Монета, которую Гон вынул из кармана, осталась у него еще с первого приезда в Республику Корея.
Тэыль рыдала в его объятиях. Она так долго сдерживала свои эмоции, но при виде Гона сломалась. Она так к нему привязалась, это было сладко и болезненно.
Слезы Тэыль разбивали Гону сердце. Своими большими ладонями он обхватил щеки девушки, и ее маленькое лицо утонуло в его руках.
– Хочу получше рассмотреть тебя. У меня осталось мало времени.
От его слов у Тэыль по телу пробежала дрожь. Близился Новый год, и Гону необходимо было вернуться в Корейскую империю до того, как начнется обряд. Он не мог надолго оставить дворец пустым, а потому подумал, что увидится с Тэыль хоть на пару минут, чтобы просто услышать ее голос. Но так совпало, что она уже ждала в лесу. Это выиграло им немного времени для теплых объятий. Гон низко склонил голову, их лица сблизились. Было очевидно, что Тэыль измучена.
Но время неумолимо, и вот уже пора снова расставаться. И чем сильнее утешала радость от встречи, тем печальнее было прощаться. Сердце Гона разрывалось, он хотел остаться, но не мог. Он ненавидел себя за то, что им все время приходилось расставаться, ненавидел за то, что не хватало времени на Тэыль, за то, что нужно было вернуться. Как и сказала Тэыль, парень из него действительно никуда не годный.
Гон нежно поцеловал Тэыль в заплаканные глаза и искренне попросил прощения за все. Тэыль отчаянно хваталась за воротник пальто Гона.
Кроны деревьев шелестели в ночи, будто сражаясь между собой. Ветер, насквозь пронизывающий бамбуковую рощу, заунывно пел влюбленным прощальную песнь.
Глава 5. Багряный Новый год
На берегу моря, неподалеку от дворца, стоял седовласый старец. Принц Пуён молчаливо наблюдал за волнующимся морем и мерно разбивающимися о каменный берег волнами. В предрассветные часы темно-синие морские глубины казались черными, будто поглощенными кромешной тьмой. И только где-то вдалеке, где занимался новый день, потихоньку разгорался алый свет.
Почувствовав рядом чье-то присутствие, принц Пуён оглянулся: кого привела к нему судьба в столь ранний час? По берегу шел Гон. Он приблизился к принцу и заботливо накинул ему на плечи одеяло. От одного взгляда на одинокого старика сердце Гона сжималось, а на губах проступала улыбка, полная грусти и печали.
– Каждый год вы приходите сюда без всякой договоренности, – произнес вдруг принц, прервав молчание.
– И каждый год я встречаю здесь вас, словно о встрече мы все-таки условились заранее, – ответил ему Гон.
– Вы уже нашли какие-нибудь ответы на свои вопросы?
– Я нашел некий символ, но его сложно назвать ответом на мои вопросы, скорее наоборот, поэтому я в замешательстве.
– Уверен, что вы сможете со всем разобраться. С юных лет вы всегда добивались поставленной цели.
Гон сдержанно кивнул и обратил свой взгляд в сторону моря.
Всматриваясь вдаль, словно желая увидеть за пределами горизонта, он многозначительно спросил:
– Дядя, верите ли вы в судьбу?
– Для человека, поднаторевшего в естественных науках, этот вопрос представляет какую-то сложность? – слегка усмехнувшись, ответил принц Пуён.
– Все не так просто. Всех людей можно разделить на две категории: тех, кто бежит от своей судьбы, и тех, кто бросает ей вызов. Стоит ли и мне вступить в этот поединок?
Принц Пуён мило улыбнулся. За его плечами огромный жизненный опыт, поэтому в глазах Гона он всегда выглядел мудрым и рассудительным человеком. Это давало императору надежду, что уж он-то точно сможет дать дельный совет, навести на правильный ответ.
– Весь смысл жизни – в неизвестности: никогда не знаешь, что готовит день грядущий. Но если есть что-то, к чему вы готовы стремиться, невзирая на отсутствие каких бы то ни было ориентиров, то это и есть ваша судьба. И удача при этом всегда играет решающую роль. С готовностью делая шаг, способный однажды перечеркнуть всю вашу жизнь, вы ступаете по кривой тропинке в неизвестность. Не это ли зовется судьбой?
«“Шаг, способный перечеркнуть всю жизнь”, – эхом отдалось у Гона в голове. Он размышлял: – Помимо того, что я император и несу ответственность за страну, есть ли еще хоть что-то, ради чего стоит рисковать жизнью? Разве только желание встретиться с таинственным спасителем и выяснить, почему он меня спас».
Но теперь у Гона был человек, ради которого он мог пожертвовать собой. Гон погрузился в раздумья. Взгляд его, устремленный на морскую рябь, будто проникал сквозь нее, в самую глубь.
Принц Пуён, заметив, как сузились глаза Гона, тихонько спросил:
– Есть ли место, куда вы стремитесь попасть?
– Да, есть, – немного помолчав, ответил Гон.
– Тогда просто плывите по течению, не нужно ему сопротивляться. Надеюсь, там, куда вы стремитесь, вам встретится прекрасная леди. В этом году вам точно нужно жениться.
Слова поддержки тронули сердце Гона. Принц Пуён и дама Но, дальний родственник императорской семьи и простая служанка, – эти двое заменили Гону родителей и единственные опекали его на протяжении всей жизни. Они не могли полностью заполнить пустоту от потери матери с отцом, но сумели окружить мальчика теплом и заботой, за что Гон был им безмерно благодарен.
– Если я найду решение, то обязательно навещу вас снова – познакомлю с одной девушкой, для которой до сих пор Земля плоская.
– Да уж. Буду ждать, Ваше Величество. Но вот и рассвет. Первый в этом году.
Там, где море сливалось с небом, появился краешек восходящего солнца. Ослепительно яркие алые лучи осветили седые волосы принца Пуёна.
* * *
Новый год отметили ярко – и в республике, и в империи. Синджэ встретил праздник в полицейском участке, наконец-то после долгого отсутствия вернувшись на работу, а Ён провел его в кругу семьи Ынсопа.
В империи же место Ёна занял Ынсоп и, как личный телохранитель императора, в первый день нового года был вынужден приступить к работе. В главном зале дворца намечалась церемония, на которой императору в присутствии высокопоставленных государственных лиц предстояло произнести новогоднюю речь. Зал был полон: здесь собрались члены парламента, министры и другие влиятельные лица – представители различных сфер жизни и слоев общества. И вот в полном одиночестве на трибуну вышел Гон. Тысячи глаз устремились на императора. Он заговорил в привычной ему непринужденной манере, его речь звучала сильно и смело.
– Наступает новый год, исключительно важный в нашей жизни. Последнее время я много размышлял о смысле математического символа «плюс». Его можно найти повсюду: математике, медицине, религии. И в зависимости от того, какой в него вкладывают смысл, он становится символом надежды или исцеления. А кому-то придает сил в борьбе с самой судьбой.
Сорён тоже сидела в зале и слушала речь императора. Она заняла место в первом ряду, ее яркий наряд заметно выделялся на фоне классических черно-белых костюмов других чиновников. Когда Гон начал свою торжественную речь, на губах Сорён появилась улыбка. Она всегда считала его выдающимся человеком, человеком, которому, в отличие от нее самой, с самого рождения была дарована недюжинная сила и власть. И который мог бы поделиться этими дарами с ней, но точно не станет этого делать.
– Две тысячи двадцатый – год Крысы, и не простой, а очень сильной Белой Крысы. Кроме того, Крыса – первый знак восточного гороскопа, она управляет временем, защищает и ведет нас. Так же и я в новом году буду поддерживать каждый ваш шаг, каждое начинание, и пусть этот год запомнится нам всем. Желаю вам счастья и здоровья в наступившем новом 2020 году. С Новым годом!
В безмолвной тишине большого зала, полного зрителей, звучал уверенный, чарующий голос Гона. Сердца подданных Корейской империи – и тех, что слушали его в зале, и тех, что наблюдали за выступлением императора по телевизору, – были тронуты. Как только Гон закончил свою проникновенную речь, раздался шквал аплодисментов. Все радостно хлопали в ладоши, поддерживая императора, и только Сорён многозначительно ухмыльнулась.