— Когда выполнишь работу, получишь свои воспоминания в награду, — проговорил Мех. — Заодно тебе и мотивация сделать дело как можно лучше. Но ты меня пока радуешь — всё идёт по плану. Сейчас наш спец вытащит из их базы данных код доступа в лабу, и мы перейдём к её штурму. Твоей задачей будет зачистка второго уровня. Выбей оттуда всех, но не повреди лабораторное оборудование, мне оно ещё пригодится.
В будку буквально ввалился грузный боец-«шкаф», оттолкнул меня и подошёл к компьютерам. Особо не церемонясь, он выхватил стул из-под покойника. Спокойно усевшись на стуле, «спец» начал что-то набирать на клавиатуре.
— Жди сигнала! — напутствовал меня Мех и развернулся к своему подчинённому.
Условный сигнал поступил минут через десять. За это время я успел полностью освоиться в экзоскелете. Его очевидными плюсами, помимо крепкой брони, были грузоподъемность и возросшая сила. Веса оружия я не чувствовал вообще, равно как и его отдачи. Казалось, дай мне в руки хоть «Миниган», и я сумею с ним справиться. Однако шестиствольного пулемёта здесь не было, зато другой плюс — сила — мог бы пригодиться. Её пределов я так и не узнал. Впрочем, смятой после удара кулака двери армейской «Нивы» мне было достаточно, чтобы понять все перспективы.
Мех ввёл код на панели возле двери, и та с характерным звуком открылась, обнажая нам неосвещённую лестницу, ведущую вниз и вправо. Несколько лучей от фонариков осветили старую побитую стену.
— Ну, товарищ, после вас! — любезно указал мне Мех на вход в лабораторию.
Я судорожно вздохнул и надел тяжёлый шлем. Он был похож на бронешлем «Алтын» с забралом, только немного легче и удобнее. В принципе, если прилетит по голове — будет больно, но не смертельно.
Я медленно спускался по лестнице. Открытая гермодверь, которая ждала меня внизу, приковывала к себе взгляд. Кто бы ни находился в лаборатории, он знал, что мы идём, и наверняка подготовил встречу. Видимо, бойцы в подземелье держали связь с патрулём на поверхности, и в какой-то момент он просто не ответил на запрос. Вряд ли мой костюм выдержит обстрел сразу из десятка автоматов. Ещё и мерцающий красный тревожный сигнал нагнетал обстановку. Лаборатория была поднята на уши — это факт.
Освещение не работало и в самой лаборатории. Как только я спустился к гермодвери, то сразу нырнул за угол, ожидая выстрелов в любую минуту. Вот только стрельба так и не началась, ни через минуту, ни через две. Собравшись с мыслями, я решил на мгновение высунуться, включив встроенный в шлем ПНВ. Никого, словно вымерли все. Это удивляло и напрягало одновременно. Как-то тут слишком тихо…
Приставным шагом я вышел из дверного проёма и скрылся за углом. Помещение, в котором я оказался, просто идеально подходило для засады. Сюда вели дороги из всех корпусов лаборатории. В зал выходило множество прикрытых металлических дверей, ведущих куда-то на нижний или на верхний уровень. Теоретически противник мог ждать прибытия основных сил и по условному сигналу хлынуть сразу со всех сторон, подавив атаку в самом её начале. Я бы сделал так.
— Крысобой, что там? — неожиданно зашипел голос в наушнике, заставив меня подпрыгнуть.
— Холл чист, однако возможна засада. Нужно проверить все проходы, но это займёт много времени, — сообщил я шёпотом.
— Проверяй второй уровень. С остальным мы сами разберёмся.
Мне осталось только пожать плечами. Я предупредил. Это жизни его людей, на которых мне, по большому счёту, насрать. Хочет их на убой отправить — пусть дохнут. Мне же лучше, когда основные силы врага будут сосредоточены на них.
Дверь, ведущая на нужный мне уровень, была правой из двух. Первая скрывала за собой какую-то подсобку со множеством изрядно поржавевших измерительных приборов. Вторая же дверь встретила меня лестничным пролётом, узкими коридорами и такой же давящей тишиной. Вот серьёзно, лучше бы уже врагов встретил. От них хоть знаешь, чего ждать.
Понятия не имею, сколько я так бродил, пытаясь найти что-то, о чём сам не знал. Прямо как в сказке. Перед моими глазами мелькали самые разные помещения. Были и наглухо закрытые, в которые можно было заглянуть только через пуленепробиваемое стекло. Одно из таких находилось ещё и в полузатопленном состоянии. В воде плавала светящаяся вязкая жижа, а на дне лежали человеческие кости. Также на стекле можно было заметить следы от множества пулевых попаданий.
Другие помещения были наполнены громоздкими аппаратами, о предназначении которых я даже не догадывался. Однако больше всего внимания привлекла комната, заставленная какими-то колбами высотой в человеческий рост. Порядка десяти сосудов, закрытых толстой металлической решёткой, стояли в ряд у дальней стены. К колбам прилагалось рабочее место с компьютером, несколькими осциллографами, вольтметрами, а также медицинским оборудованием, снимающим показания мозговой деятельности и ритмы сердца.
— Хрена себе, — присвистнул я. — Кого это вы тут исследовали?
Я подошёл к столу и порылся среди бумаг. Ничего интересного, зато в системном блоке компьютера торчала флэшка, которую я тут же подсоединил к КПК. Куча фотографий и файлов с расчётами. Однако были и несколько интересных записей…
Дневник доктора стёрто
Проект «Перерождение»
Исследования концепции мультиверсума, а также проверка гипотезы профессора стёрто о возможности перехода между вселенными посредством кротовых нор, далее — кротовин.
14.06.2016. Мы перешли к исполнительной фазе проекта «Перерождение». Мощность генераторов была направлена на гиперпробойник. Если эксперимент удастся, мы сможем подтвердить теорию мультиверсума. Это будет настоящий прорыв во всех сферах науки!
Вечер того же дня. Куда же в науке без проблем… Только бы проблемы эти были ещё научные. Всё прошло вроде бы удачно: кротовая нора открылась, мы отправили туда экспедицию, состоящую из бывших сталкеров, «добровольно принуждённых» нами к службе. Никто из них так и не вернулся, хотя им было сказано было пробыть там в течении часа, а потом вернуться и доложить обстановку. Может, сбежали, или там время по-другому идёт?..
17.06.2016. Три дня ничего не происходило. Сталкеров так и не дождались, зато дождались кое-чего другого. Утром, примерно в пять часов, к нам с той стороны явилось крылатое существо огромных размеров. За несколько секунд оно буквально выжгло большую часть охраны и персонала, дежурящего у генераторов. Пришлось применить электромагнитные ружья для его устранения. Мы не понимаем, куда открыли дверь…
18.06.2016. Не смогли мы толком изучить гостя из того измерения. На следующий же день нагрянула делегация во главе с товарищем стёрто и этими странными болванчиками из так называемого «Монолита». Тело существа забрали, игнорируя наши протесты. Ещё и приставили к нам своих пустоголовых. Это же даже не люди: у них в голове всё стерильно, глаза пустые. Как глянешь в них, так сразу начинает казаться, что смотришь куда-то в бездну и пропадаешь там. Жуть какая…
10.07.2016. Почти месяц работаем в режиме строжайшей секретности. Большую часть дня проводим в лаборатории. Если и выпускают на поверхность, то только группами, только под охраной, и то ненадолго. Даже чтобы покурить, нужно собираться и идти отпрашиваться. Кротовину так и не закрыли — изучают. Лично я видел уже третью вооруженную группу, направившуюся в неизвестность. Что же они хотят там достать? Впрочем, вскоре этот вопрос отошёл на второй план. К нам в лабораторию буквально вчера привели каких-то явно не местных личностей. Когда я говорю «не местных», я имею в виду, что вообще не от мира сего. Они ведь даже говорить нормально не умели — только мычали. Запрос был не менее странный: провести полное кодирование сознания этих людей, при этом оставив память до момента их захвата. Ещё их надо было «научить» говорить на русском языке, базовым навыкам ведения боя и владению оружием. Я даже не стал задавать вопросов, учитывая, что наш оклад утроился сразу после всех этих событий…
13.07.2016. Эксперименты по внедрению чужого сознания в человеческий организм продолжаются уже несколько дней. Мозг — не компьютерная система, в которую можно вставить носитель и перебросить туда нужную информацию. Это слишком сложный механизм, который, тем не менее, можно перепрограммировать, используя информацию из чужой головы. «Донорами» стали те же сталкеры, подвергшиеся воздействию пси-излучения на некоторые доли головного мозга. Первые результаты не заставили себя долго ждать. Один объект выжил. Доноры неизменно погибали, а большинство получателей не выдерживали таких нагрузок на нервную систему. Тем не менее, выживший объект на контакт не шёл, а вскоре и его забрали…
