Зверь отшатнулся, сделав шаг назад, сойдя с Карла. Шерсть ушла под кожу, всё ещё вызывая чудовищный зуд, лохмотья штанов опали на кожу ног, оскал исчез, лишь раздражённый белок был красным. Логан отдышался, после оглядел неподвижное тело юноши, по едва ли не взрыхлённой спине которого текла кровь.
– Карл… – мужчина бросился к юноше, в первые несколько мгновений побоявшись его трогать. После он осторожно поднял его, прижав к себе, чтоб не уронить, и сделал мощный прыжок – сила оборотня оставалась в нём даже в человеческом обличье. Вскоре они оказались в его комнате, которая также располагалась на арене. Логан обработал рану, но поскольку та была глубокой и довольно широкой – ему пришлось её зашить. К счастью или нет, но благодаря долгим скитаниям он умел это делать. Лишь после всего этого он перевязал юношу. Его руки подрагивали – он впервые за очень долгое время сорвался. На сущие мгновения – но сорвался.
Карл пришёл в себя нескоро и с трудом сел на походной кровати Логана.
– Чувствуешь все конечности? – сразу спросил мужчина. Он боялся, что задел позвоночник. По этой же причине он испугался нести юношу в госпиталь. Карл перевёл на него взгляд, его радужка вновь светилась. Юноша поднялся, попытавшись надеть свитер. Логан хотел ему помочь, но Карл резко отмахнулся от него, тут же скривившись от укола боли, побелев от неё.
– Не трогай меня. И смей… ко мне подходить. Этого я тебе не прощу.
– Я предупреждал тебя, чтобы ты не приходил в луну…
– Я не о шраме, Логан! Я о твоих словах.
И с этими словами Карл быстро ушёл из комнаты. Как, казалось, ушёл из жизни Логана. И по этой реакции мужчина понял: он действительно был прав.
* * *
Карл открыл глаза. На его груди сопела белка, нагло улегшаяся поверх одеяла на хозяина. Юноша взглянул на часы, слегка подсветив глаза, чтобы увидеть в темноте. Было около полуночи. Рафаэль спал, уткнувшись в подушку щекой. Юноша сел, переложил Гектора на подушку, беззвучно оделся и прошёл к маленькому холодильнику. Достав оттуда что-то, Карл убрал это в рюкзак, закинув туда же нечто, что достал из его своей сумки, всегда стоявшей у кровати. После этого юноша, не разбудив Рафаэля, покинул комнату.
В чистом ночном небе мерцание звёзд затмевало яркое сияние лунного диска. Казалось, это ядовитое свечение проникало под кожу и прожигало насквозь, словно концентрированная кислота. Карл дошёл до арены, закрыв за собой дверь и пройдя к одному из крытых её помещений. Внутри от стены к стене слонялась высокая, но поникшая фигура Логана. Он был в одних брюках, по зеленоватой коже струями катился пот, босые ноги были в пыли. Его тяжёлое дыхание наполняло помещение. Когда Карл остановился возле закрытой двери, Логан обернулся к нему. Под его глазами были глубокие синяки физической муки, нитевидные сосуды белка ярко выступали бардовыми полосками, едва не пульсируя. Зрачок трепетал, периодически меняя форму и сужаясь.
– Я же сказал… чтобы ты больше не приходил в полнолуние.
Карл ничего не ответил, молча снял с плеча рюкзак и достал оттуда то, что взял в холодильнике, и бросил его на пол, к ногам Логана. Это был большой кусок сырого мяса, завёрнутый в марлю. Кровь ещё проступала сквозь неё. Раздался хриплый выдох, ноги Логана подкосились, он схватился за челюсть, с уголков губ и через приоткрытую из-за появившихся клыков часть рта потекла слюна голода. Он хотел отстраниться, но, не выдержав, словно зверь набросился на мясо, начав вгрызаться в него. Карл в это время спокойно прошёл к стоявшей у стены скамье, скинув ветровку и начав стягивать свитер. После он достал из рюкзака странный предмет, очевидно, являвшийся атрибутом одежды. Это напоминало нагрудный щит своей прочностью или кольчугу своей эластичностью. Натянув её на голый торс, Карл сел на скамью, без толики отвращения наблюдая за Логаном. Вскоре тот не оставил от куска мяса ровным счётом ничего, его губы были испачканы алым цветом. Он отдышался, утерев рот рукой, после поднял взгляд к юноше.
– Зачем ты снова пришёл?
Карл поднялся, прошёлся возле стены, сняв с неё посох. Хуже всего он управлялся именно с этим оружием. Хуже – как ему казалось. Но и доверял он ему больше, чем мечам. Юноша прошёл к Логану, посмотрев на него сверху вниз. И вдруг ударил его посохом. Логан упал на пол, но после поднялся, попятившись.
– Не пытайся!
Карл снова надвинулся на него, замахнувшись. Тогда тело Логана исказилось, колени выгнулись, из-под кожи вырвалась жёсткая шерсть, мгновенно покрывшая его тело. Что-то человекоподобное оставалось в его фигуре, он всё ещё мог перемещаться на двух лапах. Но линия челюсти была искажена, пасть обрамляли два ряда острых зубов, взгляд стал бешеный. Он ещё помнил себя. И прекрасно понимал, зачем Карл всё это делает.
Карл начал бой. Он отражал атаки, хотя получал царапины – мощь броска оборотня была поистине звериной. Логан бросался на обидчика, не давая передышки, лишь изредка прижимаясь к полу передней частью туловища, чтобы подготовить бросок. Иногда он промахивался – реакция Карла была завидной – и пролетал к противоположной стене, но отталкивался от неё всеми четырьмя лапами и контратаковал. Пропустив несколько ударов, зверь рассвирепел и начал пытаться добраться до юноши, но в последний момент всегда останавливался. Он не мог на него наброситься, просто не мог… во всяком случае – пока был в себе. Но в мгновения слепой ярости он забывался, и в момент одного из бросков смог сбить Карла с ног, накинувшись на него, но тот успел поставить блок, и челюсть оборотня сомкнулись на посохе. Когда посох затрещал, готовый в любую секунду треснуть, Карл пнул оборотня в живот и сбросил его с себя. Логана отбросило, и он не стал подниматься.
Карл встал, опершись о посох и утерев лицо, едва ли заметно пытаясь отдышаться. После он достал из напоясного чехла пистолет и выстрелил в оборотня, тот коротко взвыл, из него торчал дротик транквилизатора. Тело дрогнуло, шерсть начала медленно-медленно уходить. Карл прошёл к своей сумке, снял защиту, но и свитер надевать не стал. Повесив на место посох, он прошёл к телу Логана и дождался, пока то станет человеческим, после вынул дротик и помог мужчине подняться. Верней, почти сам поднял его, тот едва ли стоял на ногах. Перекинув его руку через своё плечо, он повёл его к душевым. Включив там воду, он усадил Логана под струи воды. Когда вода коснулась раскалённой кожи того, его глаза открылись. Он нашёл взглядом юношу и сказал после долгой паузы:
– Зачем ты каждый раз делаешь это?
– Ты приучил меня к тренировкам. А техника боя с посохом у меня далека от идеала. Другого соперника мне не найти.
Логан не отозвался и попытался подняться. Из-за своего роста он почти упирался головой в держатель душа. Упершись руками в стену, он закрыл глаза.
– Ты прекрасно видел, какая сегодня ядовитая луна, и знал, что я могу сорваться. Зачем ты пришёл.
– Мне повторить?
– Где ты только находишь сырое мясо… – после паузы выдохнул Логан.
– Это мелочи.
– …Спасибо.
Больше Карл не сказал ни слова и вскоре исчез. Логан с трудом добрался до своей комнаты, которая больше напоминала склад боеприпасов в миниатюре. Он привык жить в походных условиях. Вся арена принадлежала ему, он мог выбрать любую комнату, любое помещение, переоборудовать его, но он предпочитал такую жизнь. До утра он так и не смог сомкнуть глаз. Ноги выламывало, но он знал, что стоит лишь провести утреннюю пробежку – и всё пройдёт. Заложив руки за голову, он смотрел в потолок.
Нима даже не смотрела в его сторону и не отвечала на его взгляды. Карл… он был далеко. Его единственный настоящий ученик всегда был далеко, а сейчас, кажется, и вовсе принадлежал другому, ему одному открытому миру. Логан нахмурился. Он встал, накинул брюки с жилеткой и выбрался на улицу. Оттолкнувшись от земли, он допрыгнул до одной из небольших башенок, уцепился за выступ черепицы соседнего здания, отпрыгнул к другому и добрался до часовой башни. Ухватившись за шпиль, он отдышался, после стиснул зубы и нахмурился. А затем резко выгнулся, закинув голову назад, и студентов ближайших корпусов разбудил протяжный волчий вой.