— И тебе поздорову, Петя. Тебе с мясом? — поздоровавшись, тут же поинтересовалась баба.
— С мясом, — подтвердил я.
Она каждый день на рынке спозаранку, и я у неё постоянный клиент. Как ночую не в гимназии, так поутру обязательно к ней. А вот и Ермолаич, приметил покупателя, и направился в мою сторону. Этот торгует сбитнем, всё время с огромным чайником расхаживает. И получается он у него просто на загляденье, ни у кого такого больше не пил. Просил поделиться секретом, так он только отшутился. Коммерческая тайна, понимать надо.
Пристроившись в уголке я приступил к поеданию куска пирога, запивая его горячим сбитнем. Такой завтрак куда приятней гимназистской каши с салом, и не менее сытный. Впрочем, работая физически до четырёх часов, местного обеда, мне всё одно не выдержать. Поэтому как закончу прикуплю ещё кусок.
С одной стороны сегодня воскресенье, и в мастерской Сергея Андреевича выходной. Он сам с семейством, как и его работники сейчас в церкви на службе. Но с другой, меня настолько захлестнула идея создания казнозарядного штуцера, что я готов трудиться с раннего утра до позднего вечера, пока не получу готовые образцы. Впрочем, после полудня ко мне непременно присоединится и сам Дудин. У него свербит не меньше моего.
Изготовление макета из дерева принесло свои плоды. Всё же я не настолько хорош в механике, чтобы представить себе рабочую конструкцию механизма, и чертежи в этом слабые помощники. А вот когда оно наглядно, то получается разобраться в мельчайших деталях.
Словом мне не удалось избежать огрехов и нестыковок, но благодаря модели, с этой проблемой получилось справиться достаточно просто и теперь мы начали делать колесцовый замок и механизм его взведения из металла. Стоит ли говорить, что у нас в руках образовался нестерпимый зуд.
Завтракая в сторонке я посматривал на людей снующих по рыночной площади. Приметил парочку школьников, а вот и гимназисты. Кто из них в самоволке, а кого отпустили на выходные поди разбери, но в обычные дни их тут встретить достаточно сложно.
Ого! Смирнов, тихоня! Это когда он успел закадрить Остроухову. Девица то же из скромных, если не сказать застенчивых. Но вот нашли друг друга, да ещё и скрывают от всех свои отношения. Это я сейчас вижу как горят их глазки, и светятся лица, а вот в стенах гимназии они ведут себя ровно как обычные одноклассники.
Вообще-то шуры-муры до университета не приветствуются. Интерес к противоположному полу конечно присутствует, но не более того. Строить какие-либо планы до инициации не имеет смысла. Это у простецов всё ясно настолько, что помолвить их могут с младенчества. У одарённых всё не однозначно. Родители никогда не одобрят брак с бесталанным, если только парочка не стоит друг друга.
К слову, это случай моих родителей, не достигших особых высот. Матушка уже пять лет как нанесла себе узоры, а батюшка ждёт когда наконец достигнуть пятого ранга, чтобы поступить так же. Коль скоро серьёзно дар не развить, то к чему тогда попусту пыжиться. Лучше уж прекратить рост и единовременно усилиться по нескольким позициям.
Но отношения между молодыми всё же случаются. К примеру эта парочка из таких же семей, что и я, а потому на что-то особое не рассчитывают, и наверняка пребывают в уверенности, что уж у них-то всё получится. Надеюсь, что это и впрямь так, уж больно счастливыми они выглядят.
Желая сократить дорогу я направился через пустырь. Несколько лет назад тут выгорел целый квартал, земля в пределах городской черты достаточно дорогая, и сразу несколько желающих начали борьбу за этот лакомый кусок.
Пока же новый хозяин не нашёлся, тут царит бурьян высотой в человеческий рост. В сплошных зарослях набили тропы бродячие псы, и ватаги малолеток, играющих тут то в войну, то в разбойников, или хотя бы в те же ножички. Порой сюда затаскивают жертву разбоя, раздевая донага, и бросая тело на поживу собакам и воронью. Несчастных обнаруживают, проводят дознание, но их убийц находят всё же нечасто.
По бывшей улице проходит слабо наезженная дорога, которой пользуются не так чтобы и часто. Дурная слава у места, что тут ещё сказать, но с другой стороны, по ней можно изрядно сократить путь, вот и не зарастает окончательно.
А я что говорил. Вон стоит лёгкая карета со скучающим кучером на облучке. Не похоже, чтобы случилась какая-то поломка, скорее всего пассажир решил справить нужду, ну или пассажирка. С общественными отхожими местами в городах ситуация хуже некуда. Мужчинам попроще, завернул за угол, и ладно, если конечно не видеть в этом для себя большого урона, а тогда только терпеть. А вот женщинам уже куда сложнее, им этот вариант вообще ни при каких раскладах не подходит. Срамота же.
Я улыбнулся своим мыслям, без опаски направляясь в сторону кареты, до которой было не больше сотни шагов. Разве только по привычке ожидать любой пакости, пристроил свою палку-трость на плечах, на манер коромысла, да нащупал большим пальцем кнопку стопора.
Не успел сделать и пяти шагов, как из кустов выскочил Топорок, неся на плече какую-то бесчувственную девицу в форменном гимназистском платье. Эт-то ещё что за хрень⁉ Я остановился, в удивлении наблюдая за тем, как дверь кареты распахнулась, и бандит сбрасывает туда свою ношу, а сам резво так на облучок к кучеру.
— И-ийах-х-ха!!! — словно только этого и ждал выкрикнул кучер.
Хлёсткий удар плети и пара лошадей сорвалась с места резво набирая ход. Наверняка несут узоры «Скороход» и «Выносливость», уж больно резво разгоняются. С одной стороны, оно вроде как не моё дело. Но с другой, девицу я не рассмотрел и это с таким же успехом может быть Лиза. Воскресенье, у гимназистов свободный выход в город, если нет провинностей. А она собиралась в гости к Ганиной. Моет быть это она? Да легко! На что я готов ради сестры? На всё!
Я взмахнул палкой-тростью, и нажав на кнопку стопора отстрелил ножны. Приём отрабатывавшийся многократно. Наконечник ножен высверлен и утяжелён залитым свинцом. Так что, когда прилетело в лоб лошадки справа, мало ей не показалось. Болезненное ржание, она вздыбилась останавливаясь и сбивая с шага вторую лошадь. Эта в свою очередь, сбилась с шага, передние ноги подломились, и она с возмущённым ржанием полетела мордой в пыль, увлекая за собой и первую.
Треск ломаемого дерева, скрежет, мат, и карета завалилась набок. Топорка и кучера выбросило на обочину. Мгновение и мой соперник по игре вскочил на ноги, уже сжимая в руке небольшой топор на короткой ручке. Потому и прозвище такое, что он мастерски обращался с этим инструментом. Мог выйти с ним и против длинного клинка, и точно метнуть в противника.
Вот только и меня не в дровах нашли, и коль скоро сказал «А», то говори и «Б». А иначе и начинать не стоило. Поэтому никаких сомнений я не испытывал, и ограничиваться полумерами не собирался. Пальцы левой руки уже сжимали метательный нож. Я конечно правша, но владею обеими руками в равной мере, а потому сверкнувшая на солнце полоска отточенной стали попала в Топорка. Разве только не в грудь а в правое плечо, успел сука отшатнуться.
Мгновение и я выхватил второй нож. Кучер уже поднялся на колено и взводит курок оказавшегося в его руке пистолета. Бросок, и описав пологую дугу клинок впился в его грудь. Выгнувшись дугой, и выпучив глаза неизвестный завалился набок.
И тут дверь перевернувшейся кареты откинулась в сторону, как крышка люка, и из неё появился ещё один неизвестный. Если прежде у меня ещё были какие-то сомнения относительно правильности своего поступка, то теперь они испарились без следа. Незачем законопослушному человеку прятать своё лицо, прикрыв его шейным платком.
Едва показавшись неизвестный взмахнул рукой и в мою сторону устремился веер «Огненных стрел». Я мгновенно вогнал себя в режим аватара, и пригнувшись волчком ушёл за кучу строительного мусора. «Стрелы» с лёгким гудением прошли мимо, пара с громким и тупым стуком ударила в моё укрытие. В носу сразу появился запах кузни, от оплавившихся камней, и вонь сгоревшего тряпья. Ещё и треск разгорающегося пламени послышался.