Он совершенно забыл о том, как совсем недавно собирался с силами, чтобы «вытерпеть эту бессмысленную церемонию ради Киры». Мог бы, конечно, не мучиться. Чувствуя его, как никто другой, Кира сама как-то дала понять, что если ему в тягость, то ничего страшного… Но разве мог он лишить ее возможности надеть подвенечное платье, разделить радость с близкими, быть королевой праздника? Особенно при том, что видел – ей хочется, для нее важно.
Но до чего же нелепо он себя чувствовал, будучи выряженным в килт. Нет, Северус абсолютно ничего не имел против национальной одежды, только пусть бы ее носили другие. Сам же он от подобной идеи, предложенной, как выяснилось, Маленой, сначала лишился дара речи, потом пытался воспротивиться. Да, он носил арабские кондуры – они длинные и вообще напоминают мантии волшебников. А килт же короткий! Но буквально все выступили против него. Понятно, анимаги – это их свадебный обычай. Хоть по происхождению они валлийцы, но за тысячу лет успели ассимилироваться с шотландцами. Ладно, бывшие ученички - им, видите ли, «по приколу тусануться в килтах»! Чтоб они да не напакостили, было бы даже странно. Но ведь и Эйлин туда же! «Сынок, это же замечательная идея. Знак уважения нашим предкам. И потом, подумай, как это будет смотреться, если все другие мужчины будут в килтах, и только ты один – нет?» Ну, и добила Кира: «Жаль, что ты против. Мне бы хотелось видеть тебя в традиционном костюме. Ты бы потрясающе выглядел!»
И стоять у всех на виду в ожидании невесты ему было крайне дискомфортно. Причем Северус так и знал, что врут, будто под килт не задувает. Хорошо хоть согревающие чары никакими традициями не запрещались. С другой стороны, нечего жаловаться. Сам виноват. Первые три дня все предложения и идеи обсуждались с ним. Но от избытка информации, бесполезной с точки зрения снейповской системы ценностей, и необходимости постоянно выбирать из нескольких равнозначных, на его взгляд, альтернатив у Северуса каждый раз начинала зверски болеть голова. Испытание оказалось посложнее, чем окклюментное сопротивление попыткам вторжения в разум со стороны Волдеморта и Дамблдора, вместе взятых. В конце концов он не выдержал:
- Кира, ты не обидишься, если решения по всем организационным вопросам я доверю тебе вместе со своей кредитной картой? Я все равно в этом ничего не понимаю, а у тебя в консультантах вроде бы недостатка нет… Или давай наймем профессионала?
Нанимать свадебного организатора Кира не захотела, а желающих выступить в роли консультанта и даже принять непосредственное участие в подготовке торжества нашлось на удивление много. В их числе Малена с Ориксом, а также Джинни, Гермиона и Луна. И Астория каким-то образом влилась в их дружную компанию. Мужья там, как догадывался Северус, работали на подхвате. Не исключено, что через невестку свою лепту внесла и Нарцисса. Наконец, во всей предсвадебной суете с энтузиазмом участвовала Эйлин, что Северуса весьма радовало, поскольку казалось, что так у матери совсем не остается времени грустить. Он же отсиживался в своем кабинете, безмятежно занимаясь реабилитацией бизнеса. Что ж, за самоустранение и пускание дела на самотек всегда приходится платить. Северус это понимал и потому мужественно терпел.
Терпел, когда от него постоянно куда-то утаскивали Киру. Терпел, когда самым наглым образом не дали поговорить с ней утром в день свадьбы, чтобы, не дай Мерлин, не увидел в платье!
- Простите, сэр, вам туда нельзя!
- Джинни, что за глупости?! Уйдите с прохода.
Миссис Поттер резким выдохом сдула челку с глаз:
- Не уйду!
А за ее спиной, скрестив руки на груди, решительно встала маленькая Лили.
- И ты против меня? - поддаваясь внезапному порыву дурашливости, с притворной строгостью спросил Снейп.
- Северус, ну это ради твоего же семейного счастья!
Был еще победный писк Джинневры за его спиной. Его он тоже подозрительно легко стерпел.
Терпел, напяливая на себя килт. Терпел пронизывающий ветер и, что гораздо хуже, полные любопытства взгляды. Но про все свои страдания Северус моментально забыл, когда появилась Кира.
Он всегда считал ее красивой. И томительно-трепетное чувство нежности к ней возникло не впервые, и восторг. Но теперь в струящемся белом платье с лазурной вышивкой по лифу, оттеняющей глаза, Кира вовсе показалась ему воплощением женственности, грации и любви. С открытой улыбкой и светящимся взглядом она шла сквозь анфиладу увитых плющом арок, шла к нему, а впереди нее незримо бежала волна счастья. И когда Северус окунулся в него с головой, то на время весь мир тактично отступил и затих. Остались лишь они вдвоем в водовороте чистой радости, где ветер ласково трепал ее локоны, где взволнованно вздымалась ее грудь, где Северус видел свое отражение в ее зрачках и сквозь стук собственного сердца слышал:
- Согласны ли вы взять в жены… в мужья…
И так же, будто со стороны, дважды прозвучало:
- Да! – первое низкое с хрипотцой, второе высокое, будто впитавшее дыхание бриза.
Все в том же счастливом дурмане Северус, затаив дыхание, надел Кире на палец вспыхивающее выгравированными магическими рунами золотое кольцо, а потом, не в силах отвести взгляд от ее одухотворенного, сосредоточенного лица, ощутил ободок приятной прохлады уже на своей руке.
- Вы можете поцеловать свою жену.
«Свою. Жену», - Северус медленно склонился к ее приоткрывшимся ему навстречу губам. Всплеск магии приподнял их в воздух, а уже через несколько мгновений, прервав мучительно-сладкий поцелуй и плавно опускаясь на землю, он с чувством легкой досады обнаружил, что окружающий мир вернулся.
Среди гостей прокатился вздох восхищенного одобрения. Разбуженная поцелуем магия стремительно растекалась от их ног, заставляя едва показавшуюся из каменистой почвы траву подниматься пушистым ковром, а спрятанные в плюще, обвивающем арки и декоративные колонны, веточки роз выпускать моментально распускающиеся бутоны. Воздух закручивало мерцающими потоками. Вихри приобретали очертания необычных птиц, взмывали к небу и ввинчивались в облаках, сквозь которые к земле сразу же устремлялись яркие лучи желтого света.
Чары первого поцелуя замужней ведьмы. Маленькая плетеная подвеска, спрятанная под свадебным платьем, в означенный ритуальном момент демонстрировала гостям магический потенциал невесты, а также попутно силу и характер ее чувств к супругу.
Об эффектном трюке с поцелуем Северус знал заранее, равно как и обо всех деталях церемонии бракосочетания, связанных с магией. Уж в чем – в чем, а в этом части он все держал под своим неусыпным и жестким контролем. Несколько раз проверил весь список ритуальных и просто зрелищных магических формул, которые собирались использовать. Лично проверил все подготовленные для праздника артефакты. С вечера накануне и затем непосредственно перед началом торжества утром осмотрел и просканировал место свадьбы, мебель, посуду, декорации… К наряду Киры его не подпустили, но все амулеты, обереги, рунические вышивки он утверждал лично и напоминал Эйлин, чтобы внимательнейшим образом проследила за облачением невесты, настолько часто, что та, кажется, даже обиделась. Совершенно не желая ее огорчать, Северус тем не менее счел, что осторожность все-таки важнее. А мама его непременно поймет и простит. Он мог быть спокоен, только будучи полностью осведомленным и уверенным в безопасности своих близких.
И несмотря на осведомленность, он оказался впечатлен эффектом не меньше гостей. Кира обладала своеобразным, но сильным магическим даром.
Потом были традиционные поздравления. И пожелания всех благ. И танец жениха и невесты под нежные звуки волынки и флейты, во время которого за их ногами шлейфом распускались полевые цветы, а Северус снова умудрился позабыть обо всем на свете.
Праздник оказался далеко не таким утомительным и раздражающим, как он себе представлял. Тем не менее, когда пришло время им с Кирой занять свои места за столом, и собравшимся для развлечения стало достаточно простого их присутствия в качестве виновников торжества, Северус испытал облегчение и чувство благодарности к организаторам. Они явно учли особенности его характера и свели непосредственное участие в праздничных мероприятиях к минимуму. Да и среди приглашенных были только свои, за исключением, может быть, министра Шеклболта, но тот надолго не задержался.
