После завершения съёмок меня больше волновал вопрос печати, в том числе варианта с работниками «Le Coq Sportif». Но в нашей типографии нашлось окно для столь нужного дела. Скоро из Парижа придут пластины, и мы начнём печать второй вариант. Кстати, французский вариант я решил продавать по червонцу, в отличии от советского, оцененного в пятёрку. Вроде цена великовата, но народ уже готов оторвать тираж с руками и ногами.
— Думаю, через неделю в продажу начнёт поступать вариант с работниками «МГФ», а дней через пятнадцать и французский аналог. Я передам вам несколько экземпляров, — Рабин благодарственно кивнул, — Но вы ведь хотели поговорить не о календарях?
Собеседник улыбнулся и опять взял в руку стакан. Чего делать, но под чебурек водка идёт замечательно.
— Вы же никак не определитесь с моделями для рекламы? Мне рассказывали, что ажиотаж был немалый, но выбор невелик.
Здесь Оскар прав. Профессиональные модели начали воротить нос, впрочем, как и многие актрисы. Из достаточно обширного выбора я пока остановился на четырёх кандидатках, в том числе Маре. Но этого недостаточно, так как сам ролик может не устроить заказчика. В резерве находятся ещё три девицы, но их надо учить, начиная с азов. А у меня просто нет столько времени. Сейчас ролики гораздо длиннее, чем в моё время и требуют навыков актёрского мастерства. Потому я выбрал двух студенток театральных училищ Анфису из Саратова и Дарью из Новосибирска. Плюс меня поразила одна девушка, библиотекарь по профессии, с необычной внешностью, которая сразу прошла отбор. Только позже я вспомнил, что Елена Метёлкина[1] в моей реальности станет известной и даже культовой актрисой. И пока на этом всё, других кандидаток нет.
— Если вы хотите предложить кого-то из знакомых, то хорошенько подумайте, — отвечаю, дожевав кусок кулинарного шедевра, — Моя репутация ныне оставляет желать лучшего. Потому многие более-менее известные персоны отказываются от работы. Неизвестно как оно выйдет в будущем, а отношения с Госкино, СК и отделом культуры при ЦК можно испортить уже сейчас.
— Так, нам это и подходит! Вернее, девушкам, за которых я хочу попросить, — воскликнул Рабин, — Обе модели оказались в сложных условиях и фактически стали персонами нон грата в собственной стране. При этом все быстренько забыли о прошлых заслугах девушек, боясь испортить отношения с их недоброжелателями. Ситуация у них крайне сложная и даже трагическая. А вы известны тем, что идёте наперекор судьбе и мнению вышестоящих товарищей.
Смешной он человек. У меня и так проблем полный рот. Но, по мнению Рабина, я ещё должен помочь каким-то незнакомым девушкам, испортившим отношения с ответственными товарищами. Подобный демарш способен завести моё противостояние в полный тупик. С другой стороны, надо узнать, чего там случилось. Зная закидоны советской партократии, не удивлюсь, что на девушек могли устроить травлю из-за самого глупого и незначительного повода. Только немного резануло, раз богемные круги считают меня эдаким борцом с системой, что крайне мутная тема. Лучше иметь имидж правдоруба и конфликтного человека, чем пламенного борца с советской властью.
Ладно, — машу рукой, — Давай возьмём ещё по чебуреку, и потом расскажешь.
Ситуации у двух некогда известных советских моделей, здесь их называет демонстраторами одежды, оказались чем-то похожи. Вернее, это была смесь сказки, абсурда и трагедии. Если, всё рассказанное Оскаром, правда, конечно.
Галина Миловская к двадцати двум годам стала одной из самых востребованных моделей СССР, первой попавшей на обложку «Vogue». Карьера девушки шла по нарастающей, и ничего не предвещало беды. На Западе её называли «советской Твигги», из-за схожести с популярной британской моделью. Но сначала её подставил один французский провокатор, сделавший скандальный снимок на Красной Площади. А добил уже местный деятель по фамилии Брусиловский, организовавший весьма мутные съёмки и продавший фотографии итальянскому изданию «l’Espresso». Отечественным моралистам не понравился новый образ модели, которую разукрасили непонятными рисунками. Вроде ничего страшного, но понять логику советских чиновников очень сложно. Сейчас Галина находится под фактическим запретом, не может толком работать и думает об эмиграции.
У Леки Мироновой, которую тоже сравнивали с западной звездой и прозвали «советской Одри Хёпберн», не менее интересная судьба. Стремительно взлетев на показах коллекций молодого модельера Вячеслава Зайцева, модель сразу начала раздражать более маститых коллег. В 1966 году вышел штатовский документальный фильм «Три звезды Советского Союза», где Леку выбрали вместе с Плисецкой и легкоатлетом Брумелем в качестве самых знаковых фигур страны. Понятно, что у американцев своя логика, но после картины Миронову уже начали откровенно ненавидеть и строить козни. Главным её врагом стала культовая советская модель Регина Збарская. В результате молодой конкурентке отказали поработать в США, но это было только началом. Далее начались непонятные злоключения, связанные с харассментом. Не знаю, кто у нас из крупных номенклатурщиков такой любвеобильный. Мне всегда казалось, что данные товарищи, взобравшись на вершину власти, приобретают не только умственную, но и физическую импотенцию. Оказывается, сластолюбцев в верхних эшелонах власти тоже хватает.
Главное — недоброжелатели добились своего. Лека ушла из ЦДМ и сейчас работает в Химках. Периодически её прессуют товарищи из КГБ и жизнь у модели не сахар. Все эти проблемы ещё наложились на трагедию в личной жизни. Так что состояние у модели ныне просто ужасное.
Рассматриваю фото, принесённые Рабиным, и не вижу ничего особенного. Хотя, у обеих моделей есть определённый шарм, чего не хватает большей части соискательниц. Если девушек действительно преследуют из-за абсолютно надуманных обвинений, то хитромудрый Оскар, знал к кому идти. Лёша Мещерский не упустит возможности позлить обнаглевшую номенклатуру. Ибо всему есть предел. Срывать свои комплексы и ущербность на простых девчонках, могут только глупые и порочные люди. А подобных типов, особенно во власти, я терпеть не могу. Особенно бесит, что эти в массе своей никчёмные люди, используют высокое положение в личных целях.
А ещё получится одним выстрелом убить двух зайцев. Проект оплачивают иностранцы, при этом мне доверен полный цикл работ, в том числе выбор моделей. С учётом того, что Галина и Лека были ранее популяры на Западе, то тему можно неплохо раскрутить. По словам Оскара, Миронова и сейчас знаковая фигура, так как её считают невинно пострадавшей от произвола советских властей. Что ещё нужно для успеха рекламы? Грамотный скандал точно не помешает. Главное, чтобы нам не запретили съёмки. Здесь я постараюсь быть максимально аккуратным. И с удовольствием предвкушаю, как будут полыхать жопы у ненавистников девушек, сделавших так много, чтобы отправить их в небытие.
— Хорошо! Послезавтра пусть обе приезжают на киностудию, — отвечаю Рабину после небольшой паузы, — Проведём фотосессию, может, чего и снимем на кинокамеру. У нас как раз сейчас идёт работа над рекламой для «Le Coq Sportif», так что фотограф, оператор, гримёр и свет со звуком на низком старте. Если получится, то девушки сразу получат работу и через месяц фото будет опубликовано во французских и английских журналах. Начнём реанимировать их карьеру, заодно оценим эффект. Ну, вздрогнули!
А модельный бизнес оказывается жуткий гадюшник даже в СССР начала семидесятых. Уж насколько мерзопакостные истории происходят в кинематографе, но есть сферы, где дела не лучше. Понятно, что я и раньше слышал разного рода неприятные истории про ту же Збарскую, пытавшуюся покончить жизнь самоубийством. Только до недавних пор мои дорожки с высокой модой особо не пересекались. Но даже в стране победившего социализма не всё так замечательно. Ладно, постараюсь пройти по краю и не лезть во внутреннюю кухню. Моя задача — выстроить фактически новый сегмент, достаточно слабо развитый в Союзе. Посмотрим, что получится на выходе.