Фэш резко прижал ее к себе, не давая вдохнуть морозный воздух, и телепортировался. Василиса пошатнулась, и он ее придержал за локоть, подождав, пока ее зрение прояснится.

Они стояли в до боли знакомой раздевалке ее родной школы — месте, где Лешка часто забывал сменку, а она не уставала закатывать глаза на его глупые выходки и возмущения. Старые скрипящие вешалки с металлическими крючками выглядели совершенно также, как и где-то полгода назад — по-прежнему старые, изношенные, с кипами курток и пальто на каждой. Рядом стояли знакомые еще с первого класса лавочки — маленькие, низенькие, скрипящие под весом учеников старушки, как всегда придвинутые к стене.

— Что?..

Фэш с ухмылкой протянул ей ее джинсовый рюкзак и присел рядом на скамейку. Сенсорный экран телефона показывал половину восьмого утра, и здание школы было еще чистым, тихим, спящим.

— Ваш отец предложил возвратить вас на Землю, леди, и я полностью поддержал его в этом вопросе. Демонессой вы уже стали, боевые заклятия изучили, телепортироваться научились так же хорошо, как и язвить — а значит, не пропадете. Как закончится война, вернетесь домой, в Преисподнюю. А чтобы скучно не было, мою сестренку мы тоже сюда сплавили. Я уверен, что вы поможете бедняжке освоиться в этом страшном и непривычном для нее мире.

Василиса медленно потянула замок на молнии рюкзака — внутри лежали привычные потрепанные учебники за девятый класс, ее туфли, завернутые в шуршащий пакет, и расческа.

— Школьную форму вы сможете наколдовать и самостоятельно, Захарра будет ждать вас в кабинете, — произнес Фэш, стягивая с ее волос вязанную шапку и расстегивая молнию парки. — Если ваши одноклассники удивятся смене имиджа, рассчитывайте только на свою фантазию, поскольку мы переместились на следующий день после вашего появления в Преисподней.

Василиса читала, что демоны могут управлять временем, и до сих пор удивлялась, почему они не захватили всю вселенную с такой-то силой.

— Не скучайте, леди Огнева, — тихо произнес Фэш, согревая дыханием ее лицо, после чего быстро мазнул теплыми губами по щеке и исчез в алом облаке дыма, оставив после себя аромат сирени с корицей и еще чего-то горько-сладкого, того, чем действительно должен пахнуть Фэш. Воздухом, насыщенным озоном, перед грозой. И магией, сплошной магией.

Она изумленно распахнула глаза и провела ладонью по теплому следу на коже.

— Эй, подвинься, ты не одна здесь, — произнес грубо слишком знакомый голос, и Василиса подняла голову и встретилась взглядом с Лешкой.

Таким родным, теплым, курносым, белобрысым, с вредным характером, но преданным, любимым. Другом.

— Василиска? — удивленно произнес друг, а демонесса прижалась к нему всем телом, как-то забывая о нормах приличия и своей ныне прекрасной, страстной и хитрой демонической сущности.

А в глазах стояли слезы, ведь пришло осознание — Фэш попрощался с ней, и неизвестно, выживет ли он в той жуткой войне, увидит ли она еще раз своих мать и отца, обнимет ли Джейка и посмеется ли с Маришкой.

В глазах стояли слезы, горькие, ужасные, и Василиса задрожала, увидев в проходе в раздевалку знакомые шоколадно-карие глаза и короткие каштановые волосы. И ведь неизвестно, увидит ли Захарра вновь своего брата.

Та медленно, несмело подошла к двум друзьям и помогла Лешке отцепить Василису от своего тела.

— Марк попросил передать, что позаботится о них, — тихо произнесла она, не обращая внимания на лишнего человека, стоящего рядом и внимательно прислушивающегося к их разговору. — И твой отец… Василис, он сказал, что в случае его смерти ты незамедлительно станешь Первой Повелительницей. Лиса, мне страшно, я боюсь за них, — почти провыла демонесса, и Василиса крепко обняла ее, пытаясь взглядом показать Лешке, что непременно объяснит все позже.

Действительно позже — сейчас необходимо встретиться с Мартой, выяснить у той все, что ей известно, и найти способ вернуться в Преисподнюю — там они сейчас в любом случае нужнее.

Да, именно так.

Василиса с решимостью сжала кулаки.

Комментарий к Глава девятая, «Недостаток льда в легких»

Я долго размышляла над тем, как построить историю Нортона и Лиссы. В итоге вышло то, что вышло.

Песни, которые сопровождали меня по мере написания главы:

**Ariana Grande – Into You**

**Nick Jonas – Numb (feat. Angel Haze)**

**IAMX – Rain To Sea**

**43ai – Детка, я пизже, чем мёртвый Есенин**

========== Глава десятая, «Человечество под надкостницей» ==========

Запрещу тебе петь: это значит, ты будешь петь.

Разрешу стихи: не захочется ни строки.

Потому что тетрадка в клетку — простая клеть,

даже если всё это игры в черновики.

Это путь, на который не надо успеть успеть.

Это то, от чего, пожалуйста, убеги.

(с)Стефания Данилова, «Дети детей детей»

Василиса держала спину ровно и то и дело косилась на Захарру — столь привыкла искать ее взгляд в Академии Зерцалис, когда все становилось слишком плохо или просто нужно было высказаться. Лешка молча шел позади них, нахмурившись и уткнувшись тяжелым взглядом в идеально-ровную спину подруги. Уж он-то знал, что за один вечер привить манеры никак не удастся, ведь старшая сестра не раз садилась с ним за стол и ненавязчивой беседой жаловалась на строгую, но верную учительницу этикета, ведшую дополнительные занятия после основных уроков в их гимназии.

Лешка же учился в обычной школе, такой участи избежал, но слова сестры слишком въелись куда-то в подкорку сознания.

И потому настороженно глядел на аккуратную алую длинную косу, перевязанную ленточкой, черные вязанные гольфы на ногах, юбку, едва доходящую до колена и девственно-белую блузку с накрахмаленным воротничком и отутюженными рукавами.

Знакомая ему с детства Василиса никогда не носила юбки и заплетала волосы разве что на урок физкультуры. Знакомая ему Василиса ни за что бы не надела туфли на каблучке. Знакомая ему с детства Василиса ни за что бы не перекрасила волосы в красный цвет и ходила бы с ними так гордо и легко, словно это ее естественный цвет.

За окном с шелестом пролетали стайки пестрых осенних листьев, шумела по подоконникам мелкая морось, накрапывающая с самого утра, слышалось легкое щебетанье птиц. Осень на Земле только вступала в свои права, тогда как в Преисподней уже вовсю царила весна…

Василиса изящно ступила на порог класса, скинув рюкзак на первую попавшуюся парту; Захарра опустила свой рядом и прошла к открытому на проветривание окну, взглядом подзывая демонессу к себе.

При виде их разговоры смолкли, многие с удивлением смотрели на изменившуюся привычную им Огневу, новенькую девушку, уже начавшую общаться именно с ней, и на неприметного и мрачного в этот обыкновенный осенний день Лешку.

Василиса с удовольствием вдыхала аромат вянущей травы, мокрого асфальта, свежести и разноцветья листьев — горько-приторную смесь, мигом въедающуюся в легкие и оседающую комком слякоти где-то в горле.

Давно она не чувствовала этого — запаха родной скрипящей старушки-школы, выхлопных газов машин и ментолового шампуня, что исходил от привычного ежика светлых волос. Да, она слишком скучала по Лешке.

И по этому миру.

Хотелось вдохнуть его весь одним большим глотком воздуха и забыть хоть на секунду обо всех своих проблемах.

— Приве-е-ет, ты новенькая? — молчаливую идиллию подруг прервал скрипуче-писклявый, слишком противный и режущий слух голос Инги. — Не советовала бы тебе общаться с этой дикаркой — если ты, рыжая, вдруг позволила себе дорогую одежду, это не значит, что ты стала менее мерзкой. Что, долго копила на юбочку и туфельки? — ехидно произнесла одноклассница.

Лешка не ожидал, что в ответ на это заявление Василиса улыбнется столь холодной улыбкой, что кровь застывает в жилах, а ее новая подруга повторит ее маневр.

Она слишком изменилась за время своего пребывания в Преисподней — научилась скрывать истинные эмоции, боль, разрывающую сердце на сотни молекул, улыбаться холодно и смотреть равнодушно на людей, оскорбляющих ее, держать спину прямо и подавать себя с достоинством. Так, одновременно нагло и скромно, как могут только демоны.