— Что за хрень? — не слишком культурно выразил общее недоумение Том.

Но ответа не последовало, чужаки явно готовились к бою. Казалось, они мысленно переговариваются друг с другом.

— И как они сюда попали? — прервал затянувшееся молчание Люциус.

— Не знаю, — растерянно ответил Каспар, — защита мэнора не повреждена.

— Триумвират, — хмуро произнес Рик, первым отметивший нечеловеческую природу гостей.

— Умный волчок, — один из пришельцев улыбнулся, показывая длинные клыки, и поманил его пальцем.

— Даже не думай, — Рик затряс головой, скидывая с себя наваждение. — Каспар, если этот кровосос попробует призвать кого-то из моих волков, убей его.

— А сил-то хватит? — рассмеялся вампир.

— Хочешь проверить? — невозмутимо поинтересовался Каспар, выпуская свою силу кружить по залу.

— Нет, пожалуй, не стоит…

Тилли без указаний сгрёб в кучу детей и переместился вместе с ними из зала.

— Может, мы просто уйдем? — нерешительно предложил «деловой костюм».

— Теперь вы знаете, где мы живем, — Каспар покачал головой. — Нам это не нравится.

— Я вас понимаю, — вампир невесело усмехнулся. — Нам бы это тоже не понравилось.

— А может, мы тогда поговорим? — предложил третий чужак.

— Кстати, да, — «костюм» оживился, — вы же вроде хотели поговорить.

— Хотели, — подтвердил Рик, — до того как поняли, что ты человек-слуга вампира.

— А теперь не хотите?

— Наверное, хотим, — задумчиво ответила Петуния. — Если вы расскажете, как попали сюда.

— Брат позвал нас, — пояснил вампир. — Мгновенное перемещение — особенность вампиров моей линии.

— А в Гринготтс вы тоже можете перемещаться? — в глазах Сириуса отчетливо читался интерес.

Петуния закатила глаза.

— Увы, — вампир весело рассмеялся. — Признаться, когда я только обрёл эту способность, меня длительное время волновал только один вопрос, где я могу перемещаться, а где — нет. Защита гоблинов, к сожалению, меня не пропускает.

— Мы обновим защиту поместья, — пообещал Каспар. — Видимо он воспользовался той брешью, что мы оставили для домовиков.

— Было бы интересно узнать, зачем вы меня сюда притащили, — заметил слуга-человек.

— А нам было бы интересно узнать, с кем мы имеем дело, — не слишком вежливо ответил Северус.

— Ксавьер. Мастер вампиров, родоначальник своей собственной линии, — слегка рисуясь, поклонился вампир.

— Кэйл. Оборотень, вервольф, — склонился второй.

— Коди. Человек-слуга вампира, — недовольно пробурчал «деловой костюм».

— Меня зовут Рик, имена остальных вам пока знать не стоит. Присаживайтесь, если хотите, — Рик кивнул на свободные места за столом, — и никаких ментальных штучек.

— Вкусно пахнет, — Кэйл, не дожидаясь повторного приглашения, плюхнулся на стул Тилли.

Ксавьер тяжело вздохнул, но приглашение принял.

— Кто о чём, а братец о еде, — фыркнул Коди, усаживаясь рядом с братьями.

— Завидуйте молча, — беззлобно огрызнулся Кэйл, невозмутимо пододвигая к себе блюдо с жареным мясом.

Скорбный вздох Северуса заставил всех повернуться к нему.

— Что? — хмуро спросил он. — Я неоднократно говорил, говорю и буду говорить, что близнецы — это зло. Я надеюсь, вы не собираетесь тащить ещё и их в наш сумасшедший дом. Мне и Уизли с Амбриджами хватает.

— Ну, Уизли пока не с нами… — Сириус рассмеялся, — но судя по тому, что ты о них рассказываешь, наши мальчики с ними явно подружатся.

— И это будет катастрофа, — мрачно пробурчал Северус. — От близнецов добра не жди.

— От бобра не жди добра, — невозмутимо возразил Кэйл, отрываясь от обгрызания ребрышек, — а мы хорошие, не злые…

— Почему вы так заинтересованы в узаконивании ликантропии? — перешёл к делу Рик.

— Того что мой брат оборотень, не достаточно? — предпринял попытку отделаться малой кровью Ксавьер.

— Я думаю, нет, — Люциус покачал головой.

— Я тоже так думаю, — поддержал его Рик. — Если бы дело касалось благополучия одного единственного оборотня, пусть даже и родственника, вряд ли бы вы стали так рисковать.

— Значит, мы просто хотим откусить свой кусок пирога, — Коди невозмутимо пожал плечами. — Последний закон министерства магии многие находят чертовски занимательным. И мы не исключение.

— Вы маги?

— Мы обладаем волшебной силой, — подтвердил Ксавьер. — Но мы родились в пятнадцатом веке, нынешняя ситуация в магическом мире не особенно вдохновляет нас зваться магами.

— Хорошо сохранились, — оценил Том. — С вампиром и его слугой всё ясно, но оборотни вроде быстрее стареют, разве нет?

— Когда вампир создаёт триумвират, оборотень тоже получает метки, — объяснил ему Рик. — Я же рассказывал, ты чем слушал?

Оборотни захихикали, Том обиженно надулся и показал им язык.

— Закон законом, но вы кое-что забыли… — вернулся к теме Люциус. — Закон распространяется только на подопечных коалиции.

— Это не проблема, — беспечно отмахнулся Ксавьер.

И тут до него внезапно начало доходить. Попытка поковыряться в мозгах ближайших собеседников позорно провалилась. Только к Тому он смог влезть чуть дальше порога и то только для того, чтобы увидеть неприличную картинку и быть бесцеремонно выставленным вон из чужого сознания, под неприятный ментальный смех хозяина оного.

— Как у премьер-министра, — уныло подтвердил Коди, наблюдавший за попытками брата пробить защиту меток.

Кэйл даже перестал есть.

— Я тоже хочу мыслесвязь, — заныл Том. — Почему все кроме меня умеют общаться мысленно?

— Теперь вы видите проблему? — поинтересовалась у гостей Петуния.

— Мне стоило больше интересоваться делами магического сообщества Англии, а не полагаться на слухи и сплетни, — Ксавьер помрачнел, он прекрасно увидел проблему и не одну. — И что теперь?

— А чего вы вообще хотите? — вопросом на вопрос ответил Рик.

— В идеале стать мастером Лондона, — честно ответил Ксавьер, чутьё ему подсказывало, что ещё не всё потеряно, — и чтобы не нужно было скрываться от магглов, раз уж маги нас в свой круг не принимают.

— А что мешает? Ты мастер вампиров, да ещё и родоначальник своей собственной линии, это по вашим меркам «офигеть как круто». Триумвират опять же… судя по вашему виду, вы смогли его создать практически сразу после того, как ты стал вампиром. Это тоже показатель силы. Я не думаю, что у тебя будут проблемы со смещением нынешнего мастера города.

— А почему собственная линия это круто? — снова выказал свою неграмотность Том.

— Родоначальник линии крови может на расстоянии оказывать давление на своих «детей», при желании — даже убить. Когда вампир становится настолько силён, что магия признаёт его основателем своей собственной линии, он теряет связь со своим создателем и «семьёй», — пояснил Донован. — Соответственно «семья» теряет над ним власть.

— Примерно так, — подтвердил Ксавьер. — Но пойти против мастера Лондона…

— Было бы чистым самоубийством, — жизнерадостно закончил за брата Кэйл, отодвигая от себя пустое блюдо.

— Настолько силён? — заинтересовался Рик.

— Сильна, — кисло подтвердил Ксавьер, — и тоже была магом при жизни.

Обитатели мэнора переглянулись.

— А кто у нас сейчас мастер Лондона? — подозрительно уточнил Рик после непродолжительной паузы.

— Мы не знаем её имени, все зовут её Госпожа…

— Ну твою ж мать! — взвыл Том, предпринимая не очень удачную попытку пробить лбом дырку в столешнице.

— Хреново, — подтвердил Северус. — А она сейчас в городе?

— Да, Госпожа редко покидает Лондон.

— Значит, Дамблдор умотал без неё…

— Её человек-слуга? Он тоже в городе, — возразил Ксавьер.

— Ничего не понимаю, — Люциус нахмурился. — Почему тогда он так спешно покинул Хогвартс?

— Так они в отключке валяются, — рассмеялся Кэйл и получил предостерегающий взгляд от братьев.

— Рассказывайте, — посоветовал Рик. — От этого зависит, сможем ли мы работать с вами или разбежимся.

Братья переглянулись, мысленно переговариваясь.