Когда двое наших молодых товарищей были приговорены к наказанию розгами, я созвал срочное заседание верховного командования Иргуна. Оказалось, что это совещание было излишним. Нами всеми владела одна и та же мысль. Если британская армия подвергает наших ребят порке, то мы ответим британским офицерам тем же. Мы спорили по поводу того, стоит ли предупреждать англичан заранее или нет. Некоторые полагали, что мы должны пороть сначала, а объяснять потом, но их, в конечном счете, убедили, что вначале надо все-таки сделать предупреждение: британские власти должны знать, что если они приведут в исполнение унизительное наказание розгами и будут пороть еврейских солдат, то каждый британский офицер в Эрец Исраэль рискует быть наказанным подобным же образом. Чтобы власти и все, кого это касается, были извещены, мы опубликовали предупреждение, как на английском, так и на иврите. Это было ясное и четкое заявление. Шмуэль Кац, собиравшийся принять в ведение наше ’’английское” отделение, не был в то время в стране. Я написал текст предупреждения сам. Знание английского языка я почерпнул главным образом из передач Би-Би-Си. На протяжении долгих лет пребывания в подполье именно радиостанция Би-Би-Си снабжала меня и моих товарищей целым ворохом самой разнообразной информации о наших операциях в Эрец Исраэль. Наряду с этим, Би-Би-Си представляла собой источник великолепного английского языка.

Несмотря на корявость языка, важность нашего предупреждения была очевидной. Мы действовали безошибочно и наверняка. Кроме того, порка не является особо утонченным предметом, поэтому такое предупреждение не требует слишком изысканных выражений.

Требовалось сказать следующее: ’’Если вы высечете нас, мы высечем вас!” — И это было сказано. Нашей целью были офицеры. Мы отдали нашим региональным командующим приказ не трогать рядовых, но ловить и сечь тех, кто имел какой-либо значительный военный чин. Многого объяснять здесь не приходится. Отношения между солдатами и офицерами не очень-то дружелюбны. Такая дискриминация была, поэтому, психологически оправданна. Подобная политика Иргун Цваи Леуми вызвала должную волну симпатий и сочувствия к нам среди рядового состава огромной британской оккупационной армии. На одной из наших листовок с предупреждением один британский солдат нацарапал большими буквами: ’’Пожалуйста, не забудьте моего майора!”

Не в пример солдату из авиационной дивизии, который нацарапал угрозу ’’убить 60 миллионов евреев”, именно этот английский томми предусмотрительно добавил на нашей листовке свое полное имя, номер соединения и полка.

Во всяком случае, что бы ни думали британские рядовые о вероятности порки офицеров Иргуном, было ясно, что британская военная иерархия все еще отказывалась поверить, что мы осмелимся воспользоваться кнутом. Поэтому, вероятно, в пятницу вечером в конце декабря 1946 года англичане вывели юного Кимхи из его одиночной камеры в иерусалимской тюрьме и продемонстрировали, что политика кнута предписана для Эрец Исраэль. В полном соответствии с приговором Кимхи отвесили 18 розог.

Из-за субботы новости о порке достигли нас лишь 24 часами позже. В тот же вечер ребята и девушки из сил революционной пропаганды отправились на улицы для расклейки последнего номера информационного листка нашей подпольной газеты ’’Херут”, в котором содержалось наше второе предупреждение правительству.

”На протяжении сотен лет, — писали мы, — вы стегали кнутом ’’туземцев” в ваших колониях — возмездия не последовало. В вашей глупой гордыне вы считаете евреев в Эрец Исраэль такими же туземцами. Вы ошибаетесь. Сион — это не рассеяние и не изгнание. Евреи — не зулусы. Вы не посмеете стегать кнутом евреев на их Родине. А если осмелитесь, то британские офицеры будут в ответ пороты публично”.

На следующее утро жители Эрец Исраэль прочли два сообщения в газетах. Одно появилось в официальном порядке и гласило, что Кимхи получил 18 ударов тяжелой дубинкой. В нашей же подпольной газете было опубликовано торжественное предупреждение Иргун Цваи Леуми об отмщении. Десятки тысяч жителей ишува прочли его, гадая, сдержим ли мы слово.

Мы сдержали его. Наш приказ всем региональным командующим Иргуна оставался неизменным: ловить британских офицеров и доказывать им, что если ’’обучение кнутом” было хорошо для еврейского солдата, то и для британского оно так же приемлемо.

В Натании, Тель-Авиве и Ришон-Леционе мы ловили британских офицеров, и они получали столько ударов, сколько получил Кимхи: 18 ударов плетью, в соответствии с законом — законом справедливого возмездия.

’’Кнут британского мандата все еще угрожал второму юноше, Кацу. Поэтому мы срочно опубликовали коммюнике, в котором осветили все то, что произошло и что произойдет снова, если избиение кнутом евреев в Эрец Исраэль будет продолжаться.

’’Вот что говорилось в нашем коммюнике:

’’Несмотря на наши предупреждения, генерал Баркер подтвердил приговор о наказании розгами, вынесенный британским судом еврейскому солдату. В пятницу, 27 декабря 1946 года, молодой солдат был выпорот на дворе центральной иерусалимской тюрьмы.

В полном соответствии с нашим предупреждением британские офицеры были выпороты Иргуном в воскресенье, 29 декабря 1946 года, в Натании, Тель-Авиве и Ришон-Леционе. Один майор и трое лейтенантов получили 18 ударов, точно столько же, сколько и молодой еврейский солдат в центральной иерусалимской тюрьме.

Мы предупреждаем еще раз: если угнетатели осмелятся и в будущем оскорблять человеческое и национальное достоинство еврейской молодежи, мы не будем отвечать кнутом на кнут. Мы будем отвечать огнем”.

Каца не высекли. Британские власти, верившие, что кнут послужит нам уроком, преподали урок сами себе.

После того, как мы должным образом отомстили угнетателям, они предприняли попытку заставить юного Каца заявить, что он слишком слаб физически, чтобы выдержать 18 ударов плетью. Он ответил презрительно:

’’Слишком слаб? Вы ошибаетесь. У меня превосходное здоровье. Я готов выдержать 36 ударов”.

Таким образом, ’’медицинский маневр” британских властей не возымел должного успеха. Сейчас у мандатных властей не было иного выхода, как открыто признать, что режим кнута потерпел в Эрец Исраэль полный провал. В специальном коммюнике командование британскими войсками в Палестине отменило Кацу наказание плетью. Шестнадцатилетний араб, который также был приговорен к розгам, попал под эту ’’амнистию”. Уважая честь других так, как мы уважаем свою, мы приветствовали его освобождение от унизительного наказания.

Никогда больше британские власти не осмелились применить кнут в Эрец Исраэль. Мандатные власти приняли закон, запрещающий порку. Но важнее всего было то, что британские власти изменили свое поведение. На ’’процессе” одного из наших ребят военный прокурор майор Бакстер произнес следующие мудрые слова:

”Вы слишком молоды, чтобы быть повешенными, и слишком стары, чтобы быть выпоротыми”.

Эхо ударов кнута и розог прокатилось по всему миру. По собственной инициативе Великобритании ее престиж получил сокрушительный удар. В своем прощальном послании британским войскам Баркер писал: ”В Палестине наших офицеров похищали средь бела дня, убивали и даже пороли”. Даже! Уинстон Черчилль, проявлявший всегда глубокую озабоченность во всем, что касалось престижа Великобритании, обвинил правительство в незнании ’’азов человеческого поведения”.

”Вы стегаете розгами еврейского террориста, — кричал он в гневе, — а террористы тем временем ловят британского майора и трех офицеров и стегают их на следующий же день. И тогда вы отменяете публичную порку другого террориста. Вы знаете, что это значит?!”

Знало ли британское правительство, что это означает или нет, но было ясно, что весь остальной мир знал.

Мы получали поздравления от ирландцев, американцев, канадцев, русских и французов. Наши собратья-евреи во всем мире распрямили спины. На протяжении стольких поколений их унижали поркой и избиением, а теперь они стали свидетелями одного лишь эпизода, который восстановил их достоинство и уважение к самим себе. Африканские негры и китайские кули, давно знакомые со свистом нагайки и тяжелым свистом кнута, радостно приняли это известие. Миллионы русских, для которых кнут символизировал тиранию, откликнулись радостным эхом, выразившемся в двух словах Сослевского: ’’Отличная работа!” Французская газета опубликовала карикатуру, изображающую британского солдата, держащего свою металлическую каску чуть пониже спины. Текст под карикатурой гласил, что с тех пор, как Иргун Цваи Леуми стал стегать публично английских офицеров, британское военное командование решило, что для защиты угрожаемой ’’территории” шлемы следует носить сзади, а не на голове. Соответственно и честь надо ’’отдавать” по-новому. Франция сотрясалась от смеха. А шутка иногда имеет большую разрушительную силу, чем бомба большой взрывчатой силы.