Они оба посмотрели на Лану, и она одобрительно кивнула головой.
– Пока Вы не возьмете в руки оружие, которое будет беспрекословно только Вашим, и не пересядете за другой край стола, будет крайне неуважительным, юный Белатур, иметь смелость разговаривать наравне со взрослыми.
– Приношу свои извинения.
Юноша смиренно поклонился.
– Извинения приняты. – сказала Лана, закусывая сыром вино.
– Теперь про землю, молодой господин. В Знойных Землях живут люди, они роют так глубоко, что по некоторым слухам дорыли до Лунных Земель. Они скрываются всегда под землей, ума не приложу, как они ориентируются. Ваша мать беспокоится, поскольку троицу ваших дедов захватили именно эти самые Огненные Демоны. Именно они изначально стали причиной зарождения Мечей.
Ястреб поднял свой кубок, намекая служителям, что пора его обновить.
– "Демоны из Знойных Земель", фермеры называют их “кротами”, за прорытые туннели. Они не совсем умелые воины, но тяжело предсказуемые и очень хороши в засадах. Для взятия трёх воинов, они прорыли под их ногами ров, глубиной в несколько лошадей, а шириной с господское плато. Я сам видел этот ров, молодой господин. Битва была короче, чем проходят пиры. Ваша матушка переживает, что они стали умнее и хитрее, возможно обзавелись силой. Но и Мечей в нашем конвое куда больше прежнего. Я не верю, что Огненные Демоны, как им себя больше нравится называть, могут быть угрозой, даже для отряда Ножен, не то чтобы Мечей.
За столом возникла неловкая пауза.
– Можно еще один вопрос, Матушка?
– Ирвар, к твоим услугам.
Лана растеклась на стуле, ожидая конца любопытства сына.
– Зачем столько Мечей и домов? – с глубоким непониманием спросил Белатур.
– Очень плохой вопрос, молодой господин. Мечи друг другу не друзья, как троица Ока Рода. Многие из них покровители своих городов и так же хотят садов и мяса к столу своих людей. Это абсолютно своенравные люди. Но пока они вместе, люди могут договариваться. Кто не хочет говорить. – может воспользоваться "Правом Силы".
– Мечи дерутся на собраниях?! – удивился Белатур.
– Ещё как! Дом Собрания восстанавливают куда чаще ваших деревяшек. – улыбнулся Ирвар, запивая вином.
– Отец рассказывал про другие мечи с символом Ока Рода… думал, что после принятия Ломающего Меча, мне откроется всё. Почему их всего восемь и где остальные пять?
– Вам откроются знания всех прошлых обладателей Ломающего Меча, да, Вы правы, юный Белатур. Для этого Вы должны стать его обладателем, пока он лишь обозначил, что готов стать частью Вашей силы. Особых орудий куда больше, чем восемь. Та же Лейгла владеет луком, который пускает стрелы, куда укажет её глаз. Есть дом Парных Топоров. Оружие их покровителя передаёт силу всех поверженных врагов хозяину. Среди общества Мечей восемнадцать подобных артефактов.
Лана со скучающим видом наслаждалась сырами. Сколько бы вина она не выпила, обсуждения покровителей и их небесных камней не становились для неё интересным.
– Восемь клинков Ока Рода, молодой господин, созданы из камня, упавшего с неба и разбившегося на восемь частей. Туда пришли восемь воинов и честно разделили их между собой. Ещё есть пять "мечей". Один из которых прозвали Забвенный. Его владелец может принять образ внешний и мысленный того, чья кровь его коснется. Второй меч, на самом деле молот, он ломает все, что ударит…
– Так любой боевой молот ломает все, что ударит! Да и Ломающий Меч…
Белатур не успел договорить, как вступилась его мать:
– Он говорит, а ты слушай!
Воин поблагодарил госпожу и продолжил рассказ:
– Так оно так, Ломающий Меч проходит сквозь любое препятствие, что может остановить его обладателя. Молот сносит всё. Убрать землю из под ног, или часть городской стены, чтобы прошла целая армия, вот какая сила у этого молота. Третий, Топор Ветра. Своими взмахами господин Артан способен вырывать деревья, вместе с корнями.
Ирвар отвлекся на вино. Глаза юноши горели желанием что-то спросить, только суровый взгляд матери сдерживал его язык за зубами. Ястреб понял, что молодого господина волнует разница с Широким Мечом.
– Меч необъятного Арнбьёрна тоже способен создавать порывы ветра. Но им очень далеко до Топора господина Артана, и ранее за Широким Мечом не было такого дара.
Белатур уже не выдержал:
– Хочешь сказать, что избранный может делать нечто большее, чем то, на что предназначен меч?
Лана уже перестала пытаться сдерживать сына. Со снисходительной улыбкой мать полностью отключилась от беседы за столом.
– Этого я не могу сказать, молодой господин. Надеюсь Вы мне и расскажете, когда-нибудь. Теперь четвертый меч, Парные Стихии. По желанию хозяина могут делать его твердым как камень, текучим как вода и быстрым, как ветер. Если я ничего не напутал… – неуверенно подытожил Ирвар.
Посомотрев на любопытные глаза юноши, воин продолжил:
– Кто-то считает, что Парные Стихии это два меча. Есть и те, кто верит, что последний кусок камня, восьмой воин съел…
– И что с ним стало? – удивился Белатур, поедая орехи с медом.
– Кто бы знал, юный Белатур. Но осколков и воинов должно быть восемь, поэтому придумывают разное. Э
– Они все тоже в Мечах?
– Только Топор Ветра и Парные Стихии, молодой Белатур. Забвенный клинок может быть где угодно. Как его нашел Бедвар – одному Олиону известно. Молот в Лунных Землях, осваивает льды. А камнеглотатель – может быть и слухом.
Стол понемногу пустел. Лысина медного оттенка Ирвара заблестела от вина. Выделяющийся нос принял розоватый оттенок, но взгляд, по-прежнему, напоминал хищную птицу.
– Спасибо за рассказ. – наконец-то поблагодарил Белатур.
Лана вернулась к разговору:
– Фолкор заходили перед вами, вместе с Лики.
Ирвар и юноша посмотрели на хозяйку стола. Белатур не знал о чём именно говорил Фолкор и сделают ли его причастным к очередной пропаже дочери.
– Он передал, что будет рад видеть тебя в своем доме, в любое время. Лики пыталась остаться… Расскажи мне, что у вас приключилось с этой непоседой.
В голосе мамы проявилось приятное волнение.
– Лики застала меня за тренировкой, после чего мы с ней разговорились. Она, кажется, редко общается со сверстниками.
– Так оно и есть, Белатур. Вокруг неё, в большей степени, только мальчишки да воины, и те только знают что историю о её деде, да и ещё её недуг…
– Это не недуг! – с обидой в голосе влез Белатур.
Лана холодно посмотрела на сына за проявленную дерзость, и тот поступил взгляд. Мягко положив обе руки на стол, мама продолжила:
– Наверное, вам действительно стоит общаться чаще. Если только ты научишься почтению.
Юноша снова показал недовольство, на что отреагировал Ирвар.
– Тут я полностью поддерживаю Вашу матушку, молодой Белатур.
– Что? Я почтителен…
– Вы снова позволяете себе перечить. Вы выросли под опекой покровителем дома и часто видели хороших воинов, шедших на поклон к вашему отцу. Они не кланялись Вам, оказывали уважение своему господину. Если госпожа Лана позволит, я буду Вам напоминать каждый раа…
Слова воина прервались неожиданно. Резко схватив вилку со стола, Ястреб метнул её в сторону арки общих садов.
В зал зашёл невысокий мужчина в темном балахоне, всего на две головы выше Белатура. Ирвар схватился за меч до того, как увидел гостя и сразу склонил голову , с глупой улыбкой. Это был Каделл, владелец Призрачного Меча.
Свободное одеяние скрывало очертания воина. Металлическая маска, со следами грубой ковки, прятало лицо. Капюшон не показывал волосы, скрывал шею, а проклепанные перчатки с сапогами делали невозможным разглядеть даже оттенок кожи. И голос его протянулся холодным скрежетом, словно скрежет цепей со дня колодца: