Они сидели возле шатра Трандуила, который еще не свернули для перевозки, когда подскакал запыхавшийся всадник в темном сером плаще — Ветка узнала Леголаса, памятного ей по стычке с Азогом на льду замерзшего озера.

— Где отец? Где Владыка Трандуил?

— Там вон, верхом мотается, — Ветка махнула рукой на пустошь.

Леголас, подобрав повод, посмотрел на нее сверху вниз с гарцующего коня:

— Это ты! Ты здесь, в эльфийских доспехах!

— Я тебя тоже рада видеть, — отозвалась Ветка.

Эльф, больше не отвлекаясь на нее, поскакал к величественному всаднику в развевающемся плаще цвета стали и серебра, который также как раз направлялся сюда.

— Шатер сейчас свернут, — сказал Трандуил, подъезжая. — И я уже вижу Барда. Леголас, нужнее всего ты возле Халдира, раз уж вернулся. Отправляйся за стрелометом.

— Аda, лорд Эрлонд рассказал мне о том, что предполагается в Эреборе… позволь мне остаться возле тебя!

— Ты снова без доспехов, — жестко сказал Владыка. — Нет. И ты нужнее там, где луки. Будь зорким, не пропусти тварь, хотя, возможно, вы и не успеете установить стреломет. Будешь подчиняться Халдиру, — и Трандуил поскакал навстречу Барду.

Леголас уставился на Ветку — отчего-то сердито.

— Тауриэль оставалась в Эреборе, — сказала Ветка. — Как я поняла, у них с Кили все хорошо, если ты об этом.

Лицо принца потемнело, он стиснул зубы, чуть не скрипнул ими… затем резко кивнул, и… улыбнулся.

— Ты не щадишь. И я уже знаю, что ты… что ты сделала на балу. Не могу одобрить. Но спасибо за прямоту.

— Всегда пожалуйста, — приветливо отозвалась Ветка. — Ты поедешь к Халдиру?

— Не хотелось бы…

— Ослушаешься отца!

— Не хотелось бы!

— Ну, — философски сказал Гэндальф, — придется выбирать.

Леголас остро глянул на волшебника.

— Но, — сказал Гэндальф, и пыхнул трубочкой, — на Вороньей высоте есть воин-орел, Корхаур. Поладь с ним, и он сбросит тебя прямо на спину дракона, — и морщинки на лице веселого деда разбежались в улыбке. — Ты без доспехов, так что совсем не тяжелый…

Леголас улыбнулся, кивнул, и, развернув лошадь, поскакал вслед стреломету и эльфам Лориена и Ривенделла.

«Хорошая логистика», — подумала Ветка.

Сама она тем временем уже приводила седло и уздечку своей Зимы в порядок — она видела, что на пустоши постепенно собирается немногочисленный отряд конников.

Трандуил, Мэглин, Лантир и двое черноволосых ривенделльцев — от эльфов. Бард и еще один рослый, очень замкнутый на вид всадник с неимоверного размера луком на спине — от людей. Балрог знает от кого — она сама, и Гэндальф, который неожиданно прытко без седла взлетел на спину белоснежного жеребца — на шее у того лишь свободно лежало веревочное кольцо, в котором Ветка признала такое средство управления лошадью, как кордео. Дед был сторонником мягких методов, и Ветке это понравилось.

— Гэндальф, ответь на один вопрос…

— Ответить на вопрос — это будет желание? — тут же спросил волшебник.

— Нет, не желание.

— Тогда не отвечу.

— Ну и ладно.

— А что за вопрос?

— Если разрешишь просто так спросить, то и узнаешь.

— Хм-м… мне любопытно, что же тебе любопытно!

— А мне любопытно кое-что о тебе, и еще — почему тебе любопытно то, что мне о тебе любопытно?

— Ладно, победила — спрашивай. Бесплатно.

— У тебя штаны под рясой есть?

— Что за вопрос?.. С чего?..

— Он меня давно мучал, — сказала Ветка. — У нас в детских книгах волшебников рисуют так же — длинная ряса, я ее в детстве платьем называла, колпак, сапоги на картинках видно было, а штаны нет. Ты вскочил на коня так резво, что я не заметила.

Гэндальф, похоже, изо всех сил удерживал улыбку, а то и смех.

— Что же, дева, я отвечу на твой вопрос, раз уж он так важен для тебя! Знай же, вот истина — на мне есть штаны!

Эльфы, которые беседовали о чем-то своем, поджидая людей, повернулись к волшебнику и Ветке синхронно, все разом.

— Может, оставим ее в Дейле? — без большой надежды спросил Лантир.

— Надо было оставить ее в Сумеречье, — надменно сказал Трандуил. — Коленями на горохе, в уютной камере Торина Дубощита. А теперь чего уж. Дракон должен слопать кого-то первым.

— Если он уже не наелся вдосталь, — как обычно, подпустил драматизма Бард. — Если мы желаем стучаться в Эребор сегодня засветло, нам надо гнать коней вовсю. Если завтра — нам надо заночевать на пустоши. Я взял пищи в седельные сумки, и вина. Вон там — он показал рукой на едва приметный холм перед Эребором, — есть источник. И витязи твои сумеют дойти, если не станут останавливаться. Мы обгоним их к ночи, а они пройдут мимо нас и обгонят к рассвету.

— Они не станут останавливаться. Я послал вперед лучших лучников. У них есть стрелы с наконечниками из мифрила, немного, но есть. Три таких стрелы я передаю тебе, Бард, король Дейла, — и Трандуил, который сам был без колчана и без лука, протянул тонкие стрелы Барду. Они были сделаны из темного, твердого дерева, видно, заново тщательно оперены, и кончики их сияли подобно звездам.

— Благодарю, Владыка, — склонил голову Бард. — Моего спутника зовут Илс.

Трандуил представил эльфов — ривенделльских брюнетов звали Финэль и Ларратрин. И небольшая кавалькада двинулась к холму перед Эребором.

— Женщина в таком деле — не к добру, — прогудел Илс. Ветка покосилась на него и перебралась на другой край кавалькады, ревниво приглядывая, чтобы Герц не слишком переутомлялся. Впрочем, как тут приглядишь?..

Когда всадники доскакали до холма, уже стемнело. Они обогнали лучников, следующих пешим строем, и расположились в естественной нише, образованной отрогом холма и огромными валунами. Ветка только диву давалась — когда всадники доскакали, не теряя ни минуты на лишние слова, сперва занялись лошадьми — все седла остались на спинах, лишь были ослаблены подпруги, да вынуты удила изо ртов; затем животных напоили, и воины принялись укладываться спать. Не обсуждая, разжигать ли огонь, все эти мужчины просто ложились на землю, почти не снимая доспехов, тесно друг возле друга, и накрывались плащами. Ветка загадала, чтобы Мэглин получился с краю — почему-то она была уверена, что прилюдно он ее не обнимет. Но ее выручил Гэндальф, который проворчал «старики и женщины отдельно», и прижал девушку к себе, запахнувшись своим и ее плащом. Ветка слышала, как он что-то проворчал на неизвестном ей наречии… и большие камни, возле которых они лежали, слегка нагрелись. Ветка устала после долгих конных переходов… но и перед сном успела с некоей непонятной тревогой подумать, что вот тут, совсем близко, лег рядом со своими эльфами — также тесно, для сбережения тепла — Трандуил, и его светлые волосы разметались по траве и камню… и что тут же спит Бард — Ветка, пока бодрый дед не проявил активности, готова была поручиться, что правитель Дейла ищет способ о ней позаботиться. Именно позаботиться — чтобы она без костра не замерзла в одиночку. И хотя во взглядах Барда был подтекст… Ветка уснула с мыслями, что в ее жизни начало появляться что-то глубоко правильное. Что-то, чем стоит дорожить. Что-то, что еще требуется определить словами.

Но за что она безгранично признательна валар.

Благодаря деду, который пах бородой, чуть влажной старой тканью, табаком и невероятным букетом полыни и черемухи, или просто от усталости — Ветка выспалась на славу, и проснулась тотчас, как Гэндальф зашевелился.

Вся пустошь серебрилась — ночью, под утро, шел легкий мелкий снег. Ветка встала, потерла лицо изморозью, набрав ее в ладонь; вечером они не ужинали, а сейчас, после нехитрых сборов и коротких визитов к камням, разделили припасы.

— Ночью прошли лучники, — сказал Трандуил. — Они уже ждут нас у врат Эребора.

Владыка был без венца, венец висел на сгибе локтя. Двумя руками в латных рукавицах он провел по волосам, и закрепил то, что получилось, своим украшением.

— Если ты без шлема — то и я без шлема, — объявила Ветка.

— Хорошо, дело твое, но щит возьми. Я просил Мэглина прихватить для тебя лишний.