— Э как тебя понесло, — ухмыльнулся Клинч. — С точки зрения морали их вообще лучше не убивать, только кто на неё опирается? Уж точно не вы, сталкеры.
— Но-но, майор. Человек — это в первую очередь хищник, и убивать у него в крови. Мораль, не мораль, а от природы далеко не убежишь, особенно когда другого выхода не остаётся, — прошептал Химик.
— Тоже верно, — ответил Клинч. — Тогда зачем вопросы задаёшь? Стреляй в того, кто на тебя смотрит.
Раздался едва слышный хлопок, и раненый олень завыл. Самого мелкого из зверей отбросило в сторону чудовищным ударом, однако, вопреки ожиданиям, он быстро поднялся на копыта и рванул в лес, вслед за своими родителями.
— Куда ты ему стрелял? — спросил Пригоршня.
— В сердце целился. Ну, может, попал чуть ниже, — ответил Химик. — Всё равно далеко не убежит. Пойдём по следам крови.
Добыча нашлась спустя пару десятков метров. Оставшиеся два оленя бросились врассыпную при виде людей. Раненый был ещё жив, что, впрочем, Химик быстро исправил, полоснув лезвием ножа по горлу.
— Тушу будем нести по очереди, — сказал Андрей, вытирая нож о траву. — Придётся немного испачкаться…
— А голову ему нельзя было скрутить? — перебил Пригоршня.
— Взял бы да и скрутил, — отмахнулся Химик. — В общем, к дому пойдём пока по низине, подниматься не будем. Я видел, к нему вела тропа с запада. Попробуем на неё выйти, а пока — перекур. Никита, подвесь тушу на ветку, пусть с неё хоть кровь стечёт…
Примерно через полчаса группа выдвинулась на запад вдоль склона. Атмосфера царила мирная: сталкеров окружали зелёные деревья, а из звуков раздавались лишь редкое пение птиц и шелест листьев. Казалось, что мужчины просто вышли на охоту и несут домой добычу, где любящая жена её обязательно разделает и приготовит, а мужики возьмут по бутылке пива и отметят свою удавшуюся вылазку. Словно никакой Зоны не существует. Вот только так быть не могло, и сталкеры это знали. Не может быть никакой любящей жены. Никто не захочет жить с адреналиновым наркоманом, который одним своим присутствием заставляет лампочки в доме светиться без электричества.
Внимательность — верный спутник и единственный друг сталкера, который может не раз спасти жизнь. Когда идёшь по светлому лесу и видишь, что тебе ничего не грозит, внимание притупляется. Может помочь только способность видеть подвох во всём светлом и безмятежном.
— Пригоршня, стой! — крикнул Химик впереди идущему товарищу.
Никита поправил свою ношу и вопросительно посмотрел на напарника.
— Когда сказано «стой», нужно замереть на месте и не дёргаться до следующей команды! — прорычал Химик. — Три шага назад! Медленно!
Пригоршня непонимающе попятился и снова начал сверлить своего спутника вопросительным взглядом.
Умение замечать необычные детали и есть та самая внимательность. Сталкеры, как правило, выковывают её на своей шкуре, развивают её наравне с шестым чувством. Эти качества остаются с ними навсегда.
Идеальный круг из примятой травы красовался в нескольких шагах от Пригоршни. Похоже на «трамплин». Вот только в лесу не может быть аномалий. Химик гадал, правильно ли он остановил своего товарища, или же сталкерские качества сыграли с ним злую шутку. Но вот же, примятая трава и едва заметный сквозняк, хотя ветер дует совершенно в другую сторону. Почему этого никто не заметил?
Химик достал из кармана болт и взвесил его на ладони. Никита посмотрел на друга со скепсисом, но во взгляде Пригоршни читалось и понимание. Болт очертил небольшую дугу и устремился прямо в центр проплешины, но до земли так и не долетел.
Ударная волна, словно от взрыва гранаты, едва не сбила сталкеров с ног. В воздух поднялись вырванные стебли травы. Стало трудно дышать. Все трое замерли в замешательстве, не зная, что и думать.
— Твою мать… – выдохнул Пригоршня, хлопая глазами, словно пытаясь убрать наваждение. — Как?
— Вот тебе и открытый разлом между мирами, — сказал Химик.
— Откуда она здесь? — спросил Кунченко. — Без аномальной энергии порождения Зоны не могут появляться даже за Периметром, а уж тем более — в другом мире!
— Мне кажется, здесь уже есть то, что генерирует ту самую энергию, — сказал Химик, вспомнив странные сферы на склоне горы.
— Но зачем они здесь? — недоумевал Никита.
— А вот не знаю. В любом случае, теперь мы не на прогулке. Смотрим по сторонам и следим за обстановкой. Пригоршня, становись замыкающим. Тушу давай сюда, я тебя сменю…
Лес казался по-прежнему безопасным, вот только безопасность его, как оказалось, обманчива. Этот клочок земли в любой момент мог превратиться во вторую Зону, и кто знает, как далеко она раскинет свои липкие щупальца в этот раз.
Заросший домик встретил сталкеров запахом сырости и давно прогнившего дерева. Наверняка всевозможная живность давно облюбовала себе замшелые брёвна, из которых состоял дом. Оставалось только надеяться, что в этой реальности нет каких-нибудь смертельно опасных сколопендр, норовящих пролезть в нос, чтобы оставить там своё потомство, пока люди спят.
Пригоршня принялся обустраивать место для отдыха отряда, а Химик усиленно пытался привести ужин в более подходящий для употребления вид. Кунченко же ушёл осматривать окрестности. Его не покидало ощущение слежки. Он поделился своими опасениями со сталкерами и изъявил желание проверить все доступные тропы на наличие «хвоста». Побродив так минут сорок, майор ничего не нашёл, ни единого следа, кроме их собственных.
С трудом сославшись на разыгравшуюся паранойю, Клинч повернул к лагерю. Ощущение никуда не делось, скорее даже наоборот — обострилось. Казалось, будто у самих деревьев появились глаза, которые кровожадно смотрели ему вслед…
Оба сталкера расположились метров за двести от основного лагеря, выбрав дерево с густой кроной как своё укрытие. Они уже подкидывали небольшие ветки в горящий костер. Как бы ни хотелось майору не разжигать костёр, чтобы не выдавать себя, он понимал: без огня они никак не приготовят пищу.
Костер разгорелся достаточно быстро, и подвешенная на дерево выпотрошенная туша уже была пущена в ход. Над раскалёнными углями на импровизированных шампурах из палок уже висело мясо. Не шашлык, конечно, но уже лучше, чем сырым жрать.
— Эх, будь у нас немного больше времени и ингредиентов, я бы забахал суп из оленины, — мечтательно произнёс Пригоршня.
— Что-то я не замечал за тобой кулинарных талантов, — хмыкнул Химик. — Или в десантуре на занятиях по выживанию этому тоже учат?
— Да иди ты! — отмахнулся Никита. — Ты ещё не пробовал мой суп.
— Ловлю на слове, — сказал Андрей. — Когда выберемся отсюда, специально возьмём отпуск и пойдём на охоту. Там ты и покажешь мне свой шедевр. И смотри, если будет дерьмо, я лично буду учить тебя готовить.
Пригоршня что-то неразборчиво пробурчал в ответ.
Мясо получилось немного жёстким и недостаточно прожаренным. Естественно, не было соуса, и, конечно же, мясо никто не мариновал… А ещё не хватало бутылочки холодного пива и солёной рыбы. Получилось до смеха иронично, когда соус, пиво с закуской и маринад были чем-то вроде чуда, а драконы – вполне себе обыденной реальностью. К слову, пиво можно было заменить кое-чем более сильным, но всё равно получалось не то. Сталкеры и сами не помнили, когда в последний раз ели настоящий шашлык и у всех почти одновременно появилось желание это дело исправить.
— Скажите мне, что у вас есть выпить, — произнёс Кунченко. — Я в жизни не поверю, что у сталкеров не будет в загашнике какой-нибудь бутылки водки. Это же ваше лекарство.
— Обижаешь, майор, — улыбнулся Пригоршня и протянул ему флягу.
Клинч благодарно кивнул и сделал большой глоток. Зажмурившись, он передал флягу Химику.
— Сильно не напиваемся, — сказал сталкер и едва приложился к горлышку. — Я разделяю мнение Клинча, что-то мне нехорошо здесь. Однако других мест для ночлега мы просто не найдём. Спим посменно. Не дай Зона, к нам ещё какой-нибудь мутант заявится.
— Думаешь, может? — спросил Пригоршня.
