— Плясун — тупая скотина, — поморщился Красавчик. — Надо же было так попасться на крючок! Кто-то специально его подставил, чтобы самому занять место командора.
Костыль и Довер неожиданно для него расхохотались. Подшкипер даже закашлялся, вызвав недоумевающий вопрос Афира:
— Чего ржете, болваны? Разве Красавчик сказал что-то смешное? Да он вообще шутить не умеет!
Чем еще больше вызвал приступы смеха. Наконец, Костыль пришел в себя и пояснил:
— Игнат и стал командором. Большинство шкиперов поддержали его. Флотилия Рачьего острова теперь под его властью.
Стражники переглянулись с недоумением. Сама новость не была настолько ошеломляющей и яркой. Не первый раз пираты режут друг друга за командорский мостик. Другое их напрягало. Почему об этом происшествии до сих пор не знают Старейшины? От самого дальнего острова архипелага до Мофорта всего полсуток ходу. Где посыльные от фрайманов? Случайность или намеренное нежелание предупреждать стариков?
— Ладно, я тебя понял, — Красавчик ткнул пальцем в сторону работающих матросов. — А теперь объясни, кто эти люди? Заполоскал мне мозги!
— Так я и говорю, что Плясуна похоронили знатно! — воскликнул Костыль. — Мы в этот день на свою беду к Рачьему пристали. Ну и попали! Два дня вся флотилия ром хлестала, поминая командора! Вусмерть напились! Мои ребята в лежку, а товар ведь не терпит простоя! Его надо продавать! Что делать? Иду к Игнату и очень сильно ругаюсь. Парень с умом оказался, мигом нашел мне людей. Собрал каких-то рабов по всему поселку, обещал каждому после рейса по золотому. А они — люди неопытные, поэтому и пришлось чуть больше народа взять. Довер с ними с ума сошел, пока до Мофорта ползли!
Подшкипер снова кивнул и поморщился, как будто показывал, насколько ему надоело возиться с сухопутными безмозглыми улитками.
— Что-то рожи у них круглые, как будто месяц мясом объедались, — неожиданно заметил Афир. — На рабов не похожи.
— Так у каждого из них хозяева есть, — ничуть не смущаясь, ответил Костыль. — Мало-мало кормят, в отличие от портовых. Кстати, «Альбатрос» тоже в такой ситуации оказался. Не удивляйтесь.
Он показал на входящий в гавань второй купеческий бриг.
— Что же вы за шкиперы, которые позволяют своим матросам упиваться в лежку? — Красавчик сплюнул за борт, не обращая внимание на побагровевшего шкипера. — Ладно, разгружайтесь. Сколько здесь будете стоять?
— Завтра в полдень поднимем якорь, — пообещал Довер.
Когда «капитан стражи» вместе с Афиром сошли на берег, Красавчик тихо сказал:
— Прикажи своим парням проследить за экипажами «Ястреба» и «Альбатроса». Мутную историю рассказал Костыль. Не верится мне в повальное пьянство его матросов. Остаешься за старшего. А я форт к Старейшинам. Чую, нехорошим запахло на Керми.
****
Гусь был доволен. Его команда хорошо посидела в прибрежной таверне, выпив, наверное, с десяток бочонков пива. Можно было и с девками закрутить, но Игнат строго-настрого запретил расслабляться. Малейшая ошибка приведет к тому, что всех штурмовиков перережут как цыплят, если заподозрят неладное. Поэтому хоть и пили, но умеренно, больше делая вид, что пьянеют.
Расходились далеко за полночь, да и то после того, как в помещение ввалилось с десяток местных пиратов. Они шумно потребовали крепкой выпивки и с нахальной веселостью стали задирать штурмовиков. Гусь не хотел преждевременной стычки с вооруженными корсарами. Конечно, у его ребят были ножи, умело запрятанные под одежду, и работали они ими весьма неплохо. Но… Пока было рано. Нужно ждать сигнала о взятии артиллерийских фортификаций. Поэтому, когда хозяин таверны, подойдя к их столу, стал слезно умолять их компанию уйти на барк, Гусь согласно кивнул.
Подав условный сигнал, он вывел штурмовиков наружу, и дружно загорланив песню про игривую пастушку, соблазнившую дворянского сынка, все вместе направились к портовым складам.
— Да когда же начнем? — спросил шепотом Жало, выдыхая пивные пары в ухо Гуся. — Сил нет терпеть. Можно было разом накрыть всех в таверне.
— Ждем, не дергаемся, — вполголоса предупредил Гусь, сам изнывая от неизвестности. Он до боли в глазах вглядывался в ночную темноту, туда, где находился островок с фортификациями. Там сейчас намечалась серьезная сшибка штурмовиков с местной стражей. Там, вместе с Игнатом, находился дружище Призрак, которого командор не отпустил на Мофорт. Призрака могли опознать, поэтому Игнат не стал рисковать, оставил парня при себе.
Возле складов происходила какая-то возня. То и дело мелькали фигуры людей, раздавались глухие удары, как будто пустые бочки, плавающие в воде, стукались о борт корабля. На борту купеческих барков горели магические фонари, где-то засмеялись громко и заразительно.
Неожиданно перед гомонящей толпой, которую старательно разыгрывали штурмовики, выросли трое вооруженных стражников. Они были в длинных кафтанах, согревающих в эту довольно прохладную ночь. У одного из них под распахнутой верхней одеждой виднелась рукоять пистолета.
— Кто такие? — грубо спросил один из стражников, положив руку на рукоять палаша.
— Глаза разуй, — тут же парировал Гусь, и его товарищи мгновенно напряглись, как бы невзначай взяв в полукруг ночной патруль. — Мы с «Ястреба», приятель. Грузчики. Немного погуляли, возвращаемся на корабль.
В глаза ударил неяркий свет фонаря. Один из стражи не поверил словам Гуся и зажег магический светильник ударом по донышку.
— Почему бродите после полуночи? — строго спросил тот же стражник, видимо, старший патруля. — Не слышали приказ Старейшин всем прибывшим оставаться на борту?
— Приятель, да откуда мы знаем про каких-то Старейшин? — засмеялся Гусь. Странно, что только сейчас он почувствовал напряжение, охватившее его с ног до головы. Холодок безудержного азарта вдруг пронесся по спине. А все потому, что он краем глаза заметил желтую маслянистую вспышку слева от себя, далеко от причалов, за черными водами пролива. Потом еще одну и резко два раза после перерыва. Да, это был сигнал, который долго ждали штурмовики. — Мы здесь впервые в жизни, многого не знаем. Так что, приятель, извини…
Все нужные жесты были отработаны на заданиях, и Гусь не сомневался, что парни заметят движение пальцев руки, заведенной за спину. Островная стража не успела ничего сделать. Через несколько мгновений их тела без единого всплеска ушли под причальные мостки. Тут же раздался залихватский свист.
Рич со своей группой, прибывшей на «Альбатросе», быстро зачистил пространство вокруг складов. Впрочем, здесь никого, кроме парочки сторожей и спящих в одном из лабазов рабов, уже не оставалось. Их закрыли на мощный амбарный замок и предупредили, чтобы никто не вздумал шуметь. Иначе кинет внутрь факел и сожжет всех к дьяволу.
Штурмовики черной волной хлынули вдоль берега, постепенно разделяясь на два потока. Дон Ардио, командовавший первой группой, взял на себя все таверны и забегаловки, беспощадно вырезая пиратов Мофорта, проморгавших атаку. А Рич рванул по одной-единственной дороге, ведущей к поселку и форту. У него был приказ как можно быстрее достигнуть гавани на противоположной стороне острова и перекрыть Старейшинам путь к отступлению.
В это время зажглись бортовые огни кораблей, входящих в пролив. Командор Эскобето с частью своей флотилии взял полностью под контроль восточную и южную часть острова, направив пушки на берег.
— Где казарма отряда стражи? — Леон навис над пиратом, оставшимся в живых после стычки возле «Морской раковины». Холодное жало клинка упиралось в ямку под кадыком, и взятый в плен раненный корсар только пучил глаза от страха. Казалось, все слова застряли у него в глотке, и чтобы протолкнуть их наружу, требовалось невероятное усилие.
— Здесь, неподалеку, — наконец выдавил из себя пират. Он осторожно выставил перед собой ладони, словно прося пощады. — Я могу показать вам… Только не убивайте!
— Сколько человек в страже? — продолжил быстрый допрос дон Ардио.