- На зло?

- Почему на зло? Просто я хотел, в случае чего, врага на дальних подступах остановить. Чтоб таким как отец не приходилось потом кучу раненых с того света вытаскивать. И соображать в развед-выходе надо… уж не меньше, чем за операционным столом. Да только кто б меня тогда слушал, - Михаил почесал подбородок, зыркнул на гостя. – Хочешь сказать, Леха меня не слышит, потому что я его не слушаю? В одни ворота играть не хочет… – голос богатыря потеплел. – Ладно, попробую твой рецепт, зельевар.

- Вообще-то, я молчал…

- Красноречиво ты умеешь молчать.

- Нет, мальчики, ну вы что?! – раскрыв дверь, возмущенно крикнула Мирослава. – Снеговиков изображать решили? Сколько вас можно ждать?

- Уже идем, родная, идем! – виновато ответил богатырь. – Пошли, мозгоправ, – добродушно бросил он гостю, не преминув лупануть по плечу.

Они вернулись в теплый, уютный дом. Сели за щедро накрытый стол. Ели бутерброды с черной икрой, пили пахучий чай. Разговаривали о чем придется. С Мирой - о методах пептизации нерастворимых ингредиентов, с Березкой – о гамма-ритме и структурах мозга, ответственных за подключение к энергополю Земли, с Алексеем – о защите информации в сети и о возможности подключения к Интернет в зоне электро-магнитных возмущений, с Михаилом – о разных стилях рукопашного боя. Богатырь практически убедил гостя, что лучшая техника – это основанный на законах физики русский стиль. Потом пошли разговоры о климате, об автомобилях, о спорте. Тема рыбалки, заведенная Михаилом и горячо поддержанная женщинами, была свернута по причине полного отсутствия у гостя каких-либо представлений из этой области. В загрязненной отходами ткацкой фабрики реке, рядом с которой прошло его детство рыба не водилась.

Пару раз Северус ловил на себе изучающий взгляд Березки. А поутру перед его отбытием в Иркутск, ведунья, заглянув в глаза, сказала:

- Ваше счастье близко. Я отчетливо вижу его в вашей ауре, – она улыбнулась и протянула на раскрытой ладони флэшку. – Здесь записана всего одна песня. Она звучит у меня в голове, каждый раз, когда я смотрю на вас. Послушайте, если вдруг возникнут сомнения по поводу чувств.

Потом Снейп переместился в суровый город в центре русской Сибири, обменял там оборудование на заветный сиреневый камушек с темно-зелеными прожилками, упакованный в свинцовую коробку по причине радиоактивности, и, тепло попрощавшись с Мирой и Михаилом, отправился в свою усадьбу в Женеве, где приступил к созданию ретроскопа.

========== Подготовительные работы ==========

В спальне Мартина — бессменного управляющего хогсмидской почты — было студено. Старик кутался в застиранное лоскутное одело, но вставать, для того чтобы разжечь погасший огонь в камине, не хотелось. Утренний сон самый крепкий. Мартин поджал костлявые ноги, натянул одеяло до ушей, так что видны остались только свалявшиеся клочьями грязноватые седые волосы на макушке, и затих. Но поспать ему долго не удалось. Примерно через четверть часа послышался настойчивый стук в окно.

Мартин ругнулся, протер глаза, приподнялся на локте и взглянул на покрывшийся за ночь морозным узором квадрат. В рассветных сумерках за стеклом маячил силуэт крупной птицы.

— У кого такая невоспитанная сова? — пробурчал управляющий, садясь и нащупывая босыми замерзшими ногами тапочки. — Такой, видно, и хозяин… — он имел в виду то, что в стандартной программе подготовки почтовой совы был обязательный пункт: «Птица не должна беспокоить спящего адресата. Для того чтобы передать посылку или письмо, ей полагается ждать его пробуждения. Исключения могут быть сделаны только для сообщений чрезвычайной срочности». Но для чрезвычайных сообщений обычно использовались другие средства связи.

Смотритель почты надел поверх серой ночной рубахи старый местами прохудившийся махровый халат, прошаркал через гостиную, попутно бросив в камин разжигающее заклинание, вышел в промерзшую прихожую и, отодвинув скрипучий заиндевелый металлический засов, выглянул за дверь. К нему тут же спланировал и уселся на ограждение крыльца сурового вида орел и нетерпеливо вытянул лапу с привязанным мешочком. Мартин от неожиданности поскользнулся на обледенелом пороге и едва не упал. Чертыхнулся, схватившись за стену. Сердито оглядел орла.

— И у кого это такая фантазия? — ворчливо прокомментировал он свое отношение к необычному почтальону, но мешочек с лапы снял аккуратно, вежливо, опасливо поглядывая на мощный загнутый книзу клюв хищника. К другой когтистой лапе также была привязана посылка. Но стоило Мартину потянуться за ней, как орел предостерегающе дернул головой и строго глянул одним темно-желтым глазом, после чего повернулся к почтовому управляющему хвостом, расправил крылья и взлетел.

Мартин проводил его хмурым взглядом, потер нога об ногу окоченевшие щиколотки и вернулся в гостиную. Здесь, встав возле камина, развязал успевшими замерзнуть пальцами мешочек и обнаружил в нем деньги и записку. Содержание письма было следующим:

«Отправьте по адресу Запретный лес, поселение анимагов, предводительнице Кире трех почтовых сов для выполнения поручений по мере их возникновения. Оплата прилагается»

Приложенной к письму суммы было достаточно для оплаты проката семи сов. Мартин сменил гнев на милость и поплелся в совятню.

*

Прошел день после того, как Северус с Кирой немного пообщались с кентаврами, встретились с акромантулами, а потом так неожиданно и неоднозначно расстались. Наступило следующее утро. Предводительница анимагов с первыми рассветными лучами бодро вышла из своей резиденции на пробежку. Легкий морозец, первый в этой осени, приятно пощипывал щеки. Она с наслаждением втянула его ноздрями, посмотрела на посеребренные кроны высоких сосен и увидела отделившуюся от одной из старых, практически лишенных хвои ветвей знакомую птицу.

Кира машинально вытянула вперед руку, как это делал Снейп, и Бертран спикировал на ее предплечье. «Не настолько тяжелый, как кажется, — почему-то подумалось ей, — килограмм семь…»

Бертран, умостившись поудобнее на тонкой женской руке, хорошо хоть покрытой рукавом теплой куртки, вытянул лапу с посылкой. «М-да, как же я буду это отвязывать одной рукой», — подумала Кира, взглянув на замысловатый узел. Но веревка сама ослабилась и упала, как только волчица коснулась ее пальцами, и завернутая в плотную ткань коробочка, отскочив от птичьей ноги, оказалась в ее ладони.

— Спасибо, Бертран, — с искренней благодарностью сказала Кира.

— Кьяк, — ответил беркут и захлопал крыльями, поднимаясь в воздух.

Волчица вернулась в помещение. Сонный денщик, возившийся в своей комнатке с чайником, уставился на нее с удивлением.

— Уже побегали? Завтрак еще не…

— Я еще не бегала, — успокоила его предводительница, — не торопись.

В своем кабинете она развернула посылку и обнаружила небольшую пластиковую коробочку с двумя кнопками, красной и зеленой, и сложенный вчетверо лист бумаги.

«Здравствуй, Кира.

Коробочка с кнопками — это активатор двухстороннего портала для перемещения в Хогвартс и обратно. Нажатие красной кнопки откроет проход к воротам школы, зеленая кнопка — к КПП твоего лагеря. Закрытие порталов происходит либо повторным нажатием тех же кнопок, либо автоматически при перемещении сквозь них активатора.

Жду твоего сообщения по поводу магической защиты вашего поселения. Как только решение будет принято, отправь мне его с Бертраном. Он прилетит по твоему зову.

В случае появления новостей с автомойки срочно свяжись с Гарри Поттером.

В ближайшее время с хогсмидской совятни прибудут три совы…»

Кира отвлеклась от письма на стук в оконную раму.

«Завидная синхронность», — весело подумала она, распахивая створки и впуская трех птиц: белую полярную сову, серую неясыть и желтовато-коричневую сипуху. Вернулась к чтению:

«…прилетят три совы. Используй птиц для отправки несрочных сообщений в Хогвартс или мне. Для этого просто привяжи послание к ноге птицы и скажи, кому нужно его доставить. В случае, когда тебе нужен будет ответ, прикажи птице его дождаться.