— Перестань, — отмахнулся Дэрил, реально ощущая себя приговоренным. Как было привыкнуть к мысли, что умный, воспитанный и явно начитанный мальчишка — его плоть и кровь? Он сам никогда не разбирался в книжках и прочей ерунде, что такой отец сможет дать ребенку? Только то, что он усвоил от своих родителей — ни к кому не привязывайся, если тебя бьют — беги или давай сдачи. И да, наркотики и алкоголь — не лучшие занятия, если у тебя есть дети.
— И еще, он не знает про дедушку. Так что молчи.
— Понял, — Дэрил, вздохнув, вошел в гостиную, где Эшли уже навела полный беспорядок. Пол был завален блестящей упаковочной бумагой, обертками от конфет и коробками. Дети сосредоточенно пытались заставить ярко-синюю машинку на радиоуправлении ехать.
— Нет, она должна делать разворот, — спорил с девочкой его сын, — смотри, на пульте есть кнопка!
— Тогда почему ты не можешь это сделать? — спорила Эшли.
— Привет, — обнаружил свое присутствие Дэрил.
— Ты пришел! — Эшли вихрем бросилась к нему, обхватив руками.
— Конечно. Где там… собрать что? — осведомился Дэрил, присаживаясь на пол рядом с Сэмом.
Мальчик искоса посмотрел на него, но промолчал.
«Вылитый ты», — сказала Кайла вчера. Он почувствовал, как в груди что-то сжалось, отмечая растрепанные со сна волосы и серо-голубые глаза мальчишки и до боли знакомую сосредоточенно закушенную от усилий по сбору игрушки нижнюю губу.
— Собери саму дорогу, паровоз я почти собрал, вагончики Эшли хочет сама, — отозвался наконец Сэм.
— Ладно, — Дэрил схватился за рельсы и шпалы как утопающий за соломинку.
После того, как все было готово и дети вдоволь наигрались и они все вместе пили чай, Андреа предложила:
— Сэм, может ты расскажешь нам про Атланту? Эшли там не была, ей будет интересно! В какую школу ты ходишь, где живешь…
Видя, как мальчик вздрогнул, Дэрил в который раз подумал, что он боится. Неужели… его?
— Мама не разрешает мне говорить, где мы живем, иначе Эд нас заберет, — промолвил ребенок.
— Кто такой Эд? — спросила Андреа, вспомнив, что это имя уже звучало.
— Он мой папа. Не настоящий, — поспешно проговорил Сэм, покосившись на Дэрила.
— Он плохой! — воскликнула Эшли. — Он бьет маму Сэма и не разрешает им никуда ходить без него!
— Какого… осекся Дэрил, чувствуя, как его захлестывает гнев. Кэрол бьют?!
— Это ужасно, Сэмми, — перебила Андреа, — но ты с нами в безопасности, ты знаешь это? Никто не обидит тебя.
— А маму? Ты не обидишь маму? — спросил мальчик, вопросительно уставившись на Дэрила.
========== Глава 9. Научи меня жить снова ==========
Кэрол бесцельно бродила по дому. После похорон отца прошло три дня и сегодня должны были читать его завещание, до которого ей не было никакого дела. Горе накрыло ее невесомым облаком, отгородив от реальности. Ей не хотелось вообще ничего… разве что еще раз обнять отца, услышать его голос…
И выяснить, что произошло тогда. Хотя услышать, что именно он разрушил ее отношения, оставил Сэма без отца и толкнул ее в объятия Эда было бы невыносимо. Но… горькая правда всегда лучше сладкой лжи, это она усвоила давно.
— Кэрол? Идем. Мистер Хокинс уже приехал, — позвал ее Хершел. Именно он, как и всегда, принял на себя большую часть забот о ферме и о будущем. Но скоро она намеревалась вникнуть во все, что происходит. И занять свое место — здесь, в Брукхейвене.
— Все пришли? — спросила Кэрол.
— Да. Мэгги и Гленн, Бет, я, вы с Сэмом. И… — Хершел замялся, но договорил, — конечно же, Дэрил Диксон.
— Дэрил? — изумление Кэрол было неподдельным. Зачем Питер Мэтлок оставил что-то человеку, которого не желал видеть рядом с дочерью?
— Я так же удивлен, как и ты, — сухо промолвил Хершел, провожая ее в кабинет отца, где все уже собрались.
Войдя в комнату, она внимательным взглядом обвела присутствующих.
Гленн послал ей сочувственную улыбку. Мэгги сухо кивнула. Лицо Бет было невозмутимым, Сэм тихо пристроился на своем стуле, рассматривая зажатую в кулачке машинку. А Дэрил напоминал натянутую струну, готовую оборваться в любой момент. Его глаза подозрительно смотрели на адвоката и всех присутствующих. Заметив Кэрол, он вопросительно поднял брови.
— Здравствуй, Дэрил, — она присела рядом.
— Зачем я здесь? — без обиняков спросил он.
— Скоро узнаем, — Кэрол пожала плечами.
Поглядывая на сына, он проговорил:
— Как… Сэм? Сильно расстроен?
— Он мало знал папу… так что отреагировал нормально. Его больше интересует, где мы будем жить и сможет ли он играть с Эшли.
— И где вы… будете? — он странно посмотрел на нее.
— Все зависит от завещания, но я бы хотела остаться… дома, — отозвалась Кэрол.
Его глаза блеснули.
— Эш будет в восторге.
Кэрол мимолетно улыбнулась ему, чувствуя, как на сердце становится легче. По крайней мере, кузина и дядя у ее сына точно будут.
Мистер Хокинс, откашлявшись, начал зачитывать вслух последнюю волю Питера Джеймса Мэтлока. Мэгги, Гленну и Бет достались довольно крупные суммы денег, после фразы: «Вы обе были мне как дочери», обе сестры Грин расплакались. Хершел Грин получил в собственность дом, в котором жил и приличный участок земли, чуть восточнее фермы, пригодный для возделывания и конюшню с породистыми лошадьми.
— Вам все понятно, мистер Грин? Все бумаги давно готовы, их только подписать. Это уменьшает площадь «Миднайт Роуз» примерно на четверть, но ее доходность от этого не пострадает, — уточнил адвокат, — вы также можете оставаться управляющим, если пожелаете или заниматься только своей землей.
— Да, я понимаю, — Хершел Грин выглядел ошеломленным.
— Итак, продолжим. Моей любимой и единственной дочери Кэрол я оставляю… — адвокат вздохнул, — мою коллекцию картин.
— Что? — Хершел вскочил.
— Дайте закончить, мистер Грин, — адвокат выглядел немного смущенным, — Дэрилу Диксону я завещаю мою ферму «Миднайт Роуз».
— Да это смешно! — воскликнула Мэгги.
— Тише, дорогая, — Гленн попытался успокоить возмущенную жену.
— Зачем он это сделал?! Мне ничего от него не нужно! — Дэрил беспомощно уставился на Кэрол.
— Я не знаю, правда… — прошептала она. В сознании билась только одна мысль, что отец не оставил ей даже дом… то есть идти ей некуда.
— Это еще не все, позвольте мне закончить, — попросил адвокат.
— Конечно, — пробормотала Кэрол.
— Мистер Диксон с сегодняшнего дня является владельцем и может распоряжаться фермой по своему усмотрению, кроме ее продажи в течение одного года. Для сохранения собственности он обязан проживать в моем доме вместе с моим внуке Сэмюэлем и дочерью Кэрол в течение года, заботясь об их благополучии и управляя фермой самостоятельно или наняв управляющего. После истечения данного срока он получает полное право собственности на ферму и все, на ней находящееся и может распоряжаться имуществом по своему усмотрению, включая продажу. Если данное условие будет нарушено, ферма подлежит продаже и все деньги будут переданы на «благотворительность». По прошествии года, выполнив мое условие, Кэрол и Сэмюэль Пелетье получат три миллиона долларов. При невыполнении условий эти деньги также идут на «благотворительность». Такова моя последняя воля.
Мистер Хокинс замолчал, оглядывая ошеломленные и негодующие лица присутствующих. Невозмутимый вид был только у дочери Питера Мэтлока.
— Оспорить можно? — спросила Кэрол.
— Можно, миссис Пелетье, но это будет нарушением условий… и вы потеряете все… так или иначе.
— Значит, мы согласны, — ответила она.
— Ты с ума сошла! Мне ничего… да мне ну нужна твоя гребаная ферма и никогда не была нужна! — закричал Дэрил.
— А как же твой сын? Ты его оставишь на улице? — спросила Кэрол, наблюдая, как выражение гнева на его лице сменяется растерянностью. И пониманием.
— Хитрый сукин сын, — пробормотал он.
— Попрошу! — угрожающе проговорил Хершел.
Внезапно Бет Грин вскочила и, подлетев к адвокату, взвизгнула: