Джон пошагал вдоль стены, все еще боясь покидать тень. Он не слышал легких шагов за спиной, но понимал, что парнишка-данмер следует за ним, заинтересованный возможной выгодой.

- Чего хотел? - спросил он Джона, когда они остановились в тени дома.

- Ищу спуск в канализацию, - сообщил тот.

- Впервые в городе? - оживился паренек. - Могу рассказать, что да как…

Джон устало посмотрел на него и подумал, что вряд ли на эти сведения можно полагаться.

- Меня интересует Темное Братство, - сказал он прямо. - Охота тебе в это ввязываться?

Воришка скис и поводил пальцем босой ноги в пыли.

- Просто проводи до спуска, получишь дрейк, - сказал Джон. - И лучше молчи об этом… сам понимаешь.

- Убьют тебя, дядя, - хмыкнул паренек.

Джон порылся в кармане, вытащил одну из монет, валявшихся там на всякий случай, и поманил ею собеседника.

- Тебе что за печаль? - спросил он. - Я к ним с подарком. Веди.

Паренек провел его задворками рынка, где кисли на жаре объедки и зудели жирные синие мухи, и указал на что-то темное под далекой городской стеной.

- Спуск там, через люк, - сказал он. - Ближе не пойду.

Джон отдал ему обещанную награду и отправился к стене, следуя вдоль канала, где плескалась вялая вода и плавал мусор. С содроганием подумав о том, в какой хлев он решил сунуться, он открыл люк и стал спускаться по лестнице, притворив над головой тяжелую крышку.

Ему уже доводилось бродить по канализации Вивека, так что Морнхолд его не слишком удивил. Даже обрадовал, поскольку здесь не было той ужасной жары, что царила наверху. Подземелья были обширными, просторными, и свиставший повсюду сквозняк делал это место хоть немного, но переносимым.

Джон призадумался. Город велик, а катакомбы под ним, наверное, и того больше. Как найти здесь братство убийц - и желательно до того, как они найдут его? Или просто пойти вперед, планомерно зачищая окрестности?

Он свернул за угол, знакомясь с территорией, и наткнулся на каджитку, ловко юркнувшую от него в темный закуток.

- Я тебя вижу, - сообщил Джон, счастливый владелец зачарованного пояса.

- Ахния тебя не знает, - зашипела кошка, светя глазами из темноты. - Ахния не будет с тобой говорить.

- Ахния, - улыбнулся он. - Ну, вот и познакомились. Я Джулс.

Каджитка заплевалась и зафыркала, явно злясь на традиции родного народа говорить о себе в третьем лице.

- Просто намекни, - ласково попросил он, - где тут злые люди в черном. Направо, налево?

- А чего Джулс от них хочет? - подозрительно спросила кошка.

- Чтобы их не было. А еще Джулс хочет подарить Ахнии сто дрейков.

Котейка недоверчиво завозилась в своем закутке, так и эдак прижимая чуткие уши. Устав ждать, пока она решится, Джон извлек из рюкзака кошелек с деньгами, завлекательно им помахал и киса наконец-то согласилась перечислить нужные повороты.

- Старый Морнхолд, - сказала она. - Район поместий.

Он кивнул, передал ей кошелек и по беглому взгляду Ахнии понял, что от даэдрических перчаток столько же вреда, сколько пользы. Кошка явно решила, что такому добру незачем пропадать в логове Темного Братства, где глупого Джулса, конечно же, убьют.

Он отвернулся, якобы собираясь уйти, и крикнул:

- Муль Ква Див!

Клинок убийцы безвредно скользнул по драконьему доспеху, а Джон развернулся и впервые применил по назначению замечательный даэдрический танто, которым разжился в Вивеке.

Что ж, хотел он этого или нет, а зачистка подземелий все-таки началась. Уложив обмякшее тело на пол и подобрав с трупа стеклянный кинжал и свои же дрейки, он пошел вперед, следуя указаниям покойной Ахнии и размышляя, правильное ли направление она ему дала.

На всякий случай он начал оставлять на поворотах метки - закопченные круги от огненных шаров. Это было единственным, на что годилась его боевая магия, и Джон с ухмылкой вспомнил, как расхвастался в канцелярии Сейда Нин - у него, мол, талант к магии разрушения. По факту получалось, что заклинаниями именно этой школы он и не пользовался.

По дороге ему попадались то нежить, то крысы, и он цинично подумал, что уж во всяком случае не останется тут голодным. Хватит ли у него духу снова появиться в Морнхолде - по крайней мере, при свете дня, - все еще оставалось под большим вопросом.

Он вспомнил, как расхаживал под солнцем Скайрима, будучи вампиром. Питался светом, красовался румянчиком - это Серана отмечала особо, - удивлял Харкона и Валерику и чувствовал себя прекрасно. Но теперь, с самого прибытия в Морровинд, солнце его мучает, слепит и жарит, словно он какой-то ходячий кусок Обливиона. Он помнил, каким нестерпимо ярким был свет на скромной пристани Сейда Нин, где его встречал приветливый стражник с бумагами.

Может, Акатош от него отвернулся? Из-за того, что он убил Виртура, скажем… а может, еще что-то сделал не так… Или это просто побочный эффект от печати?

Понимая, что ответов ему никто не даст, Джон вздохнул и продолжил мыкаться по канализации.

Рассохшаяся дверь и в самом деле вела в район поместий, в этом Ахния не соврала. Прикрывшись хамелеоном и осторожно просочившись внутрь, он стал пробираться вперед - и замер, вдруг разглядев силуэт караульного совсем неподалеку. Знакомые доспехи, уродливый шлем с круглыми стеклышками - да, он явно пришел куда надо.

Отступив назад, Джон призвал лук и как следует прицелился. Доспехи у убийцы тонкие, легкие, от стрелы такие не спасут…

Затащив тело в уголок, он обшарил его, но ничего интересного не нашел и призадумался. Как ему выяснить, кто его заказал? Где искать сведения? Или просто перебить здесь всех? Нет убийц, не будет и покушений, ведь заказ исполнять больше некому. И к тому же истреблять Темное Братство - это, можно сказать, их семейная традиция…

Тут Джон призадумался еще сильнее. Братство подчиняется Слышащему и Мамуле, это он знал от Арьи - и прекрасно помнил, как та схлопотала половником в лоб за вранье. И чтобы все это могло случиться в будущем, он не должен даже близко подходить к Мамуле сейчас, в прошлом. К счастью, хотя бы убить шута Цицерона риска нет, ведь тот еще не родился.

Так, решил Джон. Вряд ли у Братства есть лишь одно отделение, да и то в Морнхолде. Он вполне может положить тут хоть всех, главное, не подходить к подозрительным большим ящикам и страшным стальным гробам любого рода. Или можно поступить даже лучше - выловить одного убийцу, подчинить Криком и пусть рассказывает новому хозяину, что да как.

Джон с недовольством посмотрел на труп и подумал, что зря поторопился. Потом вспомнил напавшего на него возле Пещеры Воплощения и разозлился еще сильнее. У него была возможность выяснить все, что нужно, еще там, в Вварденфелле, но он сдуру поспешил и просто пришиб врага. Да, с перепугу и в смятении чувств, но кому от этого легче?

Мотнув головой, он стряхнул остатки злости и постарался сосредоточиться на настоящем. Каменистый туннель уходил вперед и выглядел пустым, но вряд ли впереди будет так же пусто. В самом деле, не убил же он последнего…

Джон стал осторожно пробираться вперед, вертя головой и выискивая новые силуэты в уродливых шлемах. Добравшись до обширной пещеры, где в скале виднелась вполне цивилизованная круглая дверь, а в стороны змеились ответвления, он нашел себе сразу три жертвы и кинул в них камешком.

Убийцы забеспокоились и пошли проверять, кто там шуршит. Джон поджидал их, спрятавшись под чарами хамелеона, а когда они оказались достаточно близко, накрыл их Криком:

- Гол Ха!

Убийцы зримо обмякли, растеряв настороженность, но ту’ум, разлетевшийся среди камней, конечно, не мог не привлечь внимания. Из ответвлений полезли новые черные фигуры, и Джон аж охнул, увидев, сколько их.

- Покончите с ними, - шепотом приказал он троим, кивнув в сторону пещеры, и убийцы послушно снялись с места, растворяясь в тенях.

Может, это окажется не так уж сложно, усмехнулся он, наблюдая за озлобленной паникой, разгоревшейся внизу. После того, как пара черных фигур улеглась на пол, схлопотав по отравленному дротику, остальные загудели, как рой ос, - еще бы, ведь дротики-то знакомые…