мама, папа и девочка лет двенадцати. Но в них было что-то такое, что О́дин никак не мог объяснить. Он просто молча уставился на этих людей и не мог оторвать от них взгляда. А если точнее, то он не мог оторвать взгляда от взрослых. Девочка его нисколько не заинтересовала. Они же тем временем обсуждали, какой сеанс выбрать, чтобы было интересно всем троим. Заслышав их голоса, О́дин понял, что теперь не только взгляд, но и весь его слух устремлен в их сторону. Он ничего не мог с собой поделать. Грудь его сдавило странное чувство, все мышцы сковало. Создавалось впечатление, что он больше не хозяин своему телу.
И тут мужчина заметил бесцеремонно смотревшего в их сторону юношу и обратился к нему:
– Что-нибудь не так? Я могу вам помочь?
Встретившись взглядом с мужчиной, О́дин вдруг в тот же миг все понял.
– Папа! – выдавил из себя молодой человек и тут же почувствовал, как снова
овладел своим телом. Давящее чувство в груди сменилось другим, которое молодой человек тоже не мог объяснить. В этом чувстве как будто смешалось сразу несколько противоречивых чувств: здесь были грусть и радость, обида и любовь, и что-то еще, что щекотало ему горло. Слезы появились на глазах и потекли по щекам.
– Простите, молодой человек, но вы ошиблись, – мужчина обхватил дочь, как будто пытаясь защитить ее от незнакомца, и потянул ее назад, чтобы уйти. Женщина, не понимая, что происходит, испуганно смотрела то на юношу, то на своего мужа.
– Папа, посмотри на меня, это я – Алексей, – назвав это имя, О́дин испугался собственного голоса. Он не понимал, почему он себя так назвал, но в то же время точно знал, что он говорит правду.
– Что здесь происходит? – спросила женщина, глядя на мужа.
– Я не знаю. Он просто сумасшедший, – проговорил мужчина.
О́дин посмотрел на женщину.
– Мама, неужели ты не помнишь меня?
После этих слов женщина, так же как и ее муж, приобняла девочку, развернув ее спиной к странному незнакомцу, и заторопилась уйти вместе с семьей.
– Пойдем отсюда, дорогой, посмотрим кино в другой раз, – и все трое поспешили к эскалатору.
О́дин остался стоять, где стоял. Глядя вслед уходящей троице, он попытался осмыслить, что сейчас произошло, и не мог найти всему этому объяснения. Оставаться здесь он больше не мог, а потому, немного придя в себя, направился к выходу. Ему хотелось скорей оказаться дома, чтобы поговорить о случившемся с дядей. Он был уверен, что только дядя сможет дать ему удовлетворительные ответы.
Глава 5.
Старое новое знакомство.
Глядя на фотографии на стене, О́дин продолжал вспоминать события вчерашнего дня. Мысленно он видел испуганные лица своих родителей, и на глаза накатывали слезы.
Прокручивая в голове вчерашний вечер, он вспомнил, как добрался до леса, как вошел в поселение чародеев. Он не обращал внимания на то, что было вокруг. Его мысли были заняты размышлениями о происшедшем в кинотеатре. Юноша пытался найти хоть какие-нибудь зацепки, с помощью которых он бы смог объяснить то, что произошло. Но все было безуспешно.
Пришел в себя О́дин только в поселении, услышав женский голос:
– Юноша, я к вам обращаюсь!
О́дин повернулся к источнику голоса и увидел женщину средних лет, стоящую возле живой изгороди одного из домов и смотрящую прямо на него. О́дин не мог поверить в происходящее. Первый раз за все годы проживания здесь на него кто-то обратил внимание и заговорил. Не веря своим глазам, он оглянулся вокруг себя, ожидая увидеть другого юношу, к которому, вероятнее всего, и обращалась женщина. Но никого не было.
– Вы кого-то потеряли? – спросила женщина, по-прежнему глядя прямо в глаза О́дину.
– Н-нет, – промямлил тот, все еще не понимая, как могло случиться так, что с ним заговорила чародейка.
– Как вы здесь оказались? – лицо женщины было сурово, а от ее голоса холодело внутри.
– Пришел.
– Ничего не понимаю. Кто вы? И что вы здесь делаете?
– Я О́дин. И я иду домой.
– Вы, вероятно, заблудились. Здесь нет вашего дома. Как вы проникли сюда? Кто вас пропустил?
– Нет, я не заблудился. Я живу со своим дядей в том доме, что находится в конце поселения, – и О́дин показал рукой в сторону дома.
Повернувшись обратно, он увидел мужчину, выходящего из того же дома, возле которого стояла женщина. Мужчина с неподдельным любопытством смотрел на юношу. Он подошел к женщине и остановился.
– Как зовут вашего дядю? – спросил мужчина.
– Велес.
– Поразительно! – мужчина громко рассмеялся.
– Не вижу ничего смешного! – по-прежнему строго сказала женщина, но теперь обращаясь к мужу. – Ты вообще представляешь, что это может означать???
– Несомненно, это скандал, – ответил мужчина все также смеясь и обнимая жену. – И все же это забавно. Интересно, как долго нас водят за нос?
Женщина сердито убрала обнимающую руку мужа, что еще сильнее его рассмешило, и обратилась к О́дину.
– Молодой человек, будьте добры, зайдите к нам на чашечку чая, – теперь ее голос уже не был так холоден, однако еще оставались сердитые нотки.
И вот уже второй раз за сегодняшний день О́дин впал в оцепенение. Только на этот раз он прекрасно осознавал причины, по которым его тело застыло, а язык прилип к небу, не в силах произнести ни звука.
О́дину были хорошо знакомы эти чародеи. Женщину звали Макошь, а ее мужа – Хорс. За те годы, которые он здесь жил, ему не раз приходилось с ними сталкиваться, когда он проходил по этой улице один или с дядей. И каждый раз их взгляды проскальзывали мимо него. С дядей они только здоровались. И О́дин знал, что они не любили его дядю за непохожесть на других чародеев. Он был лучше и добрее их всех и не стремился к могуществу, как другие.