Арно сделал несколько глубоких вдохов и посмотрел на командира.

Она понимала… Как можно скорее… Нужно очнуться, чтобы найти других. Эта задача стучала в ней вместе с пульсом. Но тело не слушалось её.

Тогда Арно резким движением поднял девушку за руку. Настолько резким, что Марон хрипло охнул рядом с ней, а Коул молниеносно вскочил рядом, готовясь, если понадобится, отгораживать Картрайт от парня. Андерсен встряхнул её за плечи. Раз…два… Не жестоко, не больно. Но действенно.

— Очнись, Картрайт! Остальные должны быть ЖИВЫ! ОЧНИСЬ! — она никогда не слышала, чтобы он кричал. Сейчас его голос отрезвил её. Очистил её…в буквальном смысле

Девушка почувствовала резкий приступ рвоты. Она быстро наклонилась над травой и вырвала из себя всё, что могла, пока Коул и Марон терпеливо хлопали её по спине…

И это — тот самый новый командир третьего отряда. Позор…

Рёв был все ближе. Девушка осмотрелась. В один миг весь покой, царивший наверху, превратился в какофонию звуков битвы.

Наконец, вдалеке, они заметили две громадные фигуры. Эрен действительно превратился, но где остальные? Девушка озиралась по сторонам в поиске знакомых фигур. Словно во сне. В кошмаре. Она не хотела верить в то, что все происходит на самом деле. И как будто в ночном кошмаре, она не могла закричать и позвать кого-нибудь.

Похоже на сонный паралич. Но это не сон. Это реальность.

Предательская пелена слёз мешала смотреть. Глаза щипало.

— Юэла! — срывающийся голос. Знакомый крик.

Этот крик всегда приводил Юэлу в чувство.

Лиана…

Картрайт приземлилась на землю рядом с Роуз и обняла её. Девушка была вся в крови. Израненная, вспотевшая но, видимо, единственная, кто осталась стоять на ногах. Или, о боже, единственная, кто выжил вообще. Они защищали её. Так же, как когда-то защищали Картрайт. Это было заложено в них — отважных мужчин…

— Лиана, где другие? — спросил Марон, слегка обнимая девушку за плечи. Та тяжело дышала:

— Эта тварь превратилась… неожиданно, мы пытались её одолеть… но она генерировала какие-то непонятные…э-э-э… к…к…кристаллы на своём теле, мы сломали все свои клинки, Даниеля и Люка раздавила она, а Роберт…она разорвала его…они… м…м…мертвы, я не знаю где они… остальные ранены…я боюсь они не доживут…

— Доживут… доживут! — произнёс Марон.

Роуз переходила на открытые рыдания. Паника. Заикание. Испуг.

Юэла отчётливо ощущала эту волну, накрывшую подругу.

Марон подхватил её и обнял. Арно

и Коул слушали, не двигаясь и не дыша. Как хорошо, что Роуз не сказала самого ужасного, что могло случиться.

— Где мой отряд? — спросил Арно. Его голос стал немного мягче.

Лиана кивком головы указала направление. Коул, Юэла и Арно многозначительно переглянулись и побежали в ту сторону. Картрайт повернулась на Роуз. Девушка глубоко дышала. Слабость одолела всех их. Потому что сила противника была недооценена… Потому что она была выше остальных.

Близнецы лежали без сознания, но пульс ещё был. Томас с трудом держался на ногах, пытаясь расшевелить товарищей. Кристиан перевязывал ногу Алена, а рядом валялось бездыханное тело Люка.

— Юэла, Коул, Арно, вы живы…— на последнем издыхании вскрикнул Ален, облегчённо улыбаясь друзьям. Картрайт отчаянно пыталась не заплакать снова. Её друзья были все в крови.

Но были живы.

Самый мощный отряд в мире почти одолел один единственный титан.

Опытнейших воинов растоптали в прах.

НО ОНИ БЫЛИ ЖИВЫ.

От них ждут большего, чем просто выжить. От них ждут немедленной победы. Но это такие же солдаты, как и все остальные. Просто ловче… Одарённее… Просто чуть-чуть лучше… Они не всесильны. Они смертные…

И все равно.

СЕЙЧАС ОНИ ЖИВЫ

Больше ничего не надо.

— Вы должны помочь Эрену, — выдохнул Томас, сплёвывая кровь на голую землю.

— Единственный, кто сможет победить эту краснозадую херню, это Эрен, а вас надо срочно отправить домой, всё равно все готовятся отступать. Эрвин бьёт тревогу. Они уже собирают телеги, операция провалилась. — сквозь зубы процедил Коул. Ален вскрикнул от боли. Юэла вздрогнула.

— Значит, все эти смерти были зря…—обессилев, Кристиан взглянул сначала на Арно с Коулом, а потом в сторону оставленного тела Даниеля.

Арно шумно вздохнул, сжав губы и прикрыв глаза на несколько секунд:

— Да.

Картрайт хотела возразить. Точнее, раньше она возразила бы. Взорвалась и сказала, что все это не зря, все образуется.

Но теперь она могла только согласиться. Молча. Потому что Андерсен всегда был оптимистом. Он легче воспринимал все вокруг, чем кто-либо из отряда Аккермана. Несмотря ни на что он был счастлив…

И даже такой человек сейчас признаёт, что всё зря. Опускает голову и руки.

Все провалилось. Ни в чем больше нет смысла. Их товарищи погибли. И, вероятнее всего, зря.

Отрезвило лишь появление титанов из-за деревьев.

Медлить нельзя. Надо вытаскивать раненых.

— Томас, Арно, Марон и Лиана. Вы берёте пострадавших и мертвых и увозите их в лагерь. Там, на телегах или на конях отправляетесь домой. Что бы ни произошло, не возвращайтесь… Коул, ты поможешь мне их задержать.

— Это приказ Аккермана? — недоверичиво спросил Кристиан, обеспокоенно глядя на них. Юэла властно взглянула на него. Вагнер в один момент заткнулся под давлением.

— Нет, Крис, это мой приказ…живо!

Титаны заметили их, и теперь, ускорившись, своими уродливыми походками неслись прямо на них.

— Быстрее! — закричала Картрайт. Солдаты повиновались. Не потому, что были согласны с приказом. А потому что хотели верить Юэле. Лиана обернулась на Картрайт и Макклагена. Смотря на них, как в последний раз.

Что ж… Возможно это и был последний раз.

Арно тоже обернулся, ободряюще подмигивая своим друзьям. Юэла закусила губу. Сквозь напускной оптимизм Андерсена она всё равно разглядела тревогу. Она поклялась себе, что так же сможет спасти и Коула. Даже если погибнет при этом сама.

Надежда внутри неё то загоралась, то снова потухала.

Смысл должен быть. Он станет понятен потом. А сейчас… А сейчас битва.

***

— Сбрасывайте трупы, — приказал Аккерман сквозь плотно сжатые зубы, скорбно смотря на тела Даниеля, Розенберга, и…

…Брандона, умиротворённо лежащие на телеге. Командир второго отряда погиб, защищая его. Своего воспитанника. Леви Аккермана.

В ушах до сих пор стоял отчаянный, предсмертный крик, когда сбежавшая пленница легко раздавила его своими пальцами…

Ей ничего это не стоило.

Не стоило бы, если бы не Аккерман, который выместил на ней всю злость, всю ненависть и всю боль, которая когда либо появлялась внутри него. Отомстил… Не так, как хотелось бы.

Но это единственное, что он мог сделать. Он обречён. Он ограничен.

И ограничивает его Эрен Йегер. Если бы не нужно было спасать его, он бы дал той сволочи почувствовать в сто раз больше.

— Но, командующий Аккерман…— взмолился Ален.

— Я сказал, Дюран, сбрасывайте трупы…— два солдата его отряда, Вагнер. Дюран, оставшиеся рядом с ним, ощутили ту горечь, которая исходила от из командира. Ледяную. Режущую больнее ножей. Его руки были скованы, и он ненавидел это так же, как и они. Он проклинал этот мир так же часто, как и они…

Ален зажмурился. Поднял тело старика, совсем лёгкое… Сухое.