Джон презрительно фыркнул, скомкав письмо. Он дракон. Смешно даже представить, будто спятивший божок способен предложить ему что-то получше. К тому же Довакину не слишком нравились идеи кого-то откуда-то выметать, а между тем Дагот Ур, как и многие другие данмеры, был несколько нерасположен к н’вахам - и явно ожидал, что Джон по первому требованию побежит гнать прочь из Морровинда и Гальбедир, и Кая, и Эстирдалин, а Ажиру, видимо, продаст в рабство.
Дельфина, помнится, тоже много чего думала. Но где теперь она, а где Салокнир. Да и Алдуин с Партурнаксом, если уж на то пошло…
Тут Джон вспомнил, что он в прошлом, и понял, что размышления его не согласуются с временной линией. Ну и пусть, хмыкнул он и пошел рыться по окрестностям в поисках добычи.
Собрав все, что нашлось ценного, он с интересом повертел в руках амулет с выпученным глазом, который по заверениям Прелести здорово понижал привлекательность. С учетом того, что с ним сотворил Шеогорат, такая штучка еще может пригодиться. Мало ли.
Сотворив заклинание вмешательства Альмсиви, он гадал, куда же его занесет, и с радостью обнаружил, что попал прямиком в Балмору. Каю не придется слишком долго его ждать.
*
- Боги, - прошептал Косадес, когда Джон возник у него на пороге.
- Что? - удивился усталый, но довольный собой Довакин, откидывая капюшон. - Задание я выполнил, Гареса убил. Я молодец.
- Так вот как это выглядит…
- Ты о чем? - занервничал Джон. - Что выглядит?
Шпион порылся в завалах на столе и сунул ему в лицо зеркальце. У Кая в этом бардаке аж зеркальце есть? Ого.
Джон удивленно фыркнул, а потом наконец разглядел, что это зеркальце ему показывает.
Его лицо оплыло, словно нагретый воск, черты исказились. Глаза смотрели мутно и бессмысленно. Он и прежде чувствовал себя не слишком хорошо, но думал, что просто устал…
- Это… это корпрус? - спросил он, видя, как прямо на глазах лицо кривится все больше, а сбоку на шее начинает расти какая-то мерзкая шишка.
- Меня сейчас вырвет, - деревянным голосом сообщил Кай и отошел от Джона подальше, забрав с собой зеркальце.
- К-к-кажется, это не заразно, - попытался успокоить его Джон, сам начиная сходить с ума от тревоги. - Дагот Гарес меня проклял. Это магия.
- Я тут порасспрашивал, - сказал Косадес, прикрыв лицо тряпочкой. Уверения, что корпрус не заразен, явно не слишком его убедили. - Вот как знал, что подхватишь ты дрянь… Есть один такой Дивайт Фир, древний маг Телванни. Содержит Корпрусариум. Пытается лечить жертв болезни.
Дивайт Фир, вспомнил Джон. Гальбедир говорила, что с ним вполне можно иметь дело.
- Значит, пойду к нему, - вздохнул Джон, поворачиваясь к двери.
- Погоди, - остановил его Кай. - Возьми. Подаришь ему эту двемерскую штуковину, он их коллекционирует. И еще вот тебе тысяча дрейков на расходы. И зелья левитации, в башнях Телванни без них никак… Боги, - снова выдохнул он, глядя на лицо подопечного.
Кажется, теперь мне и амулет непривлекательности не нужен, расстроился Джон, подхватил мешочек с деньгами, зелья и странную растопырку, которая предположительно могла смягчить сердце древнего волшебника.
- Тель Фир находится на острове, на юго-запад от Садрит Моры, - напутствовал его Косадес. - Лучше двигай через Гильдию Магов, так быстрее… Только не зарази их там!
- Да не заразный я! - чуть не заплакал Джон, ощущая, как все больше плывут и расползаются и лицо и тело.
Чтоб вам всем опухнуть с вашими пророчествами, думал он, вываливаясь на улицу с растопыркой в руках. Проклятие плоти, придумают ведь… И после такого Дагот Ур всерьез думал, что я посчитаю его другом? Ага, как же!..
А что будет, если даже Фир не сможет помочь? Как вылечиться? Как вернуться домой?..
Внезапная идея возникла у него в голове. Содрогнувшись при мысли о цене, которую может заломить Молаг Бал, Джон шевельнул рукой, творя заклинание возврата, и оказался в святилище, где все еще оставалась его пометка.
Пробежав по залам и туннелям, он на крылах бракованного амулета слетел вниз к алтарю, где до полусмерти напугал своим видом юную эльфку.
- Ай, мамочки! - запищала она и ударилась в бегство, едва не сверзившись с мостика в лаву. Молаг Бал хохотал так, что статуя чуть не рухнула.
- Такая молодая, а туда же, - заворчал Джон. - Не рановато ли ей поклоняться Пожинателю Душ?
- Она лет на сто старше тебя, между прочим, - остудил его праведное негодование Принц. - Ну что, болезный? Уже влип?
Джон неловко повел в воздухе двемерской растопыркой, признавая, что да, влип.
- И сразу ко мне, - зафыркал Молаг Бал. - Тут тебе что, благотворительная лечебница?!
- Никогда не посмел бы так оскорбить, - поспешно заверил его Джон, чувствуя, как от голоса Принца Гнева крякнули все кости.
- В этом пророчестве, - назидательно сообщил Бог Интриг тоном пониже, - самое важное - это гласность. Если я тебя вылечу, кто об этом узнает?
- Но ты же можешь? - с надеждой спросил Джон.
- Может быть. Болезнь божественная, не даэдрическая. Но что ты мне за это предложишь? - вкрадчиво спросило чудовище.
- Э-э, - замялся Джон. Скажи хоть слово - и тут же подловят, уж в этом-то он не сомневался.
- Иди-ка ты куда шел, - хмыкнул Принц. - Старый сплетник уже рассказал мне, что Фир тебя вылечит. И не потому что может. Он не может. А потому что так должно быть.
Старый сплетник? Ну конечно, и тут замешался Энн Мари. Джон чихнул и жалобно утер раздутый, потерявший всякую форму нос.
- Дракон с насморком, - задумчиво молвил Молаг Бал. - Чего только в жизни не увидишь. Даже в моей… Ладно, перекину тебя в Тусененд, к другому алтарю. Иди прямо через горы на северо-северо-восток, до Тель Фир там недалеко.
- Благодарствую, - сварливо ответил Довакин, чувствуя, как буквально весь обрастает шишками и наростами. Еще немного и одежда просто начнет на нем лопаться, не вмещая гнусную раздутую плоть.
Дагот Уру не жить, пообещал он сам себе, пока мир вокруг него колебался, сменяя одно святилище на другое.
*
Перевалив через горы и отбиваясь от надоевших наездников - в одного он даже швырнул отпавшим с него оковалком мяса, - Джон пошагал по воздуху над морем, высматривая впереди грибные башни Тель Фир. Башни и впрямь довольно скоро показались в свежей утренней дымке и Джон прибавил шагу, желая как можно скорее решить больной вопрос. Он уже едва мог держать двемерскую растопырку в потерявших всякую форму руках.
В Тель Фир к нему отнеслись спокойно - видимо, местным обитателям приходилось видеть и не такую степень распада. Симпатичная узколицая данмерша поприветствовала его, назвалась Бейтой Фир и вежливо поинтересовалась, не хочет ли он разграбить сокровищницу.
- А я похоф на того, кто хофет?- спросил ее Джон, глядя на нее с укоризной и с трудом шевеля распухшим языком.
- Ну, я просто для порядка спросила. Отец говорит, надо быть вежливыми и любезными. Болезнь - не повод для дискриминации.
- Мне офень нуфно с ним встрефифься, - загнусавил Джон. - У меня даве ефть рафтопырка.
- О, двемерский когерер, - обрадовалась эльфка. - Ему понравится. Иди направо, а дальше наверх. Летать-то умеешь?
Джон кивнул и поплелся направо, скрипя костями и мучаясь от тошнотворной боли во всем нутре.
Лорда Фира он нашел в студии, осиянной мягким светом огромного фиолетового кристалла. Древний волшебник был принаряжен в полный комплект тяжелой даэдрической брони и Джон, даже невзирая на свое жалкое состояние, тут же задумался, сколько она может стоить. И как, интересно, тощий эльф ухитряется таскать ее на себе, не падая от изнеможения?
- Какая у тебя любопытная двемерская штучка, - хищно присмотрелся старый маг к растопырке.
- Эфо вам, - трагично сказал Джон, протянув когерер и роняя из лопнувшего рукава ошметки гадкого корпрусного мяска.
- Подарок? Мне? - обрадовался Фир, хватая штучку и, как отметил Джон, совершенно не боясь заразиться. - Как мило! И умно. Итак, зачем же тебе понадобилось задобрить меня? - спросил он с хитрой усмешкой.
